Предположительно
Шрифт:
— Ваша честь, — говорит мистер Козлиная Морда. — Семья Алиссы хочет, чтобы их оставили в покое. С какой стати они снова должны проходить через ад из-за какой-то истории, построенной без реальных доказательств?
Мисс Кора, стоящая посреди зала, сложив перед собой руки, напоминает церковный шпиль. Она спокойна как никогда. В отличие от Терри, который постоянно ерзает, просматривает файлы и делает заметки. Не знаю, почему он так нервничает. Если что, в тюрьму отправлюсь я, а не он.
— Наши новые улики и показания подтверждают сведения первоначального расследования. Кроме того, Мэри не получила справедливого
Мистер Козлиная Морда смеется. Это мерзкое хихиканье напоминает мне Рэя. Кстати говоря, интересно, почему никто никогда не вспоминает о нем. В мамином безумии он сыграл не меньшую роль, чем я. Полагаю, это потому, что он мертв. И я знаю, как это произошло. Просто не хочу об этом говорить.
— Новые улики? Новая история, хотите сказать? Если Мэри лгала прежде, откуда нам знать, что она не лжет сейчас?
— Мэри никогда не лгала. Она никогда не признавалась в том, что убила Алиссу. Все выводы были сделаны, основываясь на показаниях ее матери. Мэри сказала правду. Она не знала, что случилось с Алиссой.
— Тогда она не знала, что случилось, а теперь знает?
— В то время Мэри была ребенком. Очевидно, что она просто не могла интерпретировать произошедшие события.
Мистер Козлиная Морда качает головой. Его ассистенты, пожилая блондинистая женщина и молодой чернокожий парень, передают ему какие-то заметки.
— Ладно. Давайте немного остынем и подключим логику. Вы просите нас открыть дело, чтобы несовершеннолетняя девочка смогла оставить себе ребенка? Неужели я единственный здесь могу увидеть общую картину? Какую жизнь она сможет обеспечить своему малышу? Без источника дохода, без образования, без надлежащих жилищных условий. Она не сможет вырастить ребенка в групповом доме.
— Многие женщины справляются с этим. Постоянно. Но мы сейчас здесь не за тем, чтобы ставить под сомнение ее жизненные условия. Мы не можем лишить ее родительских прав из-за преступления, которого она не совершала.
Несмотря на то, что она произносит эти слова, надеюсь, она не думает, что мы с Бобом действительно останемся в групповом доме. Я предпочту жить на улицах с крысами и голубями.
Мистер Козлиная Морда выглядит сбитым столку и озадаченным. Слово для подготовки к экзамену: «обескураженный».
— Десятки психологов подтвердили, что она неуравновешенна и нуждается в пожизненном психиатрическом лечении. Ее жизненные условия — это то, на чем мы должны сейчас сосредоточиться. Только так мы сможем определить ее текущее психическое состояние.
— Их заключения неубедительны. У вас есть десяток психологов, которые полагают, что она неуравновешенна, у меня же есть десяток других, которые утверждают, что она психически здорова и способна предстать перед судом, даже будучи ребенком.
Мистер Козлиная Морда просматривает свои заметки, яростно перелистывая страницы.
— Один из этих психологов пришел к выводу, что, цитирую: «Мэри могла страдать от не выявленного биполярного расстройства, что неизбежно привело ее к приступу маниакальной депрессии». И давайте не будем забывать о списке лекарств, которые назначаются
Мисс Кора сглатывает, ее лицо напрягается. Мы никогда не обсуждали мои лекарства. Мы никогда не обсуждали то время, которое я провела в больнице. Мне было слишком стыдно. Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнавал, какой я была.
— А еще они поставили ей СДВГ, — выплевывает она. — Но ни одно проведенное тестирование этого не доказало. Кроме того, трое докторов постановили, что она необычайно умна.
Мистер Козлиная Морда выпучивает глаза. Теперь он по-настоящему разозлился.
— За восемь месяцев она не сказала ни слова. Восемь месяцев!
— Что было результатом ее психологической травмы! Все доктора, включая того, которого вы так красноречиво процитировали, подтвердили, что она страдала от особого случая посттравматического стресса. Девочка стала свидетелем убийства, совершенного собственной матерью — ее единственным близким человеком и защитником — а после этого ее заставили скрыть улики, что сделало ребенка невольным сообщником. В девятилетнем возрасте она не могла принимать свои собственные решения, особенно в таких безумных ситуациях, затрагивающих смерть. Она, и это подтверждают ее показания, делала то, что ей приказывал делать авторитетный человек.
Судья Конклин молчит. Она просто сидит на своем месте и наблюдает за их словесным пин-понгом. Ее тонкие губы вытянуты в прямую красную линию.
— Так что вы предлагаете, защитник? — спрашивает мистер Козлиная Морда.
— Как вы собираетесь доказать эту новую версию событий?
Мисс Кора вздыхает. Возможно, впервые с начала их баталии.
— Основываясь на новых показаниях, необходимо провести повторную проверку улик, чтобы подтвердить соответствующие заключения. Нам нужно эксгумировать тело.
Мистер Козлиная Морда вскакивает, будто его ударила молния.
— Да вы издеваетесь! — кричит мистер Козлиная Морда. — Ваша честь!
Эксгумация. Еще одно новое слово. Извлечение чего-либо из места его захоронения. Обычно, трупа.
Минутку, так это она хочет раскопать могилу Алиссы?
Комната вокруг меня начинает вращаться. Нет, нет, нет, нет... Я не могу увидеть Алиссу такой! Сгнившая кожа, кучка костей, покрытых грязью... у меня сводит живот только от мысли об этом. Я касаюсь ноги мисс Коры. Она смотрит на меня с раздражением, произнося одними губами: «Не сейчас».
— Ладно. Думаю, я услышала достаточно, — говорит мисс Конклин, собирая разложенные перед ней бумаги. Комната дружно выдыхает. Черный ассистент мистера Козлиной Морды смотрит на меня. Так же, как смотрел продавец в «Дуэйн Рид» до того, как Тед начал ему угрожать. Мистер Козлиная Морда перехватывает его взгляд и злобно смотрит на него. Судья Конклин медленно перекладывает еще пару папок, потягивая воду.
— Я приму во внимание ваши аргументы при рассмотрении ходатайств и представленных доказательств, прежде чем принять решение о том, как нам следует действовать дальше, — она смотрит на мисс Кору. — Защитник, я хотела бы увидеть еще одну психологическую экспертизу мисс Эддисон. Также, мне необходимо просмотреть все заключения за последние шесть лет и последовавшие за ними отчеты о возобновлении лечения.