Пределы
Шрифт:
— Спасибо, — ответил Офер и так улыбнулся Гаррику, что Тарин не сдержался и зарычал.
— Не ревнуй, Тарин. Офер принадлежит общине, и ему приходится много ходить по территории. Но иногда курсанты в патруле становятся… ну…
Офер поморщился.
— Ненавижу выполнять задания, когда стемнеет. Быть общим мальчиком противно и днём. Любой мужчина может приказать мне прислуживать или использовать меня, как… А когда я дежурю ночью в коридоре, то любой, у кого нет мальчика, может приказать мне зайти к нему в комнату. — Офер посмотрел Тарину в глаза. — Быть чьим-то лучше, Тарин. А когда ты ничей… — Офер замолчал.
Гаррик
— Потерпи, мальчик. Заявки Матушкам и День Свечей могут многое изменить.
Офер вздохнул.
— Но не всё.
— А что такое патруль? — спросил Тарин, проглатывая остатки предложенного клювоносом пирожка.
— Охрана, — коротко ответил капитан. — Курсанты-выпускники ходят по территории общины группами. И днём, и ночью. Ты бы далеко не убежал, мальчик. В тёмное время суток они останавливают любого мальчишку, у которого нет сопровождения. Они могут побить его или воспользоваться им. Им даже не надо спрашивать на это разрешения или давать ему штрафные очки. Если ты оказался на улице один без разрешения, то виноват.
Офер вздрогнул.
— Они любят развлекаться с общими мальчишками. Когда вчера вечером лейтенант Кейл отослал меня с сообщением в другое здание, мне пришлось отсосать всем кадетам из патруля. А потом меня ещё и отшлёпали за то, что я опоздал. А сегодня я принёс ужин позже, потому что решил переждать на кухне, пока патруль пройдёт дальше.
Тарин нахмурился.
— Так нечестно.
— Но так уж у нас заведено, — ответил Гаррик. — Я всего лишь капитан, Тарин. Есть мужчины, которым я подчиняюсь так же, как ты должен подчиняться мне.
— Должен, — повторил Офер, пытаясь выдавить улыбку, однако всё равно выглядел мрачным.
— Вы доели, мальчики? Офер, собери тарелки. Мы вернём их по пути на кухню. Тарин, надень свою футболку. Тебе надо хорошо отдохнуть. Завтра тебе рано вставать на работу в пекарню, а потом ещё отмечать Матушкин День.
— Вам надо бы показаться Гайдеону, — осторожно сказал Офер.
— И что я ему скажу? — спросил Гаррик. — Что мой мальчик ранил меня? К тому же Гайдеон только забинтует мне рёбра и всё.
Тарин заёрзал, взял клювоноса за руку, и они пошли вниз по лестнице, а потом вышли на улицу.
Мимо прошагали четверо курсантов, и Офер поёжился. Кадеты лишь поприветствовали капитана и направились дальше.
— Травка? — с надеждой в голосе спросил Тарин.
— Нет, мальчик. Игры закончились.
— Нет носков. Земля твёрдая.
Гаррик кашлянул.
— Нет, мальчик. К тому же мы уже пришли. Офер, подожди здесь минутку, пока я передам Тарина ночной охране.
Тарин последовал за своим мужчиной в темноту и вскрикнул, когда Гаррик резко остановился и сжал его запястье.
— Послушай, Тарин, когда после Дня Свечей ты станешь полностью моим, мы разберёмся с твоими ошибками. Ты всадил мне в ногу нож и сломал ребро. И чтобы мы с тобой смогли жить как мужчина и мальчик, нам придётся это обсудить.
Тарин всхлипнул. Он дважды ранил клювоноса.
— Надеюсь, третьего раза не будет? Я терпеливый, но умирать от руки мальчишки не собираюсь. А сейчас не двигайся.
Тарин вытерпел, пока поедали его рот, и даже не ударил локтём клювоноса в ответ.
— Спокойной ночи, мальчик.
— Не убью тебя, — пробурчал Тарин и зашёл в зал.
_________________________________
Катальпа1 —
Глава 11
Тарин поёрзал в спальном мешке. Ему начинало нравиться ощущение комфорта. Конечно, спать в любимой позе на боку без ямки под попу было по-прежнему неудобно, но всё же… К тому же, лёжа на животе, он чувствовал себя беззащитным. Когда же переворачивался на спину, то не мог представить, что его окружают деревья и яркие звёзды. Но всё-таки Тарину показалось, что здорово проснуться на рассвете, когда вокруг ещё сопят и похрапывают мальчишки. Ему было тепло и сухо, и спальный мешок оказался намного лучше холодных листьев.
Тарин пошевелил пальцами на ногах. Всё ещё без носков… Вчера вечером он запулил ими в клювоноса, который так и не выдал ему новые. Тарин понимал, что как только курсанты это заметят, то его пальцы снова окажутся в ловушке. Но сейчас он наслаждался тем, что ноги свободны. Тарин потянулся и вспомнил вчерашние приключения. Да уж, денёк выдался ещё тот…
Тарину показали фотографию Матушки, напугали Ночным Мальчиком… А ещё Тарин свалился со стены, наконец попробовал яблочный пирожок и, подумать только, получил нагоняй от Офера насчёт Гаррика! Вдобавок ко всему, он сломал клювоносу ребро. Он вздохнул. И это только то, что произошло после обеда!
Тарин сел и потрогал ноющие колени. Похоже, придётся придумать план получше, если хочу пережить зиму. Задумка стать «невидимым Тарином» не сработала. Несмотря на все усилия, мужчины всё равно замечали Тарина. Ему вдруг подумалось, что перетерпеть зиму в лесу было бы проще, нежели жить в общине. Сперва придётся постараться больше не привлекать внимание Титуса и не расстраивать хорошего доброго Офера. Тарин вздохнул. Дурацкие правила. И лучшим, и худшим быть чревато…
Тарин прищурился. Вчера он увидел мужчину, которому нельзя доверять. От одного только присутствия майора Джейдона у Тарина в позвоночнике что-то противненько заскреблось. Тарин был уверен, что и Гаррику Джейдон не нравится, хотя клювонос упомянул что-то о званиях…
Тарин подсчитал «опасности» на пальцах: глупый Кори, жирный кадет Мика, Джейдон и Титус. Возможно, ещё Элой. Полная рука. Чёрт! Теперь вероятные союзники: Офер и Март. Может быть, ещё и Пэрри, хотя он теперь всё больше внимания уделяет тому, чтобы стать примерным мальчиком. Тарин не хотел включать в этот список мужчин, но понимал, что некоторые из них добрее остальных. Кинан и Эдон, например. И мужчина Марта — Кейл. С остальными пока не ясно, они могут оказаться и «опасностью», и союзниками. Живот у Хелема казался добрым, но он выдернул у Тарина зуб и продырявил ухо. Майор Лорн, конечно, был брюзгой, но не злым. А Гайдеон… Тарин нахмурился. Да, целитель красив, но он заставил Тарина воспользоваться ведром и разбазарил его дар.