Шрифт:
Глава 1. Завтрак.
– Утро, снова утро… Однажды оно не наступит и я наконец то высплюсь, – подумала про себя Амира, зевая и расползаясь по скомканному одеялу.
Она всегда просыпалась на несколько секунд раньше момента, когда мама начинала звать её на завтрак. И так каждое утро, каждого дня сколько она себя помнила, ну или ей так казалось, уже несколько последних недель.
– Амира, просыпайся и приходи на завтрак, – раздался голос мамы, услышавшей шуршание из комнаты дочери.
– Что сегодня? Опять белохрупцы
– Вот если бы как на прошлой неделе зубатый снова утащил одну из алук, хоть какое-то разнообразие. Похоже, что предки отправили зубатых с нами, только ради маленьких моментов хаоса в этом запрограммированном пространстве, ведь кроме как спать под лучами Сола целый день, а по ночам воровать алук они ничего, абсолютно ничего не умеют, – продолжался парад утренних размышлений в голове Амиры.
С одной стороны, она была рада шалостям зубатых, а с другой стороны алуки ей тоже были вполне симпатичны, как и любое другое маленькое существо с лапами, в её юном возрасте.
– Кстати про кормёжку, – произнесла Амира, почти про себя, в тот самый момент когда запах термообработанных белохрупцев начал проникать в маленькую комнату, а свет от Сола преодолев одеяло, добрался до её зелёных глаз.
– Амира, давай быстрее, – теперь уже прокричала Нара, как всегда ровно за секунду как вторая нога её дочери встретилась с первой на прохладном полу.
– Две минуты и я за столом, – ответила Амира, уже заранее зная, что путь до стола, вместе с умыванием займёт не меньше пяти минут. Это же знала и её мама и потому как и каждое утро произнесла: Даю тебе пять минут и не минутой больше.
– И так, – подводила итог своего пробуждения Амира, – Сола светит, алуки снова принесли белохрупцы, мама проснулась на час раньше меня, папа скорее всего уже на плато… Ничего нового как и каждый предыдущий день, а значить пора стать частью этого дня.
– Помни, кто твои предки, помни кто ты, помни откуда ты, – проговорила она как молитву перед самым важным соревнованием в своей жизни и в два прыжка оказалась в камере для умывания, по пути крикнув, – Алиска, музыку.
– Какую музыку ты хочешь послушать сегодня Амира? – раздалось в комнате.
– А что в нашем списке из миллиона треков, осталось ещё то, что я ещё не слушала? – уточнила у невидимки Амира.
– Ты прослушала пятьдесят тысяч восемьсот сорок две композиции.
– Тогда пожалуйста, что-нибудь из классики, – пародируя размеренный и серьёзный голос отца сказала Амира. Она решила, что в свои тринадцать, должна уже попробовать послушать классику, как это часто делает её отец по вечерам, вернувшись с работы.
– Сергей Васильевич Рахманинов, Итальянская полька, – раздался голос Алисы, сразу за которым заиграла пробуждающая трель фортепьяно.
Амира, прищурила один глаз, изображая перекошенную улыбку. Не такого эффекта она ожидала от взрослой музыки.
– Похоже, не мой сегодня день, – проскользнула мысль в её голове и быстро улетучилась, ведь как-то уж очень подходила эта мелодия к процедуре бесконтактного умывания, когда микроскопические
– Алиса, включи умывалку, – зажмурившись произнесла Амира.
– Включаю камеру для умывания, – ответили стены комнаты.
Слабые электрические вспышки забегали по матовому стеклу которое было дверью камеры, повторяя в такт мелодию взрослого композитора из далёкого прошлого предков. Изначально процедура бесконтактного умывания была абсолютно безболезненной, но занимала целых пять минут, что по мнению Амиры было категорически недопустимой растратой её личного времени. Поэтому проведя очень серьезные переговоры с Сашкой из четвертого блока, было принято решение внести небольшие изменения в программное обеспечение умывалки и сократить процедуру до одной минуты, немножечко подкрутив мощность аппарата. Саша был общепризнанным специалистом в возрасте до пятнадцати лет по всей электронике на борту станции. Ведь только у инженеров четвёртого блока были программаторы «PUI-3», был он и у Сашкиного отца, чем сам юный хакер втихаря пользовался, зарабатывая репутацию среди сверстников и периодические не самые приятные беседы с родителями.
– Процедура умывания завершена, – произнесла Алиса и в тот же момент стекло камеры сдвинулось в сторону. Амира попыталась выйти, но голодный зубатый уже поджидал свою хозяйку, чтобы жалостливым видом выпросить себе утреннее угощение. К несчастью подросток всё ещё был слишком занят чехардой утренних мыслей в своей голове и просто не заметил ожидающего друга. Вместо жалостливого «Мяу» на весь бокс раздалось душераздирающее: «Мяяяяяуууууу!!!».
Зубатый зигзагом рванул в прочь из комнаты, а Амира потеряв равновесие от неожиданности с грохотом шмякнулась на пол.
– Амира, что случилось? – с удивлением от вылетающего из комнаты Зубатого спросила Нара.
– Всё в порядке мама, маленькое недоразумение с местной фауной. Я уже спускаюсь.
Амира быстро залезла в костюм из никиамида и ловко нажав несколько виртуальных кнопок на запястье, заставила принять его форму своего тела. Уже через мгновение она спускалась к столу где был приготовлен завтрак и утренний разговор с мамой, которая увлеченно что-то изучала в своём планшете.
– Мам, зачем ты каждый раз заморачиваешься с белохрупцами? Ведь есть же Алиса она приготовит всё что угодно из мультигеля.
– Натуральные продукты всегда полезнее чем синтезированная еда, – спокойно ответила Нара. – Тем более что Алиса не умеет готовить с душой в отличии от твоей мамы.
– А вот сейчас было обидно, – прозвучал голос Алисы.
– Не обижайся подруга, ты же знаешь мы без тебя как без рук, – парировала Нара. – Лучше проверь что у нас с вентиляцией, мне кажется здесь всё вокруг пропахло белохрупцами и зубатым.
– Вы правы Нара. Уровень износа фильтра окружающей среды достиг девяносто восьми процентов. Я попыталась оставить заявку на замену в четвёртый блок, но они настаивают, что новый регламент, предусматривает замену только на ста процентах износа. Я могу увеличить мощность вытяжной системы и компенсировать потери на фильтре.