Пресс-центр
Шрифт:
— Я встаю в шесть и засыпаю в час ночи… — Он улыбнулся. — Да я даже и не вижу женщин… У меня есть хорошая знакомая, но она любит моего друга и мне она как сестра, а когда мне совсем уже безнадежно без тебя, я еду к ним и там ложусь спать, а они устраиваются в разных комнатах, чтобы не дразнить меня…
— Кто бы мог подумать, что революционный премьер Гариваса ведет жизнь монаха…
— Ты не веришь мне?
— Я люблю тебя…
— Это я люблю тебя.
— Скажи еще раз.
— Я тебя люблю.
— У меня даже мурашки пробегают по коже, когда ты это говоришь… Нельзя как-нибудь оторваться от твоих телохранителей?
— В сельве нет дорог, а если мы с тобой станем любить друг друга на шоссе, соберется слишком много
— Можно мне иногда звонить тебе и задавать дурацкие вопросы о твоей энергопрограмме?
— Не называй мою мечту дурацкой.
— Дурацкими я назвала свои вопросы…
— Никогда так не говори ни про себя, ни про свои вопросы.
— Не буду. А сколько еще ехать? Ты не можешь сбавить скорость?
— Могу, только они окажутся тогда совсем рядом.
— Лучше б мне и не приезжать к тебе… Я никогда не думала раньше, что ты такой…
— Какой?
— Гранитный…
— Не обижай меня… Просто сейчас особый момент, понимаешь?
— Нет, не понимаю, ты же не объяснил мне…
— Сейчас, в эти дни решается, очень многое… Я не вправе говорить тебе всего, но ты настройся на меня, Мари, почувствуй меня. Ты думаешь, я не знаю, сколько у меня недругов, завистников, открытых врагов? Ты думаешь, я не знаю, как будут счастливы многие, если мой проект провалится? Да, ты верно чувствуешь, что Грацио — ключевая фигура этих дней, но не один он, тут и Дэйв Ролл, и Морган, и Барри Дигон, но ты забудь про это, я и так сказал тебе слишком много, не надо бы мне, нельзя посвящать женщину в мужские дела, это безжалостно…
— Мигель, а помнишь, что я сказала тебе, когда ты впервые у меня остался?
— Помню. Я помню каждую нашу минуту… Помню, как просто и прекрасно ты спросила меня…
И вдруг, как в хорошем детективном фильме, из переулка на дорогу выскочили двое парней. Лица их были бледны до синевы; они встали, нелепо раскорячившись, вскинули к животам короткоствольные «шмайссеры»; Санчес резко вывернул руль, успел резко и больно пригнуть голову Мари, снова крутанул руль, услышал автоматную дробь за спиной — это, высунувшись из «шевроле», по террористам палили охранники, — нажал до упора на акселератор и понесся по середине улицы к выезду из города…
Когда Санчес вернулся во дворец, там шло экстренное заседание кабинета; о покушении докладывал начальник управления безопасности; заговор правых ультра; министр обороны майор Лопес внес предложение, чтобы отныне в машине премьера всегда ездил начальник охраны, а сопровождали премьера две машины с офицерами из соединений «красных беретов» — самые тренированные соединения республиканской армии; несмотря на то, что Санчес голосовал против, а начальник генерального штаба Диас воздержался, предложение Лопеса было принято большинством голосов.
5
"БНД 2 , Пуллах; 24/176-Л
Строго конфиденциально
Сектор исследования информации
Гамбургская журналистка Мари Кровс (досье б-ад-52), аккредитованная при европейском Пресс-центре, дважды на протяжении последних одиннадцати месяцев выступила с материалами, заслуживающими оперативного изучения.
а) 12.02.83 она опубликовала в «Блице» сообщение из Женевы о том, что лидером правых экстремистов, действующих с территории Сальвадора против Никарагуа, является Хорхе Аурелио, агент ЦРУ по кличке Нортон, состоящий на связи с Джозефом.
