Приговор
Шрифт:
— Убей его, Вейлас, — сказала Данифай. — Он не станет слушать и не остановится.
Проводник, оцепенев, следил за тем, как монотонный напев жреца начинает подниматься к завершающим победным нотам. Он понурил плечи, раздавленный поражением. Потом Вейлас без всякого предупреждения вскинул лук и выстрелил.
Первую стрелу отразил вращающийся клинок магического барьера, но вторая благополучно миновала его и вонзилась в защищенную латной рукавицей руку. Жрец вскрикнул от боли и выронил недочитанный свиток, полетевший на каменные
Джэлр резко обернулся к Вейласу, сверкая горящими ненавистью глазами из-под маски.
— Ты по-прежнему в мальчиках на побегушках при этих суках, Вейлас? Разве не видишь, что ты для них не более чем сторожевой пес? Почему ты упорствуешь, отдавая свою преданность Паучьей Королеве, когда мог бы назвать своим богом Господина В Маске и изведать истинную свободу?
— Ллос пусть поступает как знает, — ответил Вейлас. — А что до меня, то я предан Бреган Д'эрт и своему городу. Мы не можем позволить ни тебе, ни даже твоему богу помешать нам в поисках, Тзирик.
Лицо Тзирика помрачнело.
— Ты и твои спутники не смеете перечить воле Варауна. Я не позволю вам.
Он пригнулся и поднял щит, рыча слова очередного ужасного заклинания. Вейлас выстрелил снова, но его стрелы просто отскочили от щита жреца. Тзирик окончил заклинание и коснулся земли раненой рукой. Камни содрогнулись, и мензоберранзанцы, словно куклы, повалились с ног. Поверхность каменной равнины пошла огромными трещинами, пропастями, уходящими в абсолютную тьму.
Вейлас шатался, пытаясь удержать равновесие на рушащихся и дыбящихся камнях. Данифай встала поустойчивее и выпустила из арбалета стрелу, которая миновала лезвия и со звоном ударилась о нагрудник Тзирика, разлетевшись при этом на куски.
Квентл споткнулась и сделала отчаянный прыжок, чтобы не рухнуть в зияющую щель, разверзшуюся под ногами. Она неуклюже откатилась в сторону и вскочила, сжимая в руке небольшой стальной жезл. Верховная жрица выкрикнула приказ и послала в жреца белую сферу с каким-то тягучим магическим веществом, но стремительно мелькающие клинки Тзирика раскрошили клейкий шар на миллион липких нитей.
— Вставай, Халисстра, — прошипела Квентл. — Твои сестры-жрицы нуждаются в помощи!
Когда Халисстра попыталась подняться в первый раз, мощный толчок сбил ее с ног. Она встряхнула головой и попробовала снова.
«Мои сестры нуждаются во мне? — подумала она.— Странно, ведь нашей богине, по-видимому, вовсе не нужны никакие жрицы. Если Ллос предпочитает повернуться ко мне спиной, с презрением отвергнуть мои веру и преданность, то я, по крайней мере, могу ответить тем же».
За годы жизни Халисстра охотно объединялась со злейшими своими врагами, с самыми подлыми изменниками, едва лишь возникала какая-нибудь угроза абсолютной власти ее и ее сестер над обществом темных эльфов. Уставившись в бесконечную пустоту Паутины Демонов, она поняла, что пальцем больше не шевельнет ради Ллос.
— Пусть он делает что хочет, — сказала она Квентл.—
Горький смех вскипел в ее горле, и Халисстра дала ему волю, а тем временем подземные толчки, порожденные заклинанием Тзирика, стихли. Сердце Халисстры болело от раны, способной расколоть целый мир надвое, но она не могла найти слов, чтобы высказать эту боль. Квентл с ужасом уставилась на нее.
— Богохульство, — едва выдавила она.
Настоятельница Арак-Тинилита схватилась за плеть и шагнула к Халисстре, но в этот миг Тзирик выкрикнул еще одно заклинание, обрушив на их отряд потоки ослепительного пламени, которые хлынули по каменной равнине, словно вода на пологий берег. Халисстра бросилась наземь и закричала от боли. Остальные выкрикивали проклятия или вопили, пытаясь найти несуществующее убежище.
— Оставьте меня! — приказал Тзирик из своей клетки из крутящейся стали.
Он нагнулся и подобрал свой свиток, пока мензоберранзанцы поднимались с дымящихся камней.
Рилд, лицо и руки которого были обожжены, медленно встал и смотрел, как жрец начал заклинание сначала. Мастер Оружия оценил на глаз расстояние до вращающихся лезвий и с быстротой большой кошки подобрался и прыгнул сквозь страшный барьер, сжавшись, насколько мог, в маленький тугой клубок. За ним рассыпались капли крови и полетели искры — вращающиеся магические клинки врубились в сработанный дворфами доспех, нанося множество кровавых ран, но Мастер Мили-Магтира прошел сквозь барьер.
Он, шатаясь, вскочил на ноги, по-звериному взвыв от боли, неловко держа Дровокол в посеченных лезвиями руках, но сумел дотянуться до Тзирика острием своего меча, заставив жреца вновь уронить свиток. Тзирик отбил удар щитом и взмахнул шипастой булавой.
Рилд избежал удара, лишь отпрянув назад, так близко к вращающимся клинкам, что от плеч посыпались искры, когда лезвия чиркнули его по спине. Он выправился и снова скользнул вперед, размахивая своим страшным мечом и нанося жрецу Джэлр быстрые удары.
Вейлас, стоящий снаружи от вращающихся клинков, поднял руку и коснулся знака в виде звезды с девятью лучами у себя на груди. В мгновение ока он исчез и вновь появился уже с другой стороны барьера, позади Тзирика. Проводник отбросил лук и выхватил крури, но Тзирик опередил его.
Могучий жрец, повернувшись спиной к Рилду, сделал три широких шага и обрушил на проводника Бреган Д'эрт удар своего тяжелого щита как раз в тот миг, когда ножи были уже в руках Вейласа. Взревев от ярости, Джэлр с силой вытолкнул того назад, сквозь завесу смертоносных клинков, и проводник, пошатнувшись, кувырком пролетел сквозь нее, завопив от боли, когда лезвия впились в его тело.