Предел
Шрифт:
Ян выбрался из палатки, тихонько, чтобы не потревожить спящую жену. Отошел к скале, помочился, вернулся к палатке и стал раздувать костер. Хотелось есть – он снова заглянул в палатку, оторвал изрядный кусок сена. Адиан проснулась, открыла глаза и улыбнулась ему.
Удивительно – они могли улыбаться друг другу. После всего случившегося – все равно могли.
– Спи, – тихонько сказал Ян и вернулся к костру. Вдали разгорался восход. Ян ворошил угли и подкладывал в огонь заиндевелые ветки,
Адиан выбралась из палатки, потянулась, подошла к костру. Протянула к огню руки. И вдруг воскликнула:
– Ян, смотри! Что это?
Ян поднял голову.
В светлом небе, где гасли последние звезды, появилась еще одна звезда. Яркая и быстрая – она ползла через небосвод, снижаясь, отсвечивая то красным, то желтым, то белым.
– То, что мы вчера видели? – спросила Адиан.
Ян пожал плечами:
– Не знаю. Нет, наверное… но что-то такое… похожее…
– Самолет? Падает?
– Да не знаю я! – сам удивляясь своей резкости, ответил Ян. Быстро поправился: – Не похоже. Высота слишком большая, даже военные так высоко не летают…
– Он снижается.
– Скорее падает, – уточнил Ян.
Звезда наливалась светом. Она падала, казалось, прямо на них.
– Может военный спутник? – предположил Ян. – Есть же спутники, которые садятся. Фоторазведка… – он вдруг осекся. – Лейтенант, штабной, он рассказывал мне, как началась война.
– Помню, ты говорил, – сказала Адиан, не отрывая взгляд от звезды.
– Рыжие ударили по столице из космоса. Значит, у них были термоядерные бомбы на орбите. Может быть, это…
Он замолчал. Звезда падала не к ним, звезда неслась куда-то за перевал. Туда, куда ушли дети.
– Глупо бомбить пустыню, – сказала Адиан. – Скорее, метеорит…
Но Ян видел, как ее лицо напряглось. Они впустили Рыжа и его подругу в свою жизнь и стали семьей. Если это бомба, и она упадет прямо на головы детям…
– Смотри! – Адиан взяла его за руку.
Огненная точка стала еще ярче. И она замедлялась. Тормозила, меняла курс, маневрировала.
– Не метеорит, – сказал Ян. Опустил руку в карман, нащупал пачку с остатками сечки. Доставать не стал, травы осталось слишком мало, чтобы жевать ее при первом желании, но приятно было знать, что она есть.
Звезда пронеслась над их головами – все еще слишком высоко и быстро, чтобы можно было разглядеть что-то явственно. Но Яну показалось, что в полыхании огня он увидел блеск металла. И даже звук – едва слышный, но различимый в ночной тишине, запоздало прошел над ними. Звук, похожий на гул реактивных двигателей экспериментального сверхзвукового самолета.
– Что-то военное… – подтвердила его мысли Адиан.
Звезда скользнула вниз, теряя
Они ждали несколько минут.
Но взрыва не было.
– У военных были планы запустить человека в космос, – сказал Ян. – Говорили, что корабль практически готов. Наверняка и у рыжих так же. Может быть, их запустили? Может быть, это и стало причиной войны?
– Мы запустили космический корабль с экипажем и бомбами? – предположила Адиан. – Рыжие узнали, запустили свой. И тот сбросил бомбу. А теперь он приземлился. Наш или чужой.
– Возможно, – сказал Ян. – Эта штука слишком большая для капсулы фоторазведки. Я бы сказал, что она не меньше самолета. Бомбардировщика. Высотный бомбардировщик или космический корабль.
– Он сел недалеко. Надо идти, – сказала Адиан. – Идти быстро. Есть будем на ходу.
Она огляделась, на миг задержала взгляд на палатке, покачала головой:
– Все лишнее бросим. Надо спешить.
– Оружие не лишнее, – сказал Ян.
– Нет, – тяжело, преодолевая себя, сказала Адиан. – Не лишнее.
Алекс вернулся в каюту, нагруженный большим бумажным пакетом с едой. Кадетам есть в каютах строго воспрещалось (причины этого были столь же туманны, как и запрет мало выполним), а вот члены экипажа такое право имели. Кадеты в данный момент занимали штатные должности на корабле. Возникал конфликт правил, который Алекс решил в свою пользу.
Тедди сидел на койке (еще одно традиционное нарушение) и крутил в руках модельку корабля «Энтерпрайз». Талисман был хорошо знаком Алексу, Тедди держал его на тумбочке в кубрике все годы обучения и раз в неделю бережно протирал от пыли. Ничего удивительного в этом не было, у всех имелись талисманы. Но сейчас системщик выглядел скорее малышом, возившимся с любимой игрушкой, чем выпускником космошколы.
– Пирожки? – спросил Алекс.
– Давай, – Тедди протянул руку, не отрывая взгляда от модельки корабля.
Алекс вложил в ладонь товарища пирожок, плюхнулся на кровать и достал еще один себе.
– Итальянская штучка, – сказал он. – Вроде закрытой пиццы. С мясом. Лючия делала.
– Это русское блюдо, – ответил Тедди, по-прежнему крутя в руках «Энтерпрайз». – Лючия их лишь разморозила и приготовила. Она бы сама не справилась. По традиции pirojki готовит babushka – старшая женщина в семье.
– Все-то ты знаешь, – миролюбиво сказал Алекс, дожевывая пирожок. – Но Лючия на самом деле научилась неплохо готовить. Вкусно, хоть она не русская и не babushka… Будешь еще?