Предатель

Вудс Стюарт

— Соедините меня с юристом.

Когда зазвонил телефон, Майкл поднял трубку.

— Кто говорит?

— Это Мервин Уайт, глава юридического отдела, — голос в трубке звучал раздраженно.

— Мервин, это Майкл Винсент. Мне немедленно нужен контракт на съемки фильма «Тихие дни».

— В нашем перечне такого не числится, — сказал Уайт.

Майкл слышал, как тот перелистывает бумаги.

— Меня не волнует, есть ли он у вас в перечне, — твердо сказал он. — Разработайте контракт для Роберта Харта на полмиллиона

долларов, работа с первого апреля по первое июня будущего года, апартаменты «люкс», самолет за счет «Центуриона», лучший автомобиль для доставки всего необходимого; он может иметь одного ассистента за десять тысяч долларов.

— Мне нужно прояснить этот вопрос с мистером Голдманом, — холодно сказал Уайт, — особенно насчет самолета.

— Мервин, — медленно сказал Майкл, — когда Лео увидит, что он заполучил Боба Харта за полмиллиона, он сам сядет за штурвал этого самолета. Мне нужно, чтобы контракт был готов и лежал у меня на столе через… — он посмотрел на часы, — полтора часа, и если его не будет, я сам к вам приду, и тут уж вам не поздоровится, вы хорошо меня слышите?

— Да, да, хорошо, — недовольно сказал Уайт.

— Прекрасно, — Майкл повесил трубку. Он заполучил Марка Адера и Роберта Харта, затратив на четыреста тысяч меньше, чем рассчитывал. Он был в Голливудском раю.

Затем в его сознании промелькнула тревожная мысль — он не приобрел еще прав на книгу Милдред Парсонс.

— Маргот, — сказал он, — когда прибудет контракт, пошлите его Сьюзен Харт вместе с бюджетом «Тихих дней». И кстати, выясните, кто владеет рукописью и правами на книгу.

Глава 20

Майкл сидел в юридической конторе и разглядывал своего собеседника. По мнению Майкла, тому было уже за семьдесят, и он порядком уже поизносился. На столе у него стояла бутылка виски, рядом с ней — кристально чистый стакан. От предложения выпить Майкл уже отказался.

Что за странный человек! Ведь Лос-Анджелес не может существовать иначе, как на телефоне, у людей разве что в голове нет телефонов, а этот настоял на встрече лицом к лицу.

— Вы уверены, что не хотите отведать? — спросил Дэниел Дж. Мориарти.

— Вполне уверен, — ответил Майкл. — Итак, приступим к делу, мистер Мориарти?

— Конечно, конечно, — ответил юрист. — Что я могу для вас сделать?

— Вы помните нашу краткую беседу по телефону час назад? — спросил Майкл. Внутри у него все кипело.

— Помню, помню. Вы хотели со мной встретиться по поводу приобретения прав на съемку фильма?

— Я не хотел встречаться, мистер Мориарти; я здесь только по вашему настоянию. Я заинтересован в приобретении авторских прав на рассказ Милдред Парсонс «Тихие дни». Насколько я понимаю, эти права сейчас находятся под вашим контролем?

— Так и есть, мистер Винсент, так и есть. Видите ли, младший брат Милдред Монтэг — мы все звали его Монти, — был моим ближайшим

другом. Мы с Монти вместе учились в юридической школе. Да, мы были очень дружны.

— И правами владеет Монтэг Парсонс?

— Увы, в прошлом году Монти ушел от нас. Я его душеприказчик.

— А что, других родственников не было?

— Никого. После смерти Милдред Парсонс права переходили к Монти; это основа его состояния. Доход от этих прав перечисляется на счет Карлайл Юниор колледжа. И, как я уже упоминал, я являюсь его душеприказчиком.

— Как душеприказчик вы уполномочены распоряжаться состоянием?

Майкл от всей души надеялся, что да; меньше всего ему хотелось иметь дело с представителями какого-то колледжа.

— Да, у меня есть такие полномочия.

— И никакого разрешения от Карлайл Юниор колледжа вам не требуется?

Мориарти усмехнулся.

— Нет. Карлайл получает доход, но пока я остаюсь душеприказчиком, я и принимаю решения.

— Хорошо. Я хотел бы купить права на фильм по «Тихим дням». Я в состоянии предложить вам пять тысяч долларов за права на год, с условием продления прав еще на год за ту же сумму. Если срок и дальше будет продлен, я буду платить вам двадцать тысяч долларов.

— А кто вы такой, мистер Винсент? Я имею в виду, представляете ли вы солидную фирму?

— Я независимый продюсер, — сказал Майкл.

— A-а, независимый, — сказал Мориарти, потягивая виски. — В этом городе таких много. Скажите, мистер Винсент, у вас и в самом деле естьэти пять тысяч долларов?

Майкл с большим трудом сохранял самообладание.

— Мистер Мориарти, я независимый продюсер, заключивший контракт с «Центурион пикчерс», и располагаю большой поддержкой этой студии. Если хотите, вам позвонит мистер Лео Голдман и подтвердит мои слова.

Мориарти поднял руку.

— Пожалуйста, не обижайтесь, мистер Винсент, просто дело в том, что в этом городе немало людей, выдающих себя за независимых продюсеров. «Центурион» — достойная студия, меня устраивает, что вы представляете именно ее.

— Спасибо. Мое предложение вас устраивает?

— Какое предложение?

Майкл постарался не выдать своего раздражения. Он повторил свои условия.

— Увы, нет, — сказал Мориарти, — такое предложение я принять не могу.

— Какая же цена вас устраивает? — спросил Майкл.

— А, ну об этом я как-то не задумывался, — сказал Мориарти, снова наполняя свой стакан.

— Хорошо, мистер Мориарти, я предлагаю вам десять тысяч, но это самое большое, что я могу.

— Правда, мистер Винсент? Это действительно так? — Мориарти слегка повернулся на своем стуле и уставился в окно.

Майкл уже весь кипел от злости, глядя на него. Может, это игра? Что это за переговоры?

— Мистер Мориарти, мы теряем время. Что вы хотите за права?