Причуды природы
Шрифт:
После свадебной встречи с самцом спланирует самка на землю и в неё зароет 1–5 яиц. Ухаживание и яйцекладки у летающих драконов в теплом климате их родины — круглый год.
Обычный летающий дракон, о котором рассказано, живет в вершинах тропического леса (а где леса сведены — на каучуковых и других плантациях) Индонезии, Малайзии, Филиппинских и Молуккских островов. Чернобородый летающий дракон (крылья у него чёрные, с мелкими жёлтыми пятнами) — в лесах Малакки, Суматры и Калимантана.
Прочие виды летающих ящериц (всего их 16) обитают тоже в Юго-Восточной Азии (Южная Индия,
Других летающих ящериц нет. Рассказывают, правда, что немного парить способны будто бы агамы-бабочки, земляки и родичи ящериц-планеристов (летающие драконы — из семейства агамовых). Они тоже в известные апогеи своей жизни, растопыривая ребра, широко растягивают эластичную кожу на боках с чёрно-белым или чёрно-красным рисунком, словно вот-вот полетят! Но, увы, не летают, а лишь устрашают врагов или привлекают самок игрой красок на своих растягивающихся боках.
Есть, однако, другие земляки (и родичи тоже) у крылатых ящериц — бескрылые, безногие (пресмыкающиеся из пресмыкающихся!), по тем не менее летающие. Правда, не очень искусно.
На каждой кокосовой и других пальмах свое особое население насекомых и рептилий. За насекомыми забираются на пальму и долго живут в её кроне ящерицы гекконы.
С неукротимым желанием съесть их ползут на пальму древесные змеи. Если эти пальмы растут в Индонезии, на Филиппинах, а также в Шри Ланке, то обычно поселяются на них змеи из рода хризопелеа. Эти змеи тонки телом, с изящными головками, а чешуя их играет таким великолепием яркости и многоцветия, какое бывает только у тропических бабочек и немногих птиц.
Змеи без особого труда ползут вверх по стволу пальмы, цепляясь за любые его неровности чешуями живота, который у них как бы окаймлен с двух сторон выступающими килями, облегчающими повисание на этих неровностях и отвесное восхождение. Питаясь ящерицами, обосновавшимися на пальме, змея и сама живет месяцами на приютившем её дереве. Все бы хорошо, но вот запасы пропитания на этом дереве кончаются: все, что можно съесть, змея съела. Слезть вниз по гладкому стволу пальмы она не может — умеет ползать по нему только вверх. Как быть? Не дожидаться же в развесистых ветвях пальмы голодной смерти…
И змея прыгает вниз! С высоты 15 и даже 20 метров! Напрягаясь, вытягивается палкой, растопыривает в стороны ребра; вдавленные немного внутрь (между двумя боковыми килями) брюшные чешуи образуют неглубокий желоб, который, подобно вогнутости под куполом парашюта, замедляет скорость падения. В косом полете сверху вниз змея-пилот без вреда для своего здоровья благополучно приземляется.
Именно таких змей, способных прыгать с верхушек пальм (и других деревьев), называют летающими, хотя, конечно, тут нет никакого полета и даже настоящего планирования. Сделан только первый шаг на пути к нему.
Срочно выдана охранная грамота
Орангутан
Орангутаны живут только в тропических лесах Калимантана и Суматры. Как полагают супруги
Рыжая или бурая обезьяна. Шерсть длинная, на плечах до полуметра. У старых самцов почти человеческого образца борода и усы, а также "бакенбарды", но не из волос, а кожные (укрепленные изнутри соединительной тканью) полукруглые валики на щеках до 10 сантиметров шириной и до 20 сантиметров длиной. Горловой мешок — усиливающий крик резонатор — особенно велик у самцов и вмещает несколько литров воздуха. Руки длинные, способны обхватить пространство в два метра с четвертью. Ноги относительно короче, чем у других человекообразных обезьян. Вес самок — около 40–80 килограммов, самцов — до 150. Но в неволе некоторые орангутаны сильно жиреют, грузны и тяжелы от неподвижности. Такие весят до 190 килограммов, а по другим данным, даже до 250 килограммов.
Живут в вершинах деревьев, почти не спускаясь на землю. Передвигаются по ветвям силой мощных рук. Едят плоды, листья, мелких птиц, их яйца, улиток. Пьют, обсасывая мох, орхидеи или свою руку, предварительно опущенную в воду, либо сосут смешанные с нектаром дождевые капли, наполнившие большие чашевидные цветы. Днем бродят семьями или в одиночку. Ночуют на деревьях, соорудив из веток платформу-постель. Если ночь дождливая, укрывают себя большими листьями.
Самец начинает свои ухаживания с пения "серенады": сначала негромкий вибрирующий рев, затем усиленный на полную мощь горловым резонатором крик. Заканчивает "песню" басистое ворчание.
После 8–9-месячной беременности самка рождает совершенно беспомощного детёныша весом около полутора килограммов. Он сейчас же всеми четырьмя лапами цепляется за шерсть на её груди. Она кормит его сначала молоком из сосков, которые у неё почти под мышками. Потом — основательно пережеванной зеленью: оттопырив губы, из своего рта отдает пюре в его рот. Прохладными ночами она согревает свое дитя, в жаркие дни чистит и причесывает его, даже купает под тёплым дождиком!
Не все матери заботливо и умело ухаживают за детьми. Некоторые, особенно молодые, не знают, что с ними делать, потерянно таскают по клетке из угла в угол, даже, похоже, боятся их, как чего-то непонятно откуда взявшегося и чужого. Одна такая неопытная в делах материнства орангутаниха испуганно вздрагивала, когда детёныш цеплялся за её шерсть, и пыталась разжать его пальчики. Решив наконец от него избавиться, она протянула дитя отцу-орангутану, но тот, тоже молодой, с криком отпрянул, бросился на решетку, пытаясь бежать из клетки.