Пределы

Неделько Григорий Андреевич

Кривясь, когда возникали вспышки боли, я спустился по ступеням и вышел в ночную Москву. Впереди горели огни, шумела автострада. Я вынул из нагрудного кармана «L&M» и закурил от потёртой зажигалки. Серебряная. Эх, не берут общество, с которым приходится иметь дело, серебро и чеснок. Их либо как нас, людей, либо специфическим способом. У вампиров вот соки жизненные высасываем, чтоб неповадно было.

Развлекая себя полушутливыми мыслями, я ждал, когда приедут труповозки. Из-за облака выглядывала, будто усмехаясь, жёлтая

круглая луна. Когда-то она считалась навьей матерью, прародительницей жутких существ. М-да, ты прав, Олег, когда-то…

Современная медицина быстро ставит на ноги. Бок зажил, и я вернулся на работу.

Сидя в кресле-вертушке, резался на компьютере в “Doom + Quake: Evolution”, очередной боевик от бессмертной “ID Software”. Грёбаные монстры, и тут тоже. Как будто на работе не нагляделся на эти мохнатые ряхи, шнобели пятаком, жёлтые клыки… Но, пожалуй, пострелять было тем паче приятно. Легко и непринуждённо враги, исчадья сатаны, отправлялись в небытие – не то что в реальности. И оружие в игре помощнее. Что говорить, фантастика.

В разгар боя зашёл Санька «Шёпот», который до того смотался в столовую.

– Бок болит? – в двадцать пятый раз осведомился он.

Просто чтобы спросить, нарушить тишину. Вылазки в город выдавались гораздо реже, чем хотелось бы. Или, наоборот, чаще? Чёрт поймёт.

– Ничего у меня не болит, – механически соврал я.

– Угу. Рассказывай.

«Шёпот» плюхнулся в кресло по соседству. Высокий лоб, короткие тёмно-русые волосы, голубые глаза – на мой взгляд, его внешность идеально сочеталась с полицейским кабинетом.

– Тот вамп тебя же чуть на части не разодрал, – нагло ухмыляясь, заметил Санька.

– И чего? – не отрываясь от экрана и продолжая, точно заведённый, щёлкать «мышью», задал я логичный вопрос.

– Понятно, что не впервой.

– И я о том же.

– Но больно уж… качественно.

Я нажал на паузу и повернулся к неуёмному Саньку.

– Чего пристал? Занялся бы делом.

– Им-то я и занялся, – огорошил «Шёпот», – потому и пришёл.

– Ну? – коротко поинтересовался я.

– Вот тебе и ну. Придётся оторвать задницу и кое-куда съездить.

– Например?

Вместо ответа Санька передал мне папку, которую до того держал в руках.

Я открыл её, лениво проглядел.

– Что это?

– Досье на убитых.

На моё лицо набежала тень недоумения. Портрет президента Митронова на стене тоже наверняка в сомнениях.

– Ты о ком? – спрашиваю. – Не о тех же ночных гуляках из недостроенного комплекса?

«Шёпот» похлопал в ладоши.

– Угадал. С первой попытки. О них самых.

Недоумение сменилось удивлением. Я более внимательно проглядел материалы в папке. Рост, вес, возраст… родственники… привлекались ли… где работали…

– Вернись к «Родственникам», – подсказал Санька.

Но я уже догадался, о чём пойдёт речь.

–

Видел. Значит, она та самая Алёна Колыванова?

– Та самая.

– А парень? Или инфу о нём тоже надо штудировать?

– Он – сын видных инженеров. Очень видных. И бывший потенциальный зять.

Отлично. Девушка, убитая «моим другом» вампиром, оказывается, дочка главы Юго-Восточного отделения ПП. А парень – её жених из богатой и известной семьи. А кто тут у нас наиболее исполнительный и ответственный мент? Кого заставят разрабатывать дело?

– Надеюсь, – говорю, – нас не назначили напарниками?

«Шёпот» улыбнулся во всю свою нахальную физиономию, крутанул подставку для ручек на рабочем столе.

– Вот сейчас не попал. Совершенно. Разработку поручают тебе одному.

Я шумно выдул воздух через ноздри.

– То есть? Ты шёл в столовую, встретил по дороге Пал Палыча, он тебе отдал папку и приказал: «Иди и испорть жизнь Олегу»?

Санька покивал.

– Именно так. Только я шёл ИЗ столовой.

Я взвесил папку на руке.

– Тяжёлое дельце.

– Но ты же справишься, стрит файтер?

Он подтолкнул меня локтем. Я глянул настолько кисло, насколько возможно. Санька не обратил на мои позывные внимания, пересел за свой стол, водрузил на него ноги.

– Желаю удачи, Олег.

Я пожевал губы.

– Понятно. А что насчёт напарника?

Санька прищёлкнул пальцами.

– Чуть не забыл. Пал Палыч просил обойтись с делом как можно нежнее.

«Шёпоту» не было нужды продолжать, да он и не продолжил. Убийство дочки одного из начальников – преступление скверное. Скверное и потенциально громкое, потому-то его и поручают лучшему специалисту, чтобы он в одиночку нашёл ответ. Или облажался. Но, главное, препятствовал возникновению слухов.

– А Пал Палыч, – произношу, – не давал дополнительных указаний?

– Давал. Пусть начинает, с чего хочет, заявил. Только один. – И Санька нескромно заржал.

Появилось желание хорошенько приложить его по голове папкой. По счастливому совпадению, она тяжёлая и удобно ложится в руки. Благодаря титаническим усилиям сдержался. Плюхнув документы на стол, заметил:

– Обычно подобные директивы ничего не дают. Кого искать? Вампира? Так его уже нашли. И, того… оприходовали. Причём я даже знаю кто.

– И я знаю. И он знал. Но Палычу нужна полная информация.

– Думаю, не Палычу, а… как его… Вениамину Андреичу?

– Типа того.

Санька встал, открыл окно и закурил мерзкие отечественные сигареты.

– Что за дрянь ты потягиваешь? – не сдержался я.

– «Лес». Сигареты из трёх букв. – Он опять рассмеялся. – Хочешь?

– Да иди ты, – бросил беззлобно.

– Кури-кури свои заграничные, топи Россию-матушку.

– Давно ли Российское Содружество тонет?

– Слушай, Ковалёв, чё пристал? Я, что ли, это задание придумал?