Прилив
Шрифт:
Слав молча слушал. Большую часть того, о чем говорил отец, он давно знал. Не за этим же он вызвал его? Похоже, отец придумал испытание для него.
— Итак, ближе к делу. Мне стало известно, что один из кланов завладел промышленным лазером. Они откопали его в обрушенных во время катастрофы шахтах. Откопали — и не торопятся продавать его нам, как бывало прежде. Это наводит на подозрения. Ты знаком с устройством лазера и знаешь, что его можно переделать в оружие… Подобные технологии не должны оседать в лапах варваров. Это опасно для всех нас. Твоя задача: вывести лазер из строя. Уничтожить. Ты полетишь с группой
— Я могу задать вопрос?
— Задавай.
— Как варвары смогут сделать из лазера оружие? Они же ничего не смыслят в технике!
— Ты не знаешь всего… Тебе известно, что с давнего времени мы высылаем преступников за пределы Дирна?
— Да, известно.
— Некоторые из них, хорошо знакомые с технологиями, примкнули к варварам и помогают им в изготовлении оружия. Ты должен понимать, насколько это опасно.
— Почему мы не можем вывезти лазер?
— Он слишком громоздок и находится глубоко в шахте. Разборка и погрузка займут слишком много времени, а это весьма опасный район. Поверь, я все предусмотрел. Уничтожь его. Вместе с шахтами…
Глава 7. Волод. На острове.
Утром позавтракали жалкими крохами: ели то, что удалось захватить с собой перед плаваньем, а взять удалось немного. Отныне охотники будут кормить себя сами. Хорошо, что вода вокруг камней не такая мутная, как у берега. И рыбу видно, и пить можно.
Москаль рискнул и протянул сеть по песчаной косе, закрепив камнями. Остальные охотники смотрели, чтобы не явился зверь.
Зверь не приходил, и люди вздохнули свободнее. Несколько сетей раскинули у самого дна, для этого Володу пришлось нырять глубоко, но ему это нравилось. Нравилось парить над дном, словно птица, чувствовать и преодолевать сопротивление воды. Жаль, дыхания надолго не хватало. С оставшимися на берегу товарищами изредка перекрикивались. С камней были видны темные фигуры охотников, только лиц не разглядеть.
Днем солнце нагревало камни так, что Волод старался держаться поближе к воде, изредка остужая в ней раскаленные подошвы сапог. Но рыба ловилась — это было главное! Расставленные в придонье сети исправно наполнялись добычей. Попадалась и рыба, и морские твари, многим из которых не было названия, так как охотники видели их впервые. Поистине, велика и неохватна Пойма, и существ, населяющих ее, как звезд в небе — нет числа!
Сети, сработанные поколениями Северов, передавались из рук в руки и служили исправно из рода в род. Говорили, что духи предков незримо помогают рыбакам. Сложная система поплавков показывала, насколько заполнилась сеть, которая затягивалась тем сильнее, чем больше в нее заплывало рыбы. Затем с помощью прочной веревки ее вытаскивали на камни, и начиналась основная работа. Рыбу глушили, вспарывали животы, вываливая окровавленные внутренности, мыли и укладывали на раскаленные камни. Мелочь пропекалась сразу, и ее ели тут же, с головой и костями. Крупную собирали, солили и вялили на солнце.
Вторая ночь на камнях была веселее первой. Охотники сыто рыгали и перекидывались шуточками. Они молодцы: столько рыбы наловили! А впереди еще два дня охоты! Домой вернутся с полными мешками, и Красноголовым будет, что отдать.
— Мих, возьмешь меня к Красноголовым? — попросил Волод. Юноше казалось, что вожак оценил его вклад наравне со всеми
— Зачем тебе к Красноголовым? — спросил Москаль.
— Жениться будет, — проговорил Гер. Москаль расхохотался так заразительно, что улыбнулся и Мих.
— Правда, Волод? — спросил он.
— Да нет же… — попытался возразить Волод, но весельчак Гер не останавливался:
— Всем известно, что у Красноголовых отличные невесты! Володу Ангела уже надоела, вот он и напрашивается…
Волод сжал зубы. Смеются, снова смеются, словно он мальчишка! Да, все знают, что у него с Ангелой не выходит — в клане все про всех знают, ничего не утаишь. Но там не смеются, а здесь надо! Видя его напряженное лицо, охотники расхохотались еще сильней.
— Правда, жениться? — улыбался Мих. — Если так, тогда пущу.
— Да, да, приводи невесту, — подхватил Москаль, — только смотри, чтобы Ангела ей шею не свернула!
— Она может! — смеялся Гер.
— Да как мне жениться, если я там никогда не был! — крикнул он. Идиоты, лишь бы покуражиться! Не понимают, что Володу нужно иное. Он видеть хочет, знать и чувствовать новое, увидеть других людей, другие лица… В клане все надоело, все! Даже здесь, на камнях, лучше!
Наконец, улеглись спать. Нагретые за день камни охотно отдавали тепло, и Волод быстро уснул, а проснулся от холода. Была глубокая ночь, и теперь уже скала вытягивала тепло из человека. Кое-как продрожав до своего дежурства, Волод встал и бродил по камням. В движении было еще терпимо, но стоило присесть, как холод пробирал до костей, не спасала ни одежда, ни подстеленный под скалу кожаный мешок.
Новое утро разлилось над Поймой холодной туманной хмарью. Солнце закрыла серая, невзрачная и непроницаемая пелена. Гер сказал, что в такую погоду рыба ловится лучше, и не ошибся. Сети ломились. Казалось, рыба обезумела и валом прет в рыбачьи силки. Волод взмок, вместе с товарищами вытаскивая на берег очередной улов. Миху можно было не беспокоиться об оставленных на берегу товарищах: сколько бы они ни поймали, им хватит еды до следующего прилива!
Вытаскивая очередную сеть, Мих пошатнулся. Веревка за что-то зацепилась, и вожак едва не упал.
— Я посмотрю, — сказал Гер. Охотник, раздетый до одних штанов, нырнул в серую воду, и в тот же миг Волод увидел мелькнувшую у дна огромную тень.
— Гер!! — заорал он, не понимая, что на глубине охотник его не услышит. Зато услышал Мих. Вожак подскочил и вгляделся в воду. Зверь, едва не проглотивший Волода, вернулся!
Гер заметил опасность и, резко развернувшись, поплыл назад. Вынырнул, хватая ртом воздух, и лихорадочно забил руками по воде. Тень за спиной стремительно вырастала. Раздвоенный плавник показался на поверхности, взрезая застывшую в ужасе воду.
Волод бросился вперед. Упал на камни, протягивая Геру руку. Охотник плыл так быстро, как мог, юноша видел глаза весельчака Гера: напряженный, сосредоточенный взгляд, без страха и паники, словно он всего лишь состязался со зверем в быстроте.
— Гер, давай руку! — крикнул Волод, распластавшись на камне. Его рука висела над самой водой — так казалось юноше — но Гер не смог дотянуться. Черная тень мелькнула у самого дна, щелкнули мощные челюсти. Глаза Гера остекленели, и он погрузился в воду, оставляя расплывавшийся красный ореол.