Предательство
Шрифт:
Эти возгласы раздавались где-то совсем рядом. Кажется, ветер доносил их с площади.
— Нам нечего бояться, — сказал Эдвард и облегченно улыбнулся.
— Бедная Абигайль Хоппинг, — прошептала Сюзанна.
— Если она действительно ведьма, ей самое место на костре, — отвечал парень, все еще сжимая девичью руку.
Сюзанна положила голову ему на плечо.
— Нам нужно идти. Я ведь отправилась за дровами, так что давно должна была вернуться домой. Мать, наверное,
— Иди первой, — отозвался Эдвард. — А я подожду здесь еще чуть-чуть.
— Ты собираешься сказать отцу о… наших свиданиях? — спросила Сюзанна неожиданно.
— Да, — ответил парень. — Когда придет время.
Девушка прильнула к нему и снова поцеловала. Ей не хотелось уходить. Не хотелось возвращаться в крошечную и темную лачугу. И уж совсем не было желания снова погружаться в бездну злобы и страха, царивших в деревне.
Эдвард нежно подтолкнул Сюзанну в спину.
— Давай же, иди.
Девушка вымученно улыбнулась, затем сорвалась с места и побежала, на ходу напяливая чепчик.
«Мы поженимся, — думала она с колотящимся сердцем. — Мы с Эдвардом поженимся. Я стану женой Эдварда Файера».
Она летела по лесу, словно на крыльях.
Сюзанна быстро проскочила мимо поленницы, миновала площадь и уже почти добралась до дому, когда вспомнила, что ходила за дровами. Пришлось возвращаться на площадь.
— Морковки маленькие да сладкие, — сказал Уильям I уди. Он важно уселся во главе стола и придвинул к себе деревянное блюдо с бисквитами.
Сюзанна наблюдала за тем, как отец обедает. Он выглядел таким усталым. Усталым и старым. Ему еще и сорока не было, но лицо уже избороздили морщины, а когда-то светлые волосы стали совсем седыми.
— Это Сюзанна испекла бисквиты, — сказала Марта Гуди.
— Хочешь еще подливки, папа? — спросила девушка, снимая с огня кипящий котел. — Там еще много вареной моркови.
— Надо оставить несколько кусочков для Джорджа, — напомнила мать. — Он скоро проснется.
— И почему это наша морковь такая мелкая? — проворчал мистер Гуди. — Вон, у Мэттью Файера все морковки здоровые, словно свечки.
— Спросил бы у него, может быть, он и открыл бы секрет, — предложила Марта.
Уильям Гуди нахмурился, и посмотрел на жену. Его серо-зеленые глаза сузились.
— Мэттью Файеру никогда не превзойти меня в искусстве огородника. И ему не известны какие-то секреты, которых не знал бы я.
— У Файеров целая куча секретов, — возразила жена. — Кто они такие, эти братья Файер? Откуда их сюда занесло? По-моему, они не переселялись в Новый Свет из Англии, как мы.
— Почем я знаю? — ответил
— Наша морковь достаточно сладка, Уильям, — вздохнула жена. — Не знаю, чего ты так разошелся.
Уильям Гуди кивнул.
— Достаточно сладка, — пробормотал он.
— Помоги мне прибрать со стола, Сюзанна, — велела мать. — Что это ты сидишь, словно ничего вокруг не замечаешь?
— Извини, мама, — девушка начала вставать, но отцовская рука вернула ее на место.
— Сюзанна займется уборкой попозже, — объявил Уильям. — Сначала я с ней поговорю.
Он поднялся из-за стола, снял с полочки трубку, достал из кисета табак и пошел к очагу за огнем.
Сюзанна повернулась на стуле, не спуская глаз с отца и стараясь понять, что ее ожидает.
— О чем ты хочешь поговорить со мной, папа?
— Об Эдварде Файере, — ответил он, затягиваясь дымом.
Девушка невольно вскрикнула. Она никогда не рассказывала родителям о своих отношениях с Эдвардом. Ей казалось, что они считают парня просто знакомым их дочери.
Помахивая своей длинной белой трубкой, мистер Гуди приблизился к столу. Он придвинул табурет к Сюзанне и уселся.
— А ч-что с ним такое? — выдавила девушка, обхватив колени руками.
Отец посмотрел на нее пристально. Трубка сильно дымила, окутывая его лицо небольшим облаком.
— Люди видели, как ты гуляла вместе с Эдвардом Файером, — ответил отец. — Гуляла с ним наедине.
У Сюзанны так и отвисла челюсть. Девушка сделала глубокий вдох, затем попробовала заговорить, но язык не слушался.
— Ты не отрицаешь этого, дочка? — белые брови отца сложились в дугу над сверлящими Сюзанну серо-зелеными глазами. — Не отрицаешь?
— Нет, папа, — произнесла девушка тихо.
— Вас видели вместе в лесу, — продолжал отец строго. Он поднес трубку к губам, но больше не затягивался.
— Да, папа, — ответила Сюзанна, склонив голову на грудь. И тут ее прорвало. Слишком долго она таилась от родителей. И больше не могла сдерживаться.
— Мы с Эдвардом любим друг друга! — закричала девушка. — Он собирается на мне жениться! Разве это не чудесно?
Мать оторвалась от очага, ее глаза широко распахнулись от изумления.
Лицо Уильяма Гуди побагровело. Он бухнул трубкой о стол.
— Дочь моя, ты лишилась рассудка? Витаешь в облаках?