Пресс-папье

Фрай Стивен

– Что вы, друг мой, – ответил мистер Босни, горячо пожимая студенту руку, – я отнюдь не в обиде. Если все страницы на месте… дайте глянуть… – Он взял бумаги и быстро перелистал. – Да, все тут. Я немедленно свезу ее в типографию. Только вот работает ли она в такое время? Впрочем, я не сомневаюсь, там есть ночная смена. Да, сию же минуту! Мистер Корриган, надеюсь, вы с вашими друзьями почтите меня завтра своим посещением. Устроим пирушку. С печеными каштанами, шарадами и прочими развлечениями. Нехорошо сторониться соседей. Мне очень стыдно, что я не пригласил вас раньше. Да, и еще алтейные лепешки и горячий пунш. Прошу вас, соглашайтесь.

– Сэр, мы почтем это за великую честь. Но… я не знаю, заслужил ли я…

– Пууф! Так ведь Рождество на дворе! Что же касается вас, мистер Холмс, я даже не знаю,

с чего начать. Столь блистательного…

– Право, мистер Босни, вы мне льстите, – отмахнулся Холмс, хотя восторженность писателя вызвала у него невольную улыбку. – Я очень рад, что ваша повесть цела, однако, обдумав все, вы поймете, что задача была не из сложных. Более того, вполне возможно, что все уладилось бы и без моей помощи.

– А вот в этом я не уверен, – ответил мистер Босни. – Так что, пожалуйста, скажите, сколько я вам должен.

– Ну что же, – сказал Холмс. – Пожалуй, кое-что я у вас попрошу. Мне хотелось бы получить вашу рукопись. Не могли бы вы прислать ее мне, когда она возвратится из типографии?

Мистер Босни оторопело заморгал.

– Право же, мистер Холмс, вы оказываете мне великую честь. Вы же говорили, что у вас нет времени на романы и прочие выдумки.

– Ну, на некоторые выдумки у меня время найдется, мистер Босни, а мне почему-то кажется, что ваша повесть мне понравится. Так что это вы оказываете мне честь.

– Вашу руку, сэр! – сказал наш клиент. – Вы поразительный человек. Поразительный!

* * *

Мистер Босни сдержал слово, и через неделю рукопись доставили нам по почте. Холмс тут же ее распаковал и на два часа погрузился в чтение. Когда он закончил и поднял глаза, я увидел в них слезы.

– Слушайте, Ватсон, – произнес он, помолчав, – а может, развесим еще немного остролиста? Рождество все-таки.

– Холмс! – воскликнул я.

– Прочитайте, Ватсон, – проговорил он, протягивая мне рукопись. – Возьмите и прочитайте.

Я взял рукопись и взглянул на титульный лист.

– Но… но, Холмс…

– Вот именно, Ватсон.

Я снова посмотрел на рукопись. На титульном листе ее значилось: «Рождественская песнь». Чарльз Каллифорд Боз Диккенс. [147]

– Счастливого нам всем Рождества! – сказал Холмс.

Конец

Часть четвертая

Телеграф

Экстрасенсорное надувательство

147

Еще одна неувязка: «Рождественская песнь» Чарльза Диккенса увидела свет в 1843 г. Чарльз Каллифорд Боз Диккенс, или Чарльз Диккенс-мл., родился в 1837-м. Шерлок Холмс родился, предположительно, в 1854-м.

На днях я перелистывал ежеквартальник «Комитета по научному расследованию сообщений о паранормальных явлениях» – не знаю, вы на него подписаны? Нет? Подпишитесь обязательно, он того стоит, – я так хохотал, что ко мне прибежал официант со свежей скатертью, стаканом воды, типовым бланком отказа от претензий и гигиеническим квадратиком бумаги, отдающей ароматом лимона. Ту т следует пояснить, что читал я этот бесценный труд, носящий название «Вопрошающий скептик», в тайском ресторане. Журнал специализируется на элегантной и безжалостной уборке мусора, которым засыпают нас парапсихология, астрология, истории о привидениях, НЛО, сгибании ложек и прочем бреде и белиберде. Существует и британский журнал, названный «Скептиком» в честь его американского собрата.

