Прежде, чем уйти
Шрифт:
— Вы, вероятно, ошиблись адресом, мистер? Я вас не знаю.
— Простите, мисс… умоляю, — задыхался негр.
— У вас, наверное, была двойка по английскому в школе. Вы совершенно не умеете выражать свои мысли. Я не понимаю, за что я должна вас извинять и о чем вы меня умоляете? И, наконец, сейчас ночь, а это не время для визитов… Ну, что вы все молчите, как истукан?
— Простите, мисс. Спрячьте меня… За мной гонятся! У вас есть черный ход?
— Ничего не понимаю. Как в кино! Какая погоня? Кто гонится?
— Очень плохие
Бэтти пыталась по глазам этого чудного парня понять — говорит он серьезно или шутит. Очень многие разыгрывают ее, зная ее доверчивость.
— Куда же я вас спрячу? У нас нет второго выхода. И потом… От кого вас прятать? Мы с вами вдвоем в квартире. В доме никого больше нет.
— Я должен скрыться. Это очень важно!
— Вы предлагаете играть в прятки? Поздновато! — она покосилась на зеркало, желая проверить, правильное ли выражение приняло ее лицо при последнем восклицании.
Раздался резкий звонок в дверь. Чемберс отлетел от нее, как мяч, и бросился в комнату, крича по дороге: «Не открывайте, умоляю!»
— Что за глупости? Это вернулась мама…
Она удивленно пожала худыми плечиками.
Чемберс метался по квартире, пока наконец не заметил пожарную лестницу напротив окна спальни. Он рванул на себя раму и вскочил на подоконник, скривившись от боли в колене. До лестницы было не меньше четырех футов, а под окном — два этажа. Но он прыгнул, не задумываясь, и его цепкие ладони ухватились за железные прутья лестницы. Правая сорвалась, но левая намертво сжала спасительный металл. Несколько раз его качнуло, он закинул здоровую ногу в пролет и прижался к лестнице. Вскоре Чемберс уже твердо стоял на ногах, упираясь пятками в перекладину, и смотрел из темноты в освещенное окно квартиры.
Бэтти открыла дверь. Двое мужчин стояли перед ней, еще один, облокотясь на перила, насвистывал, а четвертый собирался еще раз нажать на кнопку звонка. Девочка попыталась захлопнуть дверь, но высокий блондин, стоявший ближе всех, подставил ногу и, оттеснив Бэтти дверью, распахнул ее.
— О! Очаровательная маленькая леди! — пропел он с ласковой улыбкой. — Не подскажет ли нам леди, куда делась черная обезьяна, рычание которой мы слышали на этом этаже? Это страшное животное сбежало из зоологического сада, куда мы обязаны его вернуть.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, сэр. — Этот человек нравился Бэтти. У него были веселые голубые глаза и очень приятный голос.
— Мне показалось, что рычание этого зверя раздавалось из вашей квартиры.
— Но я одна, и у меня никого нет…
— Вот оно что! Невежливо, мисс, держать джентльменов на площадке.
Девочка растерялась.
— Но сейчас поздно… И потом, я же сказала, что у меня никого нет.
— Мы взглянем и тут же исчезнем… Хотите сувенир на память?
Блондин достал из кармана брелок-цепочку с золотым корабликом. Он протянул его Бэтти.
— Это за ваше гостеприимство… Берите же. Девочка
— Я же говорю вам, джентльмены, что у меня никого нет.
— Во всяком случае на кухне никого, — подтвердил толстяк, который с самого начала не понравился Бэтти. У него было лоснящееся лицо и мутные глаза.
Из спальни вышел сутуловатый тип в очках. Он еле держался на ногах. Плюнув на пол, он гаркнул:
— Этот чертов мокко растворился!…
— Он должен быть здесь, — твердо произнес блондин.
— Я тоже так думаю, — отозвался усатый с порога. Он оттолкнулся спиной от входной двери, которую подпирал все это время, и, не вынимая рук из карманов, подошел к Бэтти.
Девочка отшатнулась. Блестящие злые глаза испугали ее.
— Может быть, шалунья все же скажет, где она прячет черного ублюдка? — Его глаза сощурились и стали похожи на змеиные. — Ну, я жду!
— Уходите! Вы не джентльмены… Вы грубияны!
Бэтти прижалась к стене.
— Согласен, девочка. И чтобы у тебя пропали последние сомнения на этот счет, я это докажу.
Он вынул руки из карманов и, схватив Бэтти за платье, рванул ее на себя.
Ткань разлетелась в куски, как газета. Бэтти с ужасом смотрела на него, у нее пропал голос, она не могла даже вскрикнуть. Глаза наполнились слезами. Остальные рассмеялись, оценивающе разглядывая неоформившееся тело. Блондин схватил девочку за талию и начал срывать с нее трусики. Бэтти задыхалась, она пыталась освободиться из железных тисков, билась как птица в сетях, ее маленькие кулачки барабанили по чугунной голове блондина, но тот еще больше входил в раж. Он повалил ее на ковер и прижал к полу.
Трое наблюдателей сложили руки на груди и плотоядно ухмылялись.
— Держите ноги этой кукле! — захрипел блондин.
Сухопарый скинул пиджак и пришел на помощь приятелю.
Чемберс все это видел в окно. Он сжал челюсти, голова его тряслась от злобы и беспомощности. Он знал, что ничем не сможет помочь. Сделать такой же прыжок к окну он был не в состоянии, да и зацепиться не за что. Превозмогая боль, он начал спускаться. Через секунду раздался душераздирающий крик. Чемберс вздрогнул и еще быстрее, забыв про боль, устремился вниз.
Прошло немало времени, пока он смог добраться до телефона.
3
Когда Сью вошла с подносом в комнату, то обнаружила своего мужа спящим в 'кресле. Газета прикрывала половину его лица и при каждом выдохе вздымалась, как вымпел на ветру. Его ноги в мокасинах покоились на столе.
— Стив!… Ты слышишь меня, Стив? Спящий вздрогнул и открыл глаза.
— Ты хотел есть. Если ты передумал, то зачем тебе понадобилось меня будить среди ночи и заставлять готовить? Не для того ли, чтобы самому заснуть?