По сообщению, полученному от наших коллег из Лэнгли, Нортон действительно состоит на связи с Джозефом, который работает в Сальвадоре «под крышей» советника национальных компаний, занятых производством сои, бобов какао и бананов.
Следовательно, по мнению наших американских коллег, либо существует
Поскольку никто из журналистов не сообщал в свои газеты об упоминавшемся выше факте, затрагивающем интересы наших американских коллег, отдел «У-ф-14» ЦРУ просит предпринять возможные шаги для того, чтобы установить канал, по которому упомянутая информация пришла к Мари Кровс.
б) 27.03.83 именно Мари Кровс напечатала в леворадикальной газете «Войс» статью под заголовком «Без пяти двенадцать». В этом материале М. Кровс писала, что часы «кровавой диктатуры в Гаривасе» сочтены, силы национального обновления не намерены терпеть далее «тиранию, коррупцию и предательство национальных интересов», что, «видимо, падение нынешнего прогнившего продажного режима есть вопрос не месяцев и недель, но дней, а возможно, и часов».
Через сорок два часа в Гаривасе власть взяли «революционные офицеры» во главе с полковником Санчесом.
ЦРУ просит установить наблюдение за Мари Кровс с целью выяснить возможность ее контактов с секретными службами Москвы или Гаваны.
П. Либерт".
2
Контрразведка ФРГ.
Заместитель директора БНД посмотрел на шефа сектора «изучения информации», улыбнулся и спросил:
— Ну, а если допустить возможность такого рода: Мари Кровс — просто-напросто талантливая журналистка? А талантливость предусматривает элемент предвидения. Я как-то читал информацию из Бонна, записали беседу одного из наших оппозиционеров с русским писателем Степановым; тот великолепно сказал: «Я ощущаю грядущее ладонями; локаторность человека еще не понята, и к исследованию этого качества, присущего не какой-то элите, а всем, живущим на земле, наука даже не подошла…»
— Тогда надо бы порекомендовать Мари Кровс, — так же добродушно ответил шеф сектора, — поменять ее имя на «Кассандра».
— Это уже было… В сороковых годах парижская журналистка Женевьева Табуи выпустила книгу «Они называли ее Кассандрой».
— Чисто французская скромность…
— Я бы уточнил: чисто женская скромность… Давайте будем стараться любить нашего юго-западного соседа, несмотря на весь его шовинизм и врожденную ветреность… Ваши предложения?
— Установить наблюдение за Кровс и дать указание нашей швейцарской резидентуре проследить все ее контакты.
— Настоящая фамилия Кровс также любопытна. Ее отец — Пике, из концерна ярого консерватора Бельсмана, — сказал заместитель директора.
Шеф сектора «изучения» оценил осведомленность своего руководителя, поэтому позволил себе восхититься, во-первых, но и показать свою компетентность, во-вторых:
— Ах, вот как?! Это тот Пике, который живет в Париже с массажисткой мадам Гала и пишет обзоры под фамилией Вернье?
— Именно так, и я поздравляю вас с исключительным профессионализмом памяти… Нет, я бы не торопился с началом такого рода работы по Кровс… Я бы рекомендовал начать с цепи. Попробуйте обратить эту самую всевидящую Кровс в нашу… ну, если не приятельницу, то хотя бы в… невольный источник информации…
Через пятнадцать минут из Пуллаха, что под Мюнхеном, ушли шифротелеграммы в женевскую и бернскую резидентуры БНД.
Через три часа советник по прессе созвонился с руководителем адвокатской конторы «Розен унд Шульц» господином Брюкнером, тот специализировался по делам, связанным с издательствами и редакциями.
Через пять часов девять минут господин Брюкнер увиделся с хозяйкой фирмы «Розен унд Шульц» фрау Розен.
Через семь часов фрау Розен договорилась о встрече с редактором журнала «Фрайе трибюне» Гербертом Доле.