Председатель
Шрифт:
— Как где? На дне! — показал в сторону реки он.
От этого ответа у колхозника рука сжалась в кулак.
— Ах ты, сволочь проклятая! — выкрикнул он и накинулся на Ильича, целясь ему прямо в морду.
— Да руки ему вырвать после такого! — воскликнул другой, — Зря вы трактора нахваливали… вот и сглазили! Скоро все до единого сломаются!
Твою ж… Ильич, придурок, ты что сделал? Не для этого я с ними возился! Это ж надо, ничего этому бездарю доверить нельзя!
Так, нельзя давать волю эмоциям. Однако, хорошую взбучку он давно заслужил. Я демонстративно
— Дракой делу не поможешь, довольно! — выкрикнул я, после чего озлобленный мужик остановился, чувствуя себя чуточку лучше после устроенной им небольшой взбучки. Да и мне, признаюсь, немного полегчало.
— Товарищ председатель, прошу прощения, — мой грубый голос привёл его в себя, — Но трактор утонул! Что же теперь делать? У нас посевная ещё не закончена.
— Как что? Вытаскивать будем утопленника, да чинить! Тащите его в кузов и поехали, — кивнул в сторону Ильича я, — Трактором завтра утром займёмся.
А ведь шло всё так хорошо…
Дорога назад для виновника в утоплении трактора оказалась нелёгкой. Народ то и дело перешёптывался, а кто-то и вовсе открыто насмехался над дураком. Как машина остановилась, так Ильич сразу же нетерпеливо выпрыгнул из кузова и рванул домой, даже не поблагодарив меня за спасение.
Вполне ожидаемо с его стороны.
Я тоже спрыгнул на землю и помог нескольким пожилым женщинам, попрощался со всеми и пошёл домой.
Насчёт трактора я сильно не переживал. Неприятно, конечно, но по идее, ничего серьёзного с ним не должно случиться. Достанем, разберём, высушим, и поедет родимый, куда денется. В самом худшем случае, двигатель заменить придётся. Но этот бездарь Ильич не перестаёт удивлять. Похоже, его вообще ни к какой технике подпускать нельзя.
Это был очередной тяжелый день в колхозе Новый путь. Да они все тяжёлые, на самом деле. Про то что в "поле" может быть такое, Марии ни один преподаватель не говорил.
Но этот день закончился и уже уходя домой, девушка решила поговорить с товарищем Елиным, заведующим молочной фермой.
— Пожалуйста, послушайте меня, пока не поздно. Это же невооружённым глазом видно! По всем стандартам в этом возрасте они должны весить больше, — тактично пыталась достучаться до него девушка.
— Мария Никаноровна, я конечно понимаю, что вы молодой специалист и только прибыли из института, но не стоит так сразу демонстрировать свой непрофессионализм. Вы сначала разберитесь во всей ситуации должным образом. Телята нынче часто болеют в колхозе, не удивлюсь, если это и стало причиной, — отмахнулся от неё Елин.
— Ладно бы один или два, но не все же поголовно. Такое ощущение, что они просто недоедают! — продолжила настаивать Мария, чем ещё больше вызвала гнев парторга.
— Девушка, — снова намекая на её возраст, начал он, — Вы только недавно получили диплом ветеринара. Причём, вашу итоговую оценку на экзаменах я тоже видел, и учились
Напомнив Марии про госы, Елин всколыхнул не самые приятные её воспоминания, да и не объяснять же сейчас ему, почему так сложилось. А он ещё и авторитетом сразу давить начал. Действительно, кто она, чтобы спорить с заведующим молочной фермой, да ещё и парторгом в придачу? Для него она лишь глупая молодая троечница. В глазах у девушки предательски защипало.
— Я поняла вас, товарищ Елин, — быстро ответила она и почти бегом поспешила домой.
Глава 14
— Вот так работёнка с утра пораньше!
— Да не говорите! А если бы не этот валенок Ильич...
До моих ушей донёсся недовольный разговор колхозников.
Оно и не удивительно, ведь вытащить трактор оказалось непростой задачей. Ладно если бы у него были колёса, но тащить гусеничный трактор — это словно камень со дна в пять с половиной тонн поднимать!
Но самыми недовольными были те, кому пришлось нырять на дно реки с крюками, благо день выдался действительно тёплый, и пока ныряльщики грелись под лучами солнца, другие на тракторах тянули тросы.
— Да ладно вам, быстро управимся, — подбодрил работников я, — Хорошо хоть этот дурак успел заглушить двигатель, а то последствия для трактора могли бы стать более разрушительными. И на том спасибо.
— Но тогда и трактор не пришлось бы доставать, — пошутил один из работников, вызвав этим смех у других.
— Товарищ председатель, а вы уверены, что его ещё можно починить? — поинтересовался у меня Андрей.
— Взглянуть нужно для начала, но что-нибудь да придумаем, — ответил я, наблюдая как трактор со дна реки медленно тащат на берег.
Надеюсь хоть здесь Ильич не накосячил, иначе вся наша работа насмарку.
Ночью, да и сейчас тоже, я всё думал, что же, блин, мне в связи со всем этим предпринять. Конечно, достал Овчинников меня уже конкретно своим раздолбайством, но надо ли ещё и сюда привлекать милицию? Так можно и весь колхоз пересажать. К тому же Ильич ещё и член партии, так может пусть партия и решает, что с ним делать? Заодно другим пример будет. Мало кому на его место захочется, чтобы всей деревней кости публично перемывали. Тем более, что я уже успел понять, что особой любви к нему в целом не испытывали.
Решено. Будет у нас «товарищеский суд» после обеда. Я вернулся в правление и наказал Аллочке с Андреем собрать всех представителей партии, а также полевых работников, кому как не им решать, что делать с этим вредителем.
Как и ожидалось, сам виновник явился чуть ли не самым последним. И раскаяния на его лице я не заметил. Скорее недовольство и раздражение.
В этот раз, людей ожидалось меньше, чем обычно, так что я не стал приглашать всех к клубу, хватило и места возле входа в правление.