Предел совершенства
Шрифт:
Не знаю, жалею ли, что рассказал всё Мелоди, или нет, но она должна была знать! Её храбрость и смелость привела к плачевному исходу. Теперь я понимаю, что она ни в чём не виновата. Матери с отцом не составило большого труда сочинить историю преступления, в которую все поверят, и сделать из моей девушки врага. Да, действительно, она искала секретные данные. После того, как её увезли, я нашёл в ноутскрине Мелоди закладку «Экспериментальное Общество». Она просто пыталась найти больше информации, чем я ей рассказал, в Сети. С этими уликами её и поймали. Естественно, она ничего не узнала, потому что доступ к таким вещам закрыт. У неё не было ни единого шанса, так же, как и у меня, и любого простого жителя
На протяжении пяти месяцев я боролся с собой, с мыслями и чувством вины. Я толком не знал, что мне делать дальше. Узнать, в каком городе находится Мелоди, я не мог, забыть её – тем более. Хоть мне и внушили, что она совершила преступление, я продолжал её любить. Да какая мне разница, что она сделала? Она моя девочка и точка. Я знаю, что она хотела бороться за справедливость. Я оказался раздавленным червяком. Провёл в депрессии всё это время, ничего не предприняв. Слабак. Ненавижу себя за это. Я посвятил себя работе, надеясь, что вскоре Мелоди вернётся домой, что рано или поздно этот кошмар закончится, но ни того, ни другого не произошло. Я так виноват перед ней…
Дэрок сильно мне помог. Я пока не знаю, что придётся сделать, но точно знаю, что найду Мел и верну в родной город, чего бы мне это не стоило! Если бы не брат, моя Мелоди провела бы на каком-то вонючем заводе весь остаток своих дней в неведении. Как она? Я думаю каждый день о ней, а думает ли она? Я знаю, что всех преступников подвергают подавлению личности, но за этим всем стоят мои родители. Они могли пойти на большее, могли пойти на всё, чтобы я больше никогда не увидел любимую. Я даже боюсь представить, каково ей там одной…
Теперь у меня появилась надежда, хоть какой-то свет в кромешной тьме. Я буду многим обязан Дэроку, если он сможет хоть чем-то мне помочь. Мы не всегда ладили, но он единственный, кто поддержал меня, когда я ушёл из семьи. Сейчас Дэрок живёт с женой в Пефоме, а родители переехали в столицу страны, чтобы окончательно посвятить себя науке. Чокнутые, ей Богу.
Осушив второй бокал вина, я решил покончить с этими гнетущими мыслями. С ними я разберусь завтра, как и со всем остальным. Я хочу наверстать упущенное время, окунуться в воспоминания с головой, посвятить эту ночь Мелоди.
Я завернулся в плед, который она мне подарила, устроился в мягком кресле, которое она выбрала в магазине. Мы часто сидели вдвоём, провалившись в красном плюше. Всё в моей квартире напоминает Мелоди. Три комнаты из трёх, включая студию, оформила она. Подобрала мебель, шторы, плазму… Всё, вплоть до настенных часов. Их уже давно заменили встроенные в ноутскрин голографические часы, но Мелоди любит старые вещи. Антиквариат всегда был ей по душе. Каждый элемент декора пропитан ею и достоин восхищения. Единственное, что она здесь не тронула, так это окно от потолка до пола, открывающее взор на центр города. Мне оно кажется неуютным, чувствую себя рыбой в аквариуме. Знаю, что на такой высоте меня вряд ли кто-то увидит, но всё равно бывает некомфортно в собственной квартире. Главное, чтобы Мелоди нравилось. У неё в квартире были простые окна с пластиковыми подоконниками, поэтому ей
Я взял с полки электронную фоторамку, которую мне тоже подарила Мелоди на Рождество.
– Ноутскрин может сломаться, и наши фотографии пропадут. А так они всегда будут у тебя на виду и никуда не денутся, - сказала тогда мне Мелоди и закрепила слова страстным поцелуем. Я отчётливо помню то Рождественское утро…
Она оказалась права. В ноутскрине полно разной информации, начиная от календаря, заканчивая управлением освещения в доме. Смотреть фотографии не совсем удобно, а фоторамка всегда под рукой. Раньше она стояла у меня на работе, потом я вернул её домой, когда Мелоди пропала…
Спустя долгие месяцы ожидания я с замиранием сердца включил рамку. Боже, да в ней около трёх тысяч фотографий. Мелоди постоянно обновляла мою фоторамку по мере поступления новых. Некоторые фото я и не помню, например это: я сижу с гитарой, волосы растрёпаны, рубашка распахнута, взгляд счастливый. Ещё бы, ведь со мной тогда была Мел и музыка. Я вывел цифровые фотографии с экрана в голографический вид. В среднем они могут принимать размер до метра в длину и ширину, в зависимости от оригинального формата. Мне нравятся фото в 3D, а Мелоди - анимация. У неё на ноутскрине до сих пор стоит моя подвижная фотография, где я посылаю ей воздушный поцелуй.
– Люблю, когда ты улыбаешься, - всегда говорила она мне.
Поэтому Мел не могла не поставить такое редкое фото, где я улыбаюсь до ушей. Не помню, что меня так развеселило, но фотография сделана в моей звукозаписывающей студии.
Сейчас я могу коснуться щеки Мелоди, губ и рук, но никакая голограмма не передаст её тепла... Я пытаюсь растворить пальцы в фотографиях, но их свет лишь обволакивает руку, образуя небольшие помехи. Вот мой любимый снимок. Мелоди сидит у меня на спине, придавливая моё тело к кровати, и весело смеётся. Я снова пытаюсь коснуться её белоснежной кожи, но не могу. Мелоди здесь нет, а фотография – лишь след, оставленный после неё. Я пролистываю тысячи драгоценных снимков, где Мелоди одна, со мной, улыбается, злится и даже плачет. Я люблю смотреть на её фото, но этого недостаточно. Я хочу видеть её здесь, стоящую передо мной, сидящую у меня на коленях и перебирающую мои волосы. Я должен её вернуть…
– Моя девочка, - шепчу я, едва открыв глаза. Не помню, когда я успел перебраться с кресла в кровать и уснуть. Рядом со мной лежит всё ещё включенная фоторамка и спящая в ней Мелоди под малиновым пледом.
Я беру свой ноутскрин с тумбочки и с помощью домо-функций раздвигаю шторы на большом окне, набираю воду в ванной и разогреваю пиццу. Чёрт, мне дважды звонил Дэрок, хотя только десять часов. Брат занялся делом с утра пораньше, а я сплю в такой ответственный момент. Нужно срочно с ним поговорить и начать действовать.
– Дэрок! – сказал я, когда он ответил на мой звонок.
– Неужели, - на удивление спокойно отозвался он. Брат ненавидит, когда его заставляют ждать. Я тоже.
– Ты узнал?
– Да. Нам нужно встретиться. Во сколько ты сможешь подъехать в «Новую эру»? Кстати, Адам тоже придёт.
– Хорошо, увидимся через час.
– Подожди… - пару секунд он молчит. Что-то не так, - ты должен стать преступником.
– И всё? – я думал, там что-то посерьёзней. Дэрок прекрасно помнит, как я угрожал родителям, что пойду на преступление, лишь бы найти Мелоди. Из этого ничего не вышло, у них большие связи. Мои попытки разгласить их тайну в Обществе оказались тщетными. Я был готов на всё, готов и сейчас.
– Кого мне нужно убить?