Причуды природы
Шрифт:
Излюбленной фигурой, которую рисовал Конго, был веер. Множество его вариантов он изобразил на бумаге и стремился всегда поместить его строго в центре.
До 1961 года 30 обезьян занимались рисованием под наблюдением экспериментаторов: 23 шимпанзе, 3 орангутана и 4 капуцина. Немного позже стали давать обезьянам-художникам краски, и рисунки их стали цветными. Сначала делались они пальцем, затем очень быстро и охотно обезьяны научились пользоваться кистью и фломастером.
А до этого Институт современного искусства устроил выставку картин Конго и Бетси (из Балтиморского зоопарка). Руководители зоопарков хотели, чтобы рисунки обезьян никто не покупал, так как эксперименты
Картины покупали не только богачи-снобы, чтобы потешить ими своих скучающих гостей, но и такие знатоки живописи, как Пабло Пикассо, Герберт Рид и известный биолог Джулиан Хаксли.
Ведь обезьяны немало трудились над своими созданиями. Это не было простое каляканье от нечего делать. Обезьяны приходят в лабораторию, где ждут их карандаши и бумага, как на серьёзный урок. Взяв в руки карандаш, они тут же забывают и о биологе, стоящем рядом, и о любимых ими фруктах, обо всем. "Обезьяна достигает такой сосредоточенности, которая ранее считалась для неё невозможной".
"Животные начинали злиться, если их останавливали; когда же у них в процессе работы отбирали рисунок, то они очень волновались. По-видимому, у них существует представление о том, каким должен быть законченный рисунок. Если у Конго отбирали незаконченный рисунок, а затем возвращали его, он начинал рисовать с того места, на котором прервал работу. Следовательно, обезьяна ясно ощущает, что рисунок не завершен. В тех случаях, когда Конго убеждали не начинать нового рисунка, а продолжать трудиться над тем, который им "закончен", обезьяна теряла терпение, начинала хныкать и визжать, а если делались настойчивые попытки принудить её, то она принималась портить рисунок. Она наносила на нем "бессмысленные чиркающие линии."
Много ли нужно обучать обезьяну рисованию?
Нет, обучать совсем не требуется. Она сама учится в процессе работы. Дают ей просто карандаш и сажают перед чистым листом бумаги, и сейчас же её охватывает волнение, она начинает рисовать. Сначала простые линии (или полосы, если рисует красками) и, рисуя, водит всей рукой по бумаге. Постепенно улучшает технику письма: карандаш держит уже, как и мы, и нажимает на него указательным пальцем, и только пальцами водит теперь по бумаге.
Рисование для обезьяны — очень увлекательное дело, они готовы заниматься им весь день. Шимпанзе Альфа постоянно выпрашивала у сотрудников зоопарка карманные книжки и карандаши и очень злилась, когда ей их не давали. Обезьяна Гуа, когда не было у неё карандаша и бумаги, рисовала кончиками пальцев или ногтями на запотевшем оконном стекле. Горилла Менг много раз пыталась очертить собственную тень на стене.
Вот такие дела. Теперь уже биологам ясно, что у высших обезьян есть известное художественное дарование, испытывают они и творческое вдохновение, сильное стремление рисовать. Значит, эстетизм им присущ. Некоторые биологи не говорят о нем прямо, а предпочитают умение многих животных разбираться в красоте называть проэстетизмом (предэстетизмом).
Бомбардировка в войне за кусок хлеба
Есть ещё одно животное в Эфиопской зоогеографической области, которое, подобно шимпанзе, добывая пищу, пользуется орудиями, но не палками, а камнями.
…"Орёл" бородач-ягнятник живёт высоко в горах. Черепахи для него — лакомство. Но когда черепаха
Для ягнятника камни вроде как наковальня. Но научный мир недавно узнал про удивительные способности стервятников: камень у них служит уже настоящим орудием.
Степной пожар согнал страусов с гнезд. Яйца лежали неохраняемые. Прилетели грифы и пытались взломать скорлупу яиц клювами. Безуспешно. Вскоре появились ещё два любителя сырых яиц — стервятники. Они взялись за дело умело. Слетали куда-то и принесли в клювах камни (весом до 300 граммов). Положили камни на землю. Осмотрели яйца деловито, постучали клювами: крепкие ли они. Затем опять взяли камни в клювы, вытянулись во весь рост, подняли высоко вверх головы и бросили вдруг камни на яйца. С одной попытки яйца не разбились. Но, видно, стервятники этого и не ожидали. Снова и снова бомбардировали они яйца камнями. Потребовалось от четырех до двенадцати таких бомбежек, и скорлупа яиц раскололась. Стервятники приступили к обеду.
В одном фильме А. М. Згуриди мы видели уникальные кадры: стервятники за их работой. Все документально подтверждено.
Договор о взаимопомощи
Его заключили между собой барсук и птица. Барсука зовут ратель или медоед, а птицу — медовед либо медоуказчик. Птичка небольшая, серенькая, с зеленоватым брюшком. Как они сотрудничают?
Даже и не поверишь в это, но авторитет известных орнитологов верить заставляет.
В Африке многие дикие пчелы устраивают пчельники в земле. Медовед ищет эти гнезда. Как только найдет пчелиное гнездо — летит к норе барсука. Порхает над ней, кричит "чурр-чурр", зовет барсука. Тот знает, в чем дело, спешит, вылезает из норы и тяжелой поступью бежит за птицей. А медовед перепорхнет с куста на куст и поджидает барсука. Кричит неумолчно.
И вот от куста к кусту подводит рателя к пчельнику. Тут уж он делает свое дело — разоряет медоносное гнездо. А птичка прячется на дереве, умолкает и ждет…
Насытится барсук, уходит довольный. Тогда медовед подлетает к разоренному гнезду и ест… соты.
Тут опять неправдоподобие: воск ведь в желудке животных не переваривается! Только пчелиная вошь, личинки которой живут в улье, способна питаться воском.
Но, оказывается, не одна она, ещё и медовед. Исследовали его пищеварительные органы и нашли в них поселение симбиотических бактерий и дрожжей. Они и разлагают воск на жирные кислоты, которые затем усваивает кишечник птицы.
Медоведы удачно сотрудничают не только с барсуками, но и с павианами.
Африканцы — люди наблюдательные. Они давно уже знают про дружбу барсука и птицы. И сами вступили в союз с медоведом. В общем, заменили барсука. А медовед и с ними охотно сотрудничает: приводит к пчельнику. Если людей он приглашает к сладкой трапезе, то и гнезда показывает не только земляных, но и древесных пчёл.
Но, очевидно, медоуказчики не всех людей принимают в свою компанию. Итальянский исследователь Франко Проспери пишет о злосчастных неудачах одного из сотрудников их экспедиции: