Шрифт:
Ошибки природы
Однажды друзья привезли мне с птицефабрики цыплят. Недельных, сто штук. Фабрика по копеечной цене продавала трехдневных, но с ними мороки много. Выживаемость 50 на 50, а у недельных цыплят - 80 на 20. Если же хорошо ухаживать, то все 100%.
С моим другом Женей мы разделили живность пополам. Но тут заехал наш общий друг Вова Череп, так все его звали, и стал упрашивать нас поделиться цыплятами, Череп был разведен, жил в доме один.
Решено - нам по 40, Вове - 20.
Шло
– Чем ты их кормишь?
– спросил Женя, зайдя как-то раз ко мне во двор.
– Да тем же, что и ты. Только иногда червей копаю.
– Надо попробовать, - сказал Женя.
– А давай заедем к Черепу? Навестим его и цыплят посмотрим.
Подъехав к дому, мы долго стучали, сигналили. На шум появился Вова, бледный, помятый, вздрагивающий.
– Которую неделю пьешь?
– спросил Женя.
– Не помню, - почти заикаясь, ответил Вова.
Женя метнулся к машине, достал из бардачка бутылку водки, которую часом ранее купил себе на вечер, и объявил:
– Будем лечить!
Проверив все шкафы и холодильник, Женя нашел банку консервов и полбулки хлеба.
– То, что доктор прописал!
– обрадовался он.
И друзья сели лечиться, я же заварил себе чай.
Женя активно о чем-то расспрашивал Вову. Тот не в состоянии был отвечать, больше кивал и мычал.
– Как твои цыплята?
– вдруг спросил Женя.
– Какие цыплята? – удивился Вова.
– Как какие? Которых мы тебе подогнали.
Резко вскочив со стула, Вова побежал во двор. Мы за ним.
Во дворе стояла баня, которой Вова не пользовался. Зайдя за ним в предбанник, мы увидели на высоте полутора метров от пола клетку длинной в метра два. Такие делают для кроликов, а у Черепа, видимо, это был курятник. Небольшое окошко плохо освещало помещение. Вова включил свет. Тусклая лампочка немного улучшила положение, и стало видно, что клетка пуста. Вдруг в углу клетки что-то зашевелилось. Подумав, что это крыса, мы втроем шагнули назад. Из угла вышел цыпленок такой же пошатывающейся походкой, какой встречал нас Вова.
Цыпленок предстал совершенно голым, ни одного пера. На самом деле, по размеру он был небольшим, но очень худым, поэтому казался неестественно длинным. Цыпленок вышел на середину клетки, вытянулся и крикнул. Но вместо обычного тонкого цыплячьего писка из него вырвался гортанно-шипяще-скрипучий звук.
Подойдя ближе и осмотрев клетку получше, я произнес:
– Последний из Могикан. Да, силен бродяга.
– Чего это? – спросил Вова.
– Каннибал, - пояснил я.
– А где все-то? – продолжал Вова.
– А он всех и съел, - ответил Женя, - ты в запое, а жрать охота.
Вокруг цыпленка валялись косточки, белые и чистые.
Подойдя к клетке, Череп просунул палец в ячейку сетки. То ли косточку хотел достать,
– Ам!
Надо было видеть, с какой скоростью Череп, отдернув руку, отпрыгнув и ударившись спиной о стену, с перепуганным лицом ломанулся на улицу, попутно чуть не сбив нас с Женей.
Не в силах перестать смеяться, мы с Женей вышли во двор.
– Что делать-то?
– спросил Вова.
– Как что? Шашлык из цыпленка, - ответил Женя.
– Мужики, заберите его, - взмолился Вова.
– Куда?
– спросил я.
– К своим цыплятам.
– Ты что, сдурел? Его же теперь обычным зерном не уговоришь, ему мясо подавай. Он же людоед! Он наших проглотит, - возмутился Женя.
– Ну а куда его?
– Собаке отдай. Собаку, небось, тоже не кормил?
– спросил я.
– Нет, собаку кормил. Я про цыплят забыл.
– А знаешь, ты его лучше на цепь посади. Это же зверь, злее собаки будет, - продолжал подшучивать Женя.
Уезжая, уже из машины Женя крикнул:
– Череп, ты когда ловить его будешь, на руку верхонку надень. Так он тебя не съест.
Теперь и Череп смеялся вместе с нами.
– Ну вот, не зря заезжали, кажется, вылечили, - с довольным видом произнес Женя.
Надо сказать, Череп тоже обладал хорошим чувством юмора. Решив однажды зайти теперь уже к Жене в гости, Череп и я еще в подъезде услышали запах жаренной картошки с тушенкой. Оказалось, это Женя хозяйничает в квартире один.
Устроившись за столом, мы только собрались поднять по первой, как вдруг, громко шлепая из коридора, на кухню зашла такса. Точнее, такса с бородой терьера. Увидев такое, я рассмеялся.
– Это что за зверь?
– спросил Череп, как и я, сраженный увиденным.
Женя эмоционально начал рассказывать, что взял таксу еще щенком у одного знакомого. Поначалу он был нормальным, но подрастал щенок, и стала расти борода. Видимо, в процесс вмешался какой-то терьер.
– Клянусь, выгуливаю по ночам! Стремно с таким чудом показываться днем. Верну назад хозяину и морду еще набью, - грозился Женя. Он был из тех, кому только дай повод.
Наконец все-таки приняв по первой и закусив, Череп сказал:
– Женя, успокойся, есть выход.
– Какой еще выход?
– не унимался Женя.
– Бритва есть?
– Есть!
– Тащи, будем брить, - решительно произнес Вова.
Представив, как мы мылим бороду и бреем таксу, я разразился смехом. Через секунду включились и Женя с Черепом. Смех стоял такой, что подпрыгивала сковорода на столе. А такса, почуяв неладное, убежала в спальню.
Да, природа не ошибается, потому что у нее есть свои варианты. С тех пор утекло много воды. Я жил в Питере, когда с малой Родины позвонили и сообщили, что Черепа больше нет. Отметив свой 48-й день рождения, через три дня он умер. Сердце.