Представитель
Шрифт:
Наконец джип доставил Карсона к гостинице, и он отпустил шофера, попросив передать привет сержанту Флетчеру.
Машина уехала, а Кит в приподнятом настроении прошел мимо швейцара, который учтиво поклонился и проводил взглядом солидного господина.
Возле стеклянных дверей Карсон обернулся.
— И вот что, милейший, я сейчас же спущусь, а вы поймайте для меня такси.
— Слушаюсь, — ответил швейцар.
Когда Карсон через пятнадцать минут вышел из гостиницы, у подъезда его уже ждала машина. Отдав
— Ресторан «Штрик», приятель.
— Да, сэр.
Машина резко взяла с места и покатила по булыжной мостовой, распугивая прохожих, которых с наступлением вечера становилось все больше. Впрочем, по мере приближения к скотному рынку улица становилась заметно свободнее, а в воздухе сильнее запахло навозом.
Карсон уже привык к этому запаху, который в Ларбени чувствовался повсюду, куда бы ты ни пошел. Но сейчас эта вонь олицетворяла для него богатство и запах самих денег.
Лозмар уже был в ресторане. Он возвышался за столом возле окна, а рядом с ним — у Карсона даже разом вспотели ладони — сидела та самая девушка.
И хотя Карсон не видел ее ни разу, он сразу понял, что это и есть тот неясный образ, который преследовал его все последнее время и теперь наконец обрел реальную оболочку.
Приближаться к столу Лозмара было мучительно больно и вместе с тем приятно. Карсон плыл как во сне, глядя на мир невидящими глазами и невпопад отвечая метрдотелю:
— Что? Как? Нет, меня ждут.
— Эй, отстань от него! Парень пришел ко мне! — прозвучал голос Лозмара, и метрдотель тут же исчез. Карсону даже показалось, что он нырнул в мутную тину, словно карась.
Вот наконец и стол, с которого Карсон по неаккуратности столкнул тарелку.
— Да ты никак нарезался, дружище! — Это снова говорил Лозмар, затем послышался его смех.
— Вот, — сказал Карсон и положил на стол конверт, — здесь за твою работу. Но есть еще вопросы, которые нужно обсудить.
— Так садись, чего же ты стоишь!
Голос Лозмара был невыносимо громким и веселым, а когда он открыл конверт, то вообще пришел в неописуемый восторг. А потом все звуки куда-то подевались, и в полной тишине Карсон смотрел только в глаза этой хрупкой девушки и был не в силах смотреть куда-то еще.
«Как тебя зовут?» — неожиданно спросила она.
«Кит Карсон, — ответил Кит. — А тебя?»
«Я — Мэнди», — произнесла девушка, и в голове Кита серебряное эхо многократно повторило: Мэнди, Мэнди, Мэнди…
«Мне нравится твое имя, Мэнди», — признался Кит.
«А мне твое», — ответила девушка.
«Наверное, я в тебя влюбился».
«Нет, это тебе только кажется».
«Но я постоянно о тебе думаю».
«И это только кажется. Во сне всегда кажется, а наяву все по-другому».
«Я не сплю, Мэнди! И я действительно в тебя влюблен!
«Дюк никогда нас не услышит», — сказала Мэнди.
«Почему?»
«Потому».
— Это ты мне хороший подарочек принес, — улыбаясь во весь рот, произнес Лозмар, перекладывая в карманы пачки наличных. — Теперь я так развернусь, что кое-кому станет жарко.
— Откуда на городском рынке появилось так много туков? — спросил Карсон, мгновенно возвращаясь в прежний, привычный мир денег.
Лозмар бросил на него испытующий взгляд. Стало ясно, что Карсон начал разбираться в ситуации.
— У нас были небольшие проблемы, а если сказать точнее, сгорел наш лагерь. Дочиста. И как раз, когда мы собирались перехватить этих самых туков.
— Переправкой животных занимается кто-то конкретно?
Лозмар вздохнул и, неуклюже ткнув в блюдо вилкой, нехотя ответил:
— Это дело взяли на себя «барсуки». У них договор с гиптуккерами.
— Вот как?
Такой поворот событий был для Карсона новостью. В замешательстве он перевел взгляд на спутницу Лозмара и снова погрузился в безвременное состояние, исполненное покоя и тихой радости.
«Привет», — сказала она.
«Привет, — ответил он, — так хочется дотронуться до твоей руки…»
«Ну так дотронься», — разрешила девушка и засмеялась.
«Какой у тебя чудный смех. Как будто звенят колокольчики».
«Тебе нравится?»
«Мне все в тебе нравится».
«Ну тогда вот моя рука — дотронься».
Карсон протянул руку и почувствовал прикосновение нежных трепетных пальчиков.
«Почему же Дюк меня не останавливает? Ведь он ревнует, я знаю…»
«Просто он ничего не видит».
«Не видит? Но я же его вижу, и, кажется, он что-то мне говорит…»
«Ну так ответь ему…»
«Я не могу».
«Ответь».
— Не стоит переживать по этому поводу, дорогой друг. — Лозмар даже криво усмехнулся от того, что позволил себе такой реверанс — «дорогой друг». — Теперь, когда у меня есть бабки, я серьезно возьмусь за этих парней, а свой лагерь отстрою лучше прежнего. Не будь я Дюк Лозмар. Да, крошка?
Последние слова были обращены к девушке, которая сидела рядом. Ее глаза очень странно смотрели сквозь вязкий воздух, казалось, что она немного не в себе.
Со своего места Карсон видел, как Лозмар забрался подружке под юбку, однако она никак на это не реагировала, оставаясь совершенно безучастной.
«Кажется, ее зовут Мэнди», — вспомнил Карсон, но никак не мог понять, откуда ему известно это имя.
Наконец Лозмар оставил девушку в покое и, махнув рукой, подозвал официанта. Тот подбежал к столику мгновенно, видимо догадываясь, что при таких габаритах у клиента к тому же не все в порядке с нервами.
— Давай жареных колбасок! — приказал Лозмар.