Предлесье
Шрифт:
— Что ж, тогда я подожду. Будьте там осторожны Олег Иванович.
— Буду. — Сказал старик напоследок и пошагал к полупрозрачному шкафчику с большой цифрой десять на дверце.
Скафандр и правда, оказался ему в пору. В НИИ, в котором старик работал, он привык, что защитные комплекты весят на нём мешком, но здесь он был подогнан ему по размеру. Скафандр не сковывал движения, нигде не натирал и в принципе казался очень даже удобным для применения.
Пока старик одевался, коллега ждала его возле входа в шлюз.
Как только Олег Иванович одел скафандр, Александра провела его через шлюзовую камеру, в помещение более просторное, но такое же тесное. Оборудования в нём было на миллионы долларов. Всё самое современное. С не всем старику даже приходилось работать.
М-да, большие шишки из ООН серьёзно подошли к проблеме.
Кроме оборудования в помещении хватало и людей. Их было восемь, если не считать Александру и самого Олега Ивановича.
— Сейчас я вас со всеми познакомлю. — Сказала девушка и повела старика к ближайшему учёному, работающему с микроскопом.
— Привет Льёт, можешь отвлечься на минутку?
Учёный оторвался от работы и повернулся к девушке с гостем. Он был не очень приятен на лицо. Слишком худ и бледен. Голова узкая и длинноватая. Чёрные волосы зачёсаны назад, тёмно-серые глаза с мешками под ними, смотрели пронзительно, словно исследовали каждую клеточку подошедшего. Мужчина не улыбнулся, вообще ни как не изменил выражения лица, оно как будто было не способно на это. Сколько лет прожил этот человек, никто бы точно не ответил. Его возраст уже явно перевалил за тридцатник, но на большее определение его возраста Олег Иванович не был способен. Возраст этого Льёта, как окаменелость, застыл где-то между, сорока и шестьюдесятью годами.
— И кого же ты к нам привела, интересно узнать? — Спросил Льёт на английском с сильным акцентом, голосом того, кому совершенно наплевать кого там к нему привели.
— Это Олег Иванович. — Ответила Александра на чистейшем английском. — Я тебе про него рассказывала. Ну, учёный из Москвы.
— А-а, да, я вспомнил. Это тот, от рассказов о котором у меня заболели уши. Очень рад встрече. И очень надеюсь, увидеть вас в деле, после всего сказанного. Я кстати Льёт Энберг, микробиолог. Пришлось самому представляться, раз Александра забыла.
Девушка немного покраснела, перестала улыбаться, и повела Олега Ивановича дальше.
— Не приятный тип, сказала она. И его имя ему очень подходит. — Сказала Александра, и тут же краска с её лица сползла, а губы вновь украсила улыбка.
Она подвила старика к следующему учёному. К чуть полноватой женщине с кожей цвета какао, волосами, собранными в пучок и дополняющими образ очьками. Женщина была, кажется абсолютной противоположность прошлого субъекта: улыбчивая, жизнерадостная, готовая выслушать и рассказать что-нибудь своё.
— Энн
— Рада познакомится. Я Энн Бейль. Занимаюсь здесь батаникой. — Сказала девушка на английском с еле заметным акцентом и улыбкой на устах. — Хотелось бы надеяться, что вы поможете нам серьёзно продвинуться в исследованиях.
— Мне тоже. Много ли удалось узнать?
— Пока что нет. Работу здесь очень затруднена, тем фактом, что чуть ли не каждый день появляются новые виды растительности и иногда исчезают старые, наименее живучие.
— Я слышал в зоне падения опасно?
— Да, опасно. Я бы даже сказала очень. Особенно по ночам. Вот посмотрите на этого красавца. — Энн указала на растение, препарированное на столе. — Это что-то вроде папоротника. Не шибко красивый, не правда ли? Так ещё и опасный. Видите волоски на нём? Они покрыты нейротоксином, а ещё в темноте этот красавец способен выделать ядовитые испарения, лишь чуточку уступающие по опасности токсину в волосках. В зоне предостаточно подобных красавцев. Все они ядовитые, или зубастые, или плюющиеся, но хватает и вполне безопасных, ещё не сильно ушедших от наших.
— Я не вполне понял смысл последнего. В смысле: «не сильно ушедших от наших»?
— Всё эти растения… они наши… с земли. Ну, частично. Мы только недавно поняли, что камешек не создаёт новые растения с нуля, а использует биологический материал наших.
Старик немного помолчал, не зная, что и сказать.
— Определённо, удивительное свойство. — Наконец произнёс он. Случившиеся здесь казалось ему всё более и более интересным. Как какому-то куску пароды удаётся изменять живые организмы планеты? Что смогло наделить его такой силой?
— Сашенька, не могли бы мы продолжить знакомство с коллегами чуть позже? Для начала мне бы хотелось войти в суть дела. — Сказал Олег Иванович.
— Хорошо, как хотите. Всё Энн, больше не будет тебя отвлекать. — Сказала Александра и отвела старика к своему рабочему месту.
Там она включила компьютер с большим экраном и открыла папки, содержащие всю собранную учёными информацию. Отчёты и фото, видео, графики. Сначала у Олега Ивановича разбегались глаза, от всего этого, но Александра помогла ему переварить такие объёмы информации.
— Вот фото метеорита, сделанное через сутки после падения, а вот его 3D модель. Интересная он штучка, идеально круглая форма, внешняя оболочка состоит из неизвестного нам металла, невероятно крепкого, способного поглощать колоссальные вибрации. Теплопроводность у него почти нулевая. Удивительная вещь, но даже у неё есть своё слабое место. И ею оказался наш состав атмосферы. Из-за него металл быстро окисляется. Мы с трудом успели спасти небольшой кусок металла, подобрав для него подходящие условия.