Приезжий
Шрифт:
Ну все! Против этого монстра я вряд ли продержусь и пару секунд. Я безнадежно наблюдал, как он приближается и... одним ударом перерубает пополам одного из скорпиономорфов! Тут рот у меня слегка приоткрылся. Потратив на моих противников не более чем по одному удару, здоровяк повернулся ко мне глухим забралом, вскинул свой чудовищный меч на плечо и внезапно выбросил вперед свободную руку в знакомом жесте – показал большой палец! Что же это у него на доспехе-то нарисовано? Многоногий серебряный паук какой-то! Но почему прямоугольный?
Тем временем мой нежданный виртуальный спаситель
Отсмеявшись, я вышел из игры и произнес в пространство:
– Подыгрывать нехорошо!
Приятель не ответил. Настроение у меня было замечательное.
ГЛАВА 10
Есть у Битлов такой концерт, «Вечер трудного дня» называется. Следующее утро вполне заслуживало такого названия, с поправкой, конечно. Утро трудного дня, черти б его взяли!
Обычно я встаю по утрам легко, радостный, как птичка. А тут все было как-то печально и муторно. С утра, в порядке экономии, не иначе, отключили электроэнергию и я, уныло полюбовавшись на Приятеля, работающего в режиме энергосбережения, отправился делать зарядку без его ценных указаний. По зову души, так сказать, и велению совести. Немного придя в себя от общения с гантелями и эспандером, я удосужился посмотреть в окно и там увидел причину моего сегодняшнего уныния – сквозь туман, безнадежно заполнявший все обозримое пространство, с трудом продирались дождевые капли. Зима на неопределенное время сдала свои позиции. Шел дождь.
Брр, экая мерзость! Сейчас я вроде как в осадном положении, и выход в свет мне пока не грозит. Тем более, что в деле обозначился некоторый застой. Подумав так, я несколько приободрился и представил, как проведу этот день, валяясь на диване с интересной книжкой. Хорошо еще газ не отключили, так что холодная и сырая пища мне не грозит, и воды в кране еще немного осталось. Приободрив себя таким образом, я отправился на кухню и включил радиоприемник, что делаю в среднем раза два в месяц. До сих пор недоумеваю, что меня дернуло купить эту маленькую «Соньку»? Кроме радио, в ней имелся еще и магнитофон, который я не включал вообще ни разу.
Пробежавшись по диапазону, я со страхом шарахнулся от «Маяка» и еще пары патриотических станций и в конце концов наткнулся на прогноз погоды.
Теплый Атлантический циклон дополз-таки из Европы и до наших краев, и по прикидкам метеорологов собрался осесть здесь надолго. С собой он принес туман, облачность и ожидающиеся осадки с температурой от нуля до плюс четырех. Честное слово, иногда жалею, что Тарасов не в Приполярью!
Остановился я, в конце концов, на «Ностальжи», по моему. Послушал минут пятнадцать старые песни, и тут дали энергию. Заурчал холодильник, а из звукоизолированной комнаты Приятеля раздался душераздирающий, бьющий по нервам вой. Это, когда какие-то срочные дела, Приятель меня так к себе вызывает, оригинальным методом.
Чертыхнувшись, я одним глотком допил почти остывший чай и зловеще двинулся к шкафу с твердым намерением
Приятель закончил голосить сразу, как только я хлопнул по пробелу на клавиатуре.
– Хакер на связи, ты, нехорошая железная чушка!
– Мы уже выясняли вопрос о моем химическом составе, Хакер, и на повторные объяснения тратить время нецелесообразно. По моим прогнозам, назревает кризис, необходимо принятие срочных мер! – проговорил Приятель уверенным глуховатым голосом актера Тихонова из «Семнадцати мгновений весны».
У него получилось очень убедительно. Поэтому я проглотил свое мнение насчет его манер, а вместо этого сказал:
– Слушаю, Приятель, – таким же уверенным и внушительным тоном разведчика.
– Отнесись, пожалуйста, к этому серьезнее, речь идет о твоей, а значит, и о моей жизни и безопасности! – все-таки великолепный у Тихонова голос. – Прогноз показывает, что в ближайшие день-два наши оппоненты предпримут активные действия с целью устранения угрозы, то есть тебя!
– Не удивил. Спланируй контрмеры, – я тоже иногда могу разговаривать в суровом, выдержанном стиле.
– Тебе необходимо, не откладывая, сделать так, чтобы кассета с записью вашего разговора с Галаевой попала к Крестовскому Владимиру Федоровичу. Сегодня же.
Я оторопел.
– Его адрес имеется в моем банке данных, вполне легальный адрес. Там он и проживает с семьей. На кассете можно сделать дописку, с информацией, что имеются копии.
Я откашлялся, и заговорил:
– Ты думаешь, это правильно? Это ж убийство получается. Просто для справки – меня лично это не очень смущает, ситуация такая – или Белый, или я. Конечно, тебя это удивит, но я выберу себя. А вот ты. Ты же у нас законник!
– Предпочитаю трактовать это как необходимую оборону. Тем более, что ты фактически с этим не связан. Доказать виновность Белого крайне сложно, и, даже если это удастся, его шансы дожить до суда минимальны, – холодно заметил Приятель.
– Значит, сдаешься, умываешь руки, как Пилат?
– Уровень опасности недопустимо высок. Я слишком дорожу тобой, Хакер, чтобы продолжать это дело.
– И собой! – проворчал я.
– И собой, конечно, тоже, – покладисто согласился Приятель, – теперь перейдем к делу. Способ пересылки – лучше всего через одно из агентств доставки, их телефоны я тебе предоставлю. Отослать срочным посыльным. Займись этим немедленно.
Когда Приятель говорит – немедленно, значит, со временем действительно проблемы. Про себя ругая коммунальщиков, так не вовремя принявшихся экономить энергию, я пошел за телефоном.
В агентстве по доставке грузов «Престо» ответили сразу же, и потребовали за доставку груза весом менее килограмма пятьсот рублей. Ну и черт с ними. Пообещали прислать человека в течении часа. Это радовало. Судя по адресу, жил Крестовский на Пятой дачной. Помнится, строилось там несколько элитных особняков, в виде этаких современных замков с большими участками под сады или парки. Располагалось это удовольствие уже в санитарной зоне города, в лесу, где стройка в общем-то запрещена, но наших нуворишей это не смущало.