Приезжий
Шрифт:
– Вы знаете, Ирина, я только сейчас понял, кого мы с вами напоминаем, – действительно, как оказалось, я машинально оделся в привычную и удобную спортивного стиля одежду. Кожаная куртка, джинсы и ковбойские полусапожки должны были смотреться странно рядом с моей стильно одетой спутницей.
– И кого же? Вряд ли Бонни и Клайда! – она, похоже, заметила мои манипуляции с пистолетом, и улыбалась весело и поощрительно.
– Не угадали, – в тон ей ответил я, – скорее телохранителя, и, как они говорят, объект.
И в ответ на вопросительный взгляд пояснил:
– Объект
– Гм, даже не знаю, что сказать. Скажите, Валера, а он у вас заряжен? – в ее голосе слышалось опасливое любопытство.
Я серьезно кивнул.
– И еще как.
Некоторое время мы шли молча. Нарушил молчание я.
– Если хотите, я могу взять вас с собой на стрельбище. Вы стреляли из пистолета когда-нибудь?
Она посмотрела на меня и покачала головой.
– Это, наверное, страшно.
– Не страшно. Громко, да. Но не страшно... почти. Так что рекомендую.
– Может быть, – неуверенно сказала она. Потом, наверное, вспомнила пьяную компанию и проговорила уже уверенней:
– Вы знаете, да. Интересная идея. Буду благодарна, если вы возьмете меня с собой.
Похоже, теперь ей мое предложение нравилось. Сам я бывал на полигоне от силы раз в два месяца. Придется устроить это пораньше.
– Я даже охоту видела только по телевизору. И, честно говоря, совсем не понимаю этой рыболовно-охотничьей страсти.
– Кстати, я тоже ни разу не был на охоте, но рыбалку люблю. Есть такое слово – теоретически. Вообще, спокойное и неспешное проведение времени на природе – это моя мечта. Так толком ни разу не осуществленная.
Тут наступила ее очередь удивляться моей запущенной судьбе городского жителя. Как выяснилось, Ирина успела объехать половину страны и всерьез замахивалась на посещение другой половины. Когда я ей это сказал, то получил горсть снега за шиворот. В-общем, мы очень мило дурачились.
Так, развлекаясь, мы незаметно добрались до Вокзальной. Где-то в этом районе и жила Ирина. Она немного примолкла и крепко взяла меня под руку. Действительно, район был не из веселых – полутемный, с торчащими среди мелких домишек многоэтажками и немногочисленными спешащими прохожими. Мы остановились около одной такой многоэтажки. Ирина вздохнула.
– Вот здесь я живу. А вы разве еще не знаете, сыщик?
Я покачал головой.
– Нет, представьте себе, не знаю.
– Ну, заходите тогда. Кофе вас заманивать не буду, а вот от горячего чая вы, наверное, не откажитесь.
Я энергично закивал. На улице все больше холодало, и мне удалось порядочно продрогнуть. В таких обстоятельствах предложение попить чаю звучит как райская музыка. Тем более, когда это говорит красивая женщина.
Лифт, выглядевший совершенным инвалидом, тем не менее довольно резво доставил нас на шестой этаж, и, жутко заскрежетав, открылся. Странно, при такой работе Ирина могла ба подобрать и более приличное место для квартиры. Подъезд, в дополнение к лифту, глаз тоже радовал не очень. Полутемный, лестница с железными перилами, тусклая краска на стенах.
Ирина быстро открыла дверь. Металлическую, естественно. И мы шагнули в тепло
Когда вспыхнул свет, оказалось, что кроме домашних тапочек нас там дожидается нечто серое, пушистое и довольно большое. Очень крупный и мохнатый кот, смахивающий на помесь енота с Колобком, обладал вальяжностью и достоинством, ни еноту, ни тем более Колобку не свойственным. Неторопливо подошел ко мне, пристально посмотрел, обошел кругом и наверное, сочтя меня неопасным и хозяйке не угрожающим, отправился здороваться с ней.
– Ничего себе! – вырвалось у меня непроизвольно – Каков зверюга!
Действительно, таких котов я в нашем провинциальном Тарасове как-то не видел. Наши коты жилистые, худые как велосипеды и пронырливые как сквозняки. А в это даже с виду крупнее наших чуть не втрое!
Хозяйка довольно улыбнулась, прижимая к себе уже вспрыгнувшего ей на руки кота.
– Его зовут Иннокентий, он у меня северянин.
– Да, с такой пушистостью ему только на севере жить. На снегу спать может! – говоря это, я думал совершенно о других вещах. Например, о том, что Ирина полностью отвечает моим представления об одинокой женщине. Этот вот кот только подтвердил впечатление.
– Я похожих только в Питере и видел. Там сибиряки в моде.
– А он действительно из Питера! – Ирина удивленно посмотрела на меня. – Знакомые подарили два года назад.
Я принял гордый вид, соответствующий проницательному и разбирающемуся в кошачьих породах частному детективу. Вообще-то я не понимаю, как можно любить кошек. Эти нахальные создания, по-моему, не способны почти ни на какие чувства по отношению к хозяину. Но они импонируют мне своей независимостью и чувством собственного достоинства, которое почти на встречается у собак. Так что мы хорошо понимаем друг друга, хотя своего кота у меня никогда не было.
– Проходите, пожалуйста! – жестом пригласила меня Ирина – Я пойду, поставлю чай.
И ушла вместе со своим котом.
Я с любопытством осмотрелся в комнате.
Небольшая комната, примерно пять на четыре метра, почти на имела мебели, но при этом не выглядела пустой. Диван, столик из темного дерева рядом с ним и обязательная стенка – вот, собственно, и вся мебель. Если не считать пары стульев, сиденья которых были укрыты вязаными накидками красновато-коричневых тонов. Даже непременного в каждой квартире телевизора здесь не было. Неординарная женщина хозяйка!
На столике я обнаружил пару журналов – «Geo» и «Иностранную литературу» за прошлый месяц.
Делать было нечего, и я принялся за журналы. Минут через пять появилась и хозяйка с подносом, нагруженным чашками, заварочным чайником, бутербродами и печеньем.
Чай после уличного холода оказался потрясающе вкусным и горячим. Хозяйка тихо сидела напротив, ее чашка была почти не тронута. Она выглядела задумчивой и рассеянной. Молчание, впрочем, было ненавязчивым. Вот тут-то и подал голос мой мобильник. Именно такие моменты притягивают как магнитом разные малоприятные неожиданности. Ирина вздрогнула, Иннокентий, обнюхивающий мои джинсы, даже слегка подпрыгнул.