Пределы вечности

Дереча Екатерина

Стоило девушке так подумать, как где-то в нижних этажах храма послышался грохот. Пол задрожал под ногами Рилинды, а полуразрушенные колонны в боковых залах начали обваливаться. Девушка с визгом отскочила с середины прохода, прижалась к стене и расширенными от страха глазами смотрела, как часть храма кренится, оседает и ухает в пустоту расселины, обнажая крутые отвесные склоны, острые пики скал и бушующее море, жадно сглотнувшее долетевшие до него камни. Должно быть, буря повредила нижние стены, подточенные временем.

Рилинда не

шевелилась несколько минут, ожидая, что оставшаяся часть храма так же рухнет и поглотит её под обломками. Лишь успокоив бьющееся сердце и убедившись в том, что всё затихло, она двинулась дальше, не отходя от стены и нервно поглядывая в пропасть. Ветер теперь не сдерживали стены, он налетал на девушку, пришпиливал её к стене и набрасывался сбоку, пытаясь подцепить и унести вниз. Рилинда с облегчением выдохнула, когда коридор закончился, и укрылась в кладовой. Самое правильное сейчас – остаться тут, рядом с едой, и ждать спасения, но комнатка была узкой и низкой. Девушка сошла бы с ума, если бы пришлось запереться в этой каморке.

Сняв с головы намотанную рубаху, Рилинда собрала все припасы в неё, завязала узлом и продела руку через импровизированную корзину – орехи и хлебцы много не весили. Обратный путь до комнаты Ринора девушка проделала чуть ли не бегом, опасаясь, что ветер усилится. Заперев дверь, Рилинда упала на кровать и расплакалась от отчаяния. Только ей начало казаться, что будущее не так страшно, что это будущее вообще возможно, как боги наказали её за непослушание, за вольные думы и мысли о свободе. Права была Гента – не стоит гневить богов, ибо глаза создателя всевидящи.

Но искушение было велико, ростки надежды, сдобренные умными книгами и витиеватым почерком неведомого Лара, поселились в душе девушки не для того, чтобы тут же зачахнуть. Уже через час в комнате был слышен лишь шелест переворачиваемых страниц и редкие шумные вздохи. Теперь, когда не осталось ничего, что подарит спасение, Рилинда вдруг обрела внутренний стержень, заставивший её жить. Пусть даже ради пытливой настойчивости, с которой она вчитывалась в строки древних преданий и легенд, дневников и справочников.

Глава 9

Валмира Бретор щурилась от яркого солнца, прикрывая глаза ладонью, и вглядывалась вдаль сквозь трепетавшую от ветра листву. Двадцать лет она прожила под крышей Мориндена, выносила дитя и похоронила мужа, но эти стены так и не стали для неё домом. Сейчас императорские стражники зорко охраняли замок и подступы к нему, но Валмира знала тайные тропы и укромные уголки. И всё же риск был слишком велик.

– Мне туда нельзя – наши сразу сдадут, да и имперские могут опознать, – Маувер лежал рядом с госпожой на небольшом пригорке, скрытый зарослями кершины. – Мы отправим Киангара. Он легко затеряется среди местных и останется неузнанным.

– Ты в нём уверен? – тихо спросила Валмира, провожая взглядом загонщика ездовых животных.

Маувер кивнул и присвистнул. Через

полчаса во внутреннем дворе от стены отделилась тень, скользнула к боковому тоннелю, скрытому за камнями. Валмира видела, как юноша открыл ворота загона и зашёл внутрь. Вот и всё, теперь остаётся только ждать. Время выбрали подходящее – большинство стражников по традиции Таллов отдыхают после сытного обеда, а оставшиеся местные точат клинки и смазывают доспехи. Эдар приучил их всегда держать оружие в полной готовности.

Через несколько часов кусты кершины раздвинулись, показывая молодого, по меркам дракканов, мужчину, вернувшегося из замка.

– Хопсов там не было, – юноша тяжело дышал после бега и косился на командира. – Я обошёл все стойла: дрейки, карноки, парочка мераков.

– Сбежал или кто-то догадался выпустить? – задумчиво спросила Валмира. – Нет, вряд ли… таллийцы ценят только силу. Им бы и в голову не пришло проследить за бесполезным хопсом.

– Он наверняка пошёл по следу Рилинды, мы ещё можем догнать его, – предложил Киангар.

– Хопсы не идут на запах, – покачал головой Маувер, затем потянул госпожу с дракканом в сторону – они и так задержались в опасной близости от Мориндена. – Хопсы ведь очень привязчивы, не знаю уж как, но они всегда находят хозяина. Что-то полезное услышал?

– Имперские стражники судачили об опале наследника, будто он разгневал императора и развязал войну с марнийцами, – Киангар пожал плечами и нахмурился. – Наместник ранен – в беспамятстве больше недели и в себя не приходит. Императрица погибла, а Дангор готовится к войне.

– С кем же он собрался воевать? С марнийцами? – Валмира наморщила лоб и закусила губу. – Если водные дракки разорвали договор, нас уже ничто не спасёт.

– Они же только в воде сильны, чего бояться? – юноша хмыкнул, видимо представив, как неуклюже будут передвигаться по суше мранийцы, но помрачневший командующий осадил его.

– Ты ещё молод и не видел марнийцев, но судишь. Эти твари жили здесь задолго до нашего появления, и они же останутся после, – Маувер переглянулся с госпожой и покачал головой. – Летать они не умеют, как и ходить по земле, тут ты прав. Но крылья у них есть. Не знаю, ветер ли слушается дракков или они умеют его слышать. Парят они даже выше нас, Киангар. Я однажды видел, как марнийцы выбирались на кладку яиц – чудища, каких поискать.

– Не пугай раньше времени, Маувер, – Валмира поёжилась и положила руку на плечо командующего. – Может, ещё обойдётся.

– Не примкнуть ли нам к императору, госпожа? – задумчиво спросил мужчина, оглянувшись на замок. – Соединим армии, да и Дангор теперь вдовец – хорошая партия для вас.

– И кем же я буду для него? Третьей женой?! – женщина вскинулась и сжала кулаки. – То, что он смог зачать Лотрима, уже чудо – обряд забирает у драккана жизненную силу, а вместе с ней и кое-что ещё. Быть императрицей при муже-безумце я не собираюсь!