Превозмоганец-прогрессор 4

Усов Серг

И ведь реально, эти скоты – так Игорь определил своих собственных вояк – даже не брезговали такими услугами. Убить уродов было бы мало. Но и Тания права, не стоит сейчас устраивать революцию. Сотни лет на Орване существуют данные порядки, придётся их потерпеть и ещё какое-то время. Его янычары – твёрдо пообещал себе Егоров – ублюдками не станут.

Бегать к начальству у офицеров тут не было принято, дворянская гордыня не позволяла, но подошёл капитан Леш весьма быстро.

– Добрый день, генерал, – поприветствовал он попаданца коротким кивком, – Всё сделали, как ты и приказал. Торгашей заставили и сивуху, и креплёное вино отправить назад в город, потом мои десятники обыскали повозки. Найденное из запретного вылили, а непонятливых

купцов побили. Сильно. Только, – он кашлянул, – гарантировать, что где-нибудь кто-нибудь чего-нибудь не припрятал…

– Да это понятно, – согласился Игорь, – свинья везде грязь найдёт. Но с особо умными можем и позже разобраться. Главное, не допустить общего загула. Убеждений никаких не жалей, вплоть до виселицы особо непонятливым. И ещё. Пошли бойцов, пусть найдут лейтенант-интендантов первого полка и передадут мой приказ явиться в штабной шатёр.

– Когда явиться? – уточнил капитан.

– Сейчас. Немедленно.

Развернувшись, Егоров пошёл в своё походное жильё. Даже забыл позвать подругу – так сильно эмоционально подействовала на него сцена солдатской любви к несчастным шлюхам.

Понятно, что Тания в отдельном приглашении и не нуждалась.

– И чего ты злишься? – спросила она.

– Уже не злюсь. Всё нормально.

Землянин действительно скинул с себя раздражение. Увиденное, если разобраться, было не самым жутким из того, с чем он уже не раз сталкивался в новом мире. Пожалуй, причиной такой излишне бурной реакции попаданца явилось то, что мерзкие поступки сейчас совершались формально его людьми. А он своим бездействием это по сути одобрил.

Лейтенант-интенданты Шминц и Вигия Горб, когда их разыскал посыльный, продолжали распределять полученные от вилерцев припасы, оба в Рось на отдых не убывали, а потому явились на вызов генерала довольно быстро.

– Входите, чего на пороге топтаться? Садитесь, – пригласил Игорь своих тыловиков.

– Я пойду в третью сотню, – поднялась из-за стола иск-магиня Молс, – С лейтенантом Щерной нужно встретиться.

Напарница решила, что её отсутствие создаст более доверительную атмосферу в главной комнате штабного шатра. Раз уж её друг решил обеспечивать преданность героев обозов не только кнутом и пряником, но и демонстративным доверием, то лучше ему в этом помочь.

В отличие от Шминца, словно бы родившимся с абаком в руках, его заместительница двадцатилетняя Вигия Горб своим назначением в интендантскую службу сильно тяготилась, за что попаданец её и ценил.

Вигия была из рода гирфельских столичных дворян, не титульных, но весьма влиятельных при прежнем дворе. Оба её старших брата сейчас были майорами – командирами линий в полку графа Моснорского. Она и сама рвалась на офицерскую должность в линейную сотню, но лэн Карос в полном согласии с полковником Майеном решил по другому.

– То, о чём я вам сейчас скажу, пока знают только командиры полков, – начал говорить Игорь, едва только приглашённые сели за стол, а Тания вышла из шатра, – И до убытия войска больше никто знать не должен, – он сдержал улыбку, увидев, как переглянулись между собой и внутренне подобрались оба лейтенанта, его ставка на доверие явно сработала, – В Гирфель войско пойдёт вообще без обозов, и без общевойскового, и без полковых. Всё нам необходимое мы возьмём во вьюках. Будет по три десятках запасных лошадей в каждом полку. Повозки, возницы, ваши солдаты обозных команд, рабы и личные слуги офицеров, всё это останется здесь, в лагере возле Роси.

