Приёмный

Кочеровский Артем

Падение постарался замедлить, но вышло плохо. Отбил локти, а затем хрустнул и вывернулся безымянный палец на левой руке. Я вскрикнул от острой боли, но звук мой заглушила кофта. Это я врезался лицом в валяющегося на лестнице Федю. Он-то меня и затормозил. Перекатываясь через друг друга, мы скатились относительно медленно, прибавив себе лишь по парочке синяков на спинах и головах.

Стоило ли мне, находясь в одном шаге от смерти, беспокоиться о другом человеке? Ведь он сам собирался меня убить! Но сработало что-то на уровне подсознания, и я приложил палец Феде к горлу. Он был без сознания,

но сердце билось ровно и с постоянной частотой.

Впереди спасительная дверь. До неё метров семь. Если я буду двигаться со скоростью пять сантиметров в секунду, то доберусь до цели… Считать было бессмысленно, потому как дверь открылась, и на пороге показался Чёрная рубашка.

…….

Только сейчас до меня дошло, что Рыжий соврал. Сказал, что Чёрная Рубашка ждёт снаружи, чтобы я не побежал к двери. Переиграл меня. Чёрная Рубашка, он же Икс Кадам, не стоял за дверью, иначе бы вошёл сразу, как только услышал шум. Возможно, он пришёл, чтобы дать нам очередные буклеты или забрать старые.

Как бы там ни было, он не слабо удивился, увидев картину окровавленного и разваленного дома. Тройка голых Иксов спускались по лестнице, отсвечивая свежими ранами на груди, двое других валялись в коридоре, причём одного из них невозможно было узнать из-за изувеченного лица.

Всего на секунду во мне поселилась бредовая идея, перекрутить всё с ног на голову. Обвинить всех остальных в предательстве и нажаловаться Кадаму. Но я вовремя одумался, вспомнив, что мне уже не десять лет и я не стою перед доверчивой воспитательницей интерната.

Не желая думать, чем всё это закончится, я закрыл глаза. Бросил голову на пол и заглянул в сферу. Мои чудесные приступы суперчеловека закончились, и потому я ожидал увидеть прозрачную и пустую оболочку, какой она была до знакомства с зомбирующим фиолетовым сгустком. К моему удивлению, оранжевые комки по-прежнему плавали в ёмкости. Их стало меньше. Если раньше, я наблюдал по приличной жмене сгустков на каждом из слоёв сферы, то сейчас на третьем и четвёртом остались лишь едва заметные капли, похожие на остатки краски на дне банки, а вот на втором и первом слое, который граничил с ядром, энергия сохранилась. На вскидку её осталось половина, может чуть меньше.

Присмотревшись внимательнее, я разглядел движение к центру. Частички энергии стремились к ядру, что особенно хорошо было заметно по плотности. Если на втором слое и на внешнем кругу первого виднелись пространственные пустоты, а оранжевые сгустки походили на парящую в невесомости жидкость, то на внутреннем кругу первого слоя, который примыкал к ядру, плотность была максимально-возможной. Энергия облепила ядро наглухо, создав непроницаемую подушку толщиной в один сантиметр. Так мне казалось визуально. Имелись ли у этой штуки истинные размеры, или она была лишь плодом моего воображения, я не знал.

Следом моё внимание приковало ядро. Только на первый взгляд оно казалось пустым, но вскоре я заметил, как сквозь микроскопические прорези в оболочке в ядро просачивалась энергия с первого слоя. Отверстия были столь малыми, что пробивающиеся ручейки походили на напор воздуха, который колышет прозрачную жидкость. Но так казалось только на первый взгляд. Понаблюдав внимательнее,

я заметил тусклый оранжевый оттенок в этих ручейках. Если глаза меня не обманывали, то энергия мало-помалу, но поступала в ядро. Спустя минуту наблюдений жидкость в ядре чуть потемнела. Хотя, возможно, я лишь хотел так думать.

— Кто хочет сделать это?

Открыв глаза, я увидел стоящего надо мной Кадама. Он держал чёрный угловатый пистолет за ствол и протягивал его собравшимся со спины пацанам.

— Я!

— Я могу!

— Давайте я!

Попробовал опереться на руки. Ничего не изменилось. Если мои оранжевые приступы случались, когда в ядре скапливалось достаточное количество энергии, то… достаточного количества ещё не собралось. Я хоть и понимал, что смерть подобралась как-никогда близко, но думал совсем о другом. Смерть сделала уже две или три осечки за последние десять минут. Лимит моих воздыханий и переживаний иссяк, оставив внутри вакуумную пустоту вместо эмоций.

От чего я не мог избавиться, так это от злости или досады. Что-то среднее… Я бесился, потому что видел оранжевые сгустки в сфере и примерно представлял их возможности, но не мог использовать. Ведь умереть с такой ценностью внутри, это как… Не знаю… Сдохнуть в двадцать лет под колёсами машины на следующий день после объявления тебя наследником известного на весь мир Клана. Дайте же мне потратить это дерьмо!

Где-то на периферии сознания пацаны вели борьбу за право взять пушку и нажать на курок, в то время как я вернулся к сфере. Попробовал надавить на скопление в том месте, где находился один из клапанов, рассчитывая ускорить подачу. Не получилось. Напрягся изо всех и, кажется, даже почувствовал боль от парочки лопнувших в голове сосудов. Не вышло. Саму энергию всколыхнуть получилось, но клапан по-прежнему пропускал в ядро жалкие крохи.

— Один выстрел в голову! — сказал Кадам, передавая пистолет Камню.

Да вашу мать, бл*ть! Как же это работает?! Звук щёлкающего затвора окончательно вывел меня из равновесия. Я хотел собраться и надавить ещё сильнее. Мечтал, чтобы мою голову пронзила самая адская боль из ранее пережитых, рассчитывая, что она хоть что-то изменит.

Потом я посмотрел на клапан. Мысленно приказал ему расшириться, и он подчинился… И не только он, но и все остальные клапаны расширились до заданного размера. В ядро потекли заметные ручейки, размером со стержень шариковой ручки.

Ядро заполнялось быстро, но не быстрее, чем нажатие на курок нацеленного в затылок пистолета. Я посмотрел на клапаны и… Если сравнивать мои мысли с отданной командой, то я рассчитывал не просто их расширить, а вырвать с потрохами, да так, чтобы вместе с клапанами оторвались и крепёжные основания.

В следующий миг оболочка ядра превратилась в замкнутый дуршлаг, и вся скопившаяся на первом слое энергия заполнила его под завязку…

Толкаюсь руками, и моё тело, словно не имея веся, отлетает вбок. Летящие в стороны крошки от плитки одновременно со звуком выстрела подтверждают, что я успел. Делаю ещё один короткий толчок руками и группируюсь в воздухе. Только что головы четверых людей склонялись к полу, чтобы посмотреть на смерть изменника, а вот я уже стою рядом с ними.