Предел прочности
Шрифт:
— Как к дикому недоразумению. Есть миллионы и миллиарды людей, но почему-то подобное случилось именно со мной.
— Но вы были нетрезвы?
— Был. Но мне казалось, что и нетрезвый я обладаю необходимым запасом прочности.
— Что вы имеете в виду?
— Чувство собственного достоинства и наличие интеллекта, которые уберегут меня от подобных сцен.
— Следователю вы сказали…
— Я бы не хотел о следователе. Из-за таких, как она, в военное время понапрасну гибнут люди. А в мирное — обременены ненужным делом. Как вы сейчас.
— Хорошо, а что вы можете сказать о швейцаре, с которым у вас произошел конфликт?
— Несчастный
— Но зачем ему? Он пенсионер, на хорошей должности, с немалой зарплатой и чаевыми — нужно ли ему это губить ради такой мелочи, как пять тысяч?
— Позарился, бывает. Один из сонетов Шекспира завершается словами: «В каком ларце мне сохранить алмаз, приманчивый для самых честных глаз?» Правда, с алмазом он сравнивает красивую женщину, а здесь «алмаз» — пять тысяч. Это же можно отнести ко мне, если вы, так же как следователь, считаете, что я ограбил швейцара. А я денег не отнимал.
— Нам известно, что вы — журналист, начинающий писатель, к тому же наш коллега, врач по образованию. Не кажется ли вам, что подобные инциденты могут помешать вашей карьере?
— Нет, случай со мной постараюсь изобразить в новой повести.
— Вы уже придумали название?
— Да, «Первая молитва».
— Хорошее название, но что в ней изображать? Пустяковое событие, которое вряд ли увлечет читателя. Обычно авторы в сюжеты своих произведений вплетают интриги, насилия, убийства…
— Это дешевые приемы. Чехов в «Даме с собачкой» никому из героев не нанес даже царапины, а потрясает.
Врачи продолжали задавать вопросы. По их лицам я видел, что они с интересом слушают меня, довольны моими ответами и вряд ли принимают за сумасшедшего. Вскоре они завершили работу комиссии и отпустили меня. Я поблагодарил их за беседу и покинул кабинет.
На этом следствие завершилось, и дело передали в суд.
Так как я собирался осуществить в суде самозащиту, дело выдали мне для ознакомления. Я прочитал показания потерпевшего, свидетелей, среди которых, к моему удивлению, оказался автор «Мясного отдела». Он сообщил следователю, что был в тот день в ресторане, наши столики находились по соседству и он видел, как безобразно я себя веду: грублю администратору, лично ему, Нестроеву, обижаю девушку, которая не выдержала моих оскорблений и покинула зал. Он не говорил, что лично видел момент грабежа, но видел, как охрана схватила меня, когда в моих руках оказались деньги швейцара. Вместе с тем он не может утверждать, что именно я ограбил швейцара, так как убежден, что журналист, сотрудник большой, уважаемой газеты не мог позариться на швейцарскую мелочь.
«Так не грабят, — сказал он следователю. — Здесь что-то другое, возможно, сдвиг по фазе от выпитого».
Его последнее замечание не изменило моего к нему отношения, но заставило подумать, что он все-таки не дурак.
Самым интересным в деле для меня был результат моей судебной экспертизы, и я принялся читать. Вначале излагались обстоятельства дела, а затем:
«…Крайнев на учете в психоневрологическом диспансере не состоял и не состоит, в психиатрических больницах на излечении не находился, однако на следствии ведет себя странно: в беседе со следователем заявил, что доволен тем, что попал в такую ситуацию, будет иметь материал для написания об этом книги. Его жена также заявляет, что он считает себя очень талантливым, хотя явно преувеличивает свои возможности, в связи с чем назначена судебно-психиатрическая экспертиза.
По спецсправке (лист
Сведения со слов испытуемого: уроженец города Москвы. Наследственных отягощений не знает. Личное развитие без отклонений. В раннем детстве перенес корь, скарлатину, плеврит (в 6-летнем возрасте). В 2005 и 2006 гг., переутомляясь на работе, страдал бессонницей, но к помощи врачей не обращался. Образование высшее медицинское. Спортсмен высокой квалификации, мастер спорта по греко-римской борьбе. Тяжелых травм головы не было. Венерические болезни отрицает. Женат с 2007 года, есть дочь 2007 года. Фактически брак прерван, но оформления развода не было. Алкоголь употребляет несколько лет. Употребление наркотиков отрицает.
По существу дела: повторяет показания, данные на допросах.
Соматическое состояние: со стороны внутренних органов существенных отклонений нет.
Неврологически: симптомов органического поражения центральной нервной системы нет.
Со стороны психики: сознание ясное. Ориентирован в личных обстоятельствах и в окружающем полностью. Бреда и обманов чувств нет. Уровень развития соответствует полученному образованию. В высказываниях и общей манере поведения отражение особенностей личности: повышенная самооценка, претенциозность, склонность к некоторой рисовке. Держится с подчеркнутым достоинством, при беседе, оценивая сложившуюся ситуацию, проводит литературные параллели, вставляет цитаты из литературных произведений: „Это говорил Шекспир“. Говорит, что, возможно, использует случившееся с ним как материал для своего литературного произведения, думая назвать его „Первая молитва“, очень туманно при этом определяя основную мысль произведения.
По поводу правонарушения допускает небрежно-снисходительную оценку, называя мелочным и ничтожным. Запамятование на обстоятельства правонарушения отрицает, но признает, что был в состоянии опьянения в тот момент.
Заключение: Крайнев Ю.В. психическим заболеванием не страдает. Обнаруживает психопатические черты характера. В периоде инкриминируемого ему деяния находился вне какого-либо кратковременного расстройства, был ВМЕНЯЕМ. В настоящее время по своему психическому состоянию Крайнев может отдавать отчет в своих действиях и руководить ими. Оснований к назначению принудительного лечения от алкоголизма комиссия не усматривает».
Дальше указывалось, что эксперты-психиатры по таким-то статьям предупреждены и красовались их невнятные подписи.
Я дважды прочитал экспертизу, но опасных для себя заключений не обнаружил. Есть натяжки типа: «Совершил ограбление, пытался скрыться, был задержан». Но здесь они ссылаются на материалы следствия, а сами написали то, что увидели. Браво, господа эксперты! Вы объективно сыграли в мою пользу. Вы увеличили мой запас прочности. Ничего иного следователь от вас не ожидала, просто выполнила необходимую формальность. Зато теперь ее никто не упрекнет в том, что она чего-то не доделала.