– Но… генерал… а как же вы сможете без припасов…

– Лейтенант Горб, – прервал Вигию землянин, – я вызвал вас обоих не для совещания, а для получения вами моего приказа, – он сделал паузу для уяснения офицерами ситуации и затем продолжил, – Своей властью присваиваю вам звания временных капитан-интендантов, а если по возвращении полков из похода я увижу, что с управлением войсковым хозяйством вы справились, то перед нашей повелительницей буду ходатайствовать не

о выдаче вам патентов капитанов, а сразу майорских, и о назначении вас руководить армейским обозом. Насколько мои обещания выполнимы, вы сами знаете, – Игорь не собирался хвастаться своим положением доверенного лица герцогини Гирфельской, это и так обоим лейтенант-интендантам было хорошо известно, – Раздавать титулы, конечно, я не могу, да и сулить их вам тоже, но уверен, что толковые офицеры армии принцессы Ливорской всегда найдут себе достойное место и при её дворе после победы, в которой никто из нас не сомневается. Так ведь?

– Так, – сказал разом вдруг охрипшим от волнения голосом Шминц, – Что мы должны сделать?

Глядя на этого выжигу и плута, Егоров испытал знакомое чувство, которое он ощущал, когда из воды показывалась голова надёжно подсаженной на крючок рыбы. «Клиент созрел» – вспомнилось попаданцу выражение из прошлой жизни.

– Вам надлежит подготовить к походу, как поставленные вилерцами, так и те припасы, что мы везли с собой, – Игорь протянул офицерам свиток, который он накануне подготовил, сперва со своим полковым заместителем Тэгом Виллом, а затем обсудил и уточнил с полковниками, – Здесь перечень необходимого. Чтобы всё это подготовить, вам хватит и своих людей. Обозников из других сотен привлекать не нужно, как и что-то объяснять своим коллегам. Не хочу, чтобы о наших планах узнали заранее. Иначе, вскоре об этом будут болтать в Роси, сами понимаете. В путь мы тронемся все вместе, только ждать обозы никто не станет. Полки уйдут вперёд, а вы, дойдя до границы с Гирфелем, встанете там лагерем и будете ждать нашего возвращения. За охрану и порядок спрошу с вас двоих. Цену достойной службы я уже назвал. Что-нибудь хотите спросить?

Даже в двадцатом веке, эпохе мобильных войн, во времена, когда уже существовали телефоны, телеграфы и авиаразведка, Егоров знал множество примеров, как из поля зрения противника исчезали не только полки или дивизии, но и целые армии, и появлялись неожиданно там, где их никто не ждал. А в веке двадцать первом Игорю и самому удалось поучаствовать в сирийской операции, оказавшейся абсолютно внезапной для всех партнёров, имевших и орбитальные спутниковые группировки.

Как землянин определил для себя суть сохранения тайны перемещения войск, она заключалась в том, что любой обыватель, зритель, житель – по любому можно называть – видит только крохотный кусочек общей картинки и не знает, с кем ею поделиться, кому о ней рассказать.

Гирфельские полки, как уверенно полагал попаданец, войдя на родную землю, просто в ней растворятся, а население городов и деревень, мимо или через которые войско временного генерала лэна Кароса будет проходить, ещё долго станет гадать, кто такие и куда направлялись неизвестные солдаты, и спорить о том, сколько их было – тысяча или сто тысяч – даже после того, как полки вернутся в Вилер, выполнив поставленную принцессой Ливорской задачу.

Тем не менее, Егоров по мере сил старался напускать как можно больше тумана. Он хотел скрыть не только истинную цель похода, но и мобильные возможности своей армии. Именно поэтому, здраво полагая, что в Роси не может не быть глаз и ушей графа Лайча Приарского, на время узурпировавшего трон Гирфеля, Игорь и решил, что на какое-то расстояние обоз всё же двинется за полками и лишь потом отстанет.

– Вот по этим пунктам хотелось бы уточнить, – Вигия ткнула пальцем в нижние строчки переданного им генералом свитка, – Этот объём гречки уместится в четыре мешка, перловая крупа в три, пшено тоже в четыре, сушёные бобы и горох в пять, рис в два. Получится, что у какого-то полка будет при себе одно, у другого второе. Без разницы? Или лучше все наименования на шесть равных упаковок делить? Даже если полки двинутся одной колонной, передавать друг другу на привалах продукты…

– Ты права, – хмыкнул генерал, – Честно говоря, мы с полковниками об этом даже не подумали. Ну-ка, давайте ещё раз по списку пробежимся.