Мне очень трудно скрывать мое презрение… нет, «презрение» – слово не совсем точное… скрывать ту смесь огорчения, гнева, жалости и отвращения, которую порождает во мне огромная индустрия паранормальных явлений и связанная с ней мешанина таинственности и псевдонауки. С одной стороны, астрологи и шарлатаны всякого рода наперебой кричат, что «наука не знает всего; и в небе, и в земле сокрыто больше, чем снится вашей мудрости, [148] болваны», с другой – спешат уверить нас, будто их бессмысленные каббалистические карты разработаны в соответствии

со строгими научными принципами и что «множество очень видных ученых и политиков (не называемых, никогда не называемых по именам) питают стопроцентную веру в них». Поскольку каждому, кто занимается актерским ремеслом, приходится то и дело сталкиваться с трепетным помешательством на витаминах, эссенциях из полевых цветов, кристаллах, знаках зодиака и холистическом балансе, мне порою бывает трудно реагировать на такие притязания, сохраняя soign'e, [149] старомодную рыцарскую воспитанность, которая позволяет Завоевывать Сердца и Избегать Неприятных Сцен.

148

У. Шекспир, «Гамлет», I, 5 (пер. М. Лозинского).

149

Изысканная, элегантная (фр.).

Поэтому журнал, который держится тех же мыслей, что и я, оказывает на меня действие самое свежительное. Я чувствую себя примерно так же, как одинокий и старый извращенец, впервые услышавший о существовании «Еженедельника грязных фантазий» или «Новостей мира проколотых сосков».

Конечно, «Вопрошающему скептику» никогда не превзойти по тиражу астрологические и НЛОшные журналы, поскольку настоящего рынка для того, что можно назвать негативным или узколобым подходом рационального скептицизма, не существует. На самом-то деле никакой узколобостью скептики не грешат. Список физиков, психологов и философов, выступающих на страницах этого журнала, способен внушить благоговейный трепет, и все они, безусловно, отличаются широтой взглядов на чудодейственные тайны космоса, гораздо большей, чем свойственна тем, кто верит, будто Вселенная может быть настолько чудаковатой и неосмысленной, чтобы допускать существование, ну, скажем, телепатии, противоречащей второму началу термодинамики, принципу куда более прекрасному и загадочному, нежели туманная болтовня адептов парапсихологии, и тем не менее доказуемому.

Последний номер «Вопрошающего скептика» содержит великолепное опровержение околесицы, которую несут люди, полагающие, будто новая теория хаоса повергла человечество в большие сомнения, доказав, что в хаотичной Вселенной допустимым является все. Статья Айзека Азимова «Относительность неправды» не оставляет камня на камне от ложного воззрения, согласно которому все сегодняшние мнения ученых будут рано или поздно опровергнуты.

Однако самый смешной раздел журнала тот, что содержит новости об уморительном американском телешоу, которое называется «Изучаем сверхъестественные силы в прямом эфире!». В этой передаче любому парапсихологу, астрологу и так далее, который сумеет доказать наличие у него некой «силы» при условиях, с которыми сам он согласится, предлагают получить 100 000 долларов. В ней, естественно, появился, но не в качестве испытуемого, Ури Геллер. Каждый выполнявшийся им трюк немедленно повторялся канадским фокусником Джеймсом Рэнди, перед которым я попросту преклоняюсь. Вот как кратко описывает это «Опросник»: «Рэнди находился на линии огня. Именно он, используя все свои знания и навыки скептика, фокусника и мыслящего человека, противопоставляет доводы разума трескучей болтовне и отстаивает вопрошающее, скептическое отношение к претензиям на паранормальность». Рэнди начал шоу, продемонстрировав левитацию, сгибание ложек без каких-либо видимых усилий и переведя стрелки часов, выложенных одним из зрителей на стол, – то есть любимые трюки Геллера.

А затем началось настоящее веселье. Первым претендентом на приз передачи стал астролог, «прославившийся» своей способностью с первого взгляда на человека определять, под каким знаком зодиака тот родился. Он побеседовал с двенадцатью людьми, – возраст каждого отличался от возраста одиннадцати других не больше чем на три года, а знаки зодиака у всех были разные. Если бы астрологу удалось правильно назвать десять знаков из двенадцати, он тут же получил бы 100 000 долларов. Астролог не назвал ни одного. Я понимаю, такая некомпетентность статистически невероятна, однако он выбил из двенадцати ноль. Круглый. Всем нулям ноль.