Прилив
Шрифт:
Экран вновь осветился. Возникший на нем человек был Володу незнаком, что и неудивительно: он почти никого здесь не знал.
— Приветствую, Слав, — сказал человек. Волод заметил несколько шрамов на лице гостя, и это его удивило. В клане говорили, что гморы способны вылечить любого и так, что следа не останется.
— Приветствую, — ответил Волод. Варвар решил держаться осторожнее. Кто знает этих гморов?
— Я ждал тебя, но ты не пришел на урок. Могу я узнать, в чем дело? — осведомился человек. Взгляд серых глаз был прям и непреклонен. Вожак, определил Волод, или один из
— Я… заболел, — ответил Волод. — Ты слышал… что со мной случилось?
— Об этом я и хотел поговорить. Твой отец разрешил тренировку, если ты будешь в состоянии тренироваться. Ты в состоянии, Слав?
— Я… — Волод подумал, что, если от всего отказываться, это вызовет подозрения. Но он не знал, куда его зовут, не знает гморода. — Согласен, если ты придешь сюда. Приходи, я буду ждать, — и он торопливо отвернулся от экрана. Через пять секунд повернул голову: экран был темен. Человек исчез. О каких тренировках он говорит? Кто он? Тут вспомнились слова Изагера о каком-то учителе по имени Юр. Может быть, это он? Скорее всего, он и есть. Но прямо не спросишь.
Прошло совсем мало времени, и от дверей раздался звонок. Волод подошел и в растерянности остановился: он не знал, как открыть. Вспомнив, как открывали ему, юноша глазами поискал что-либо подобное поблизости и нашел встроенную в стену, почти неотличимую по цвету панель. Легкое нажатие — и дверь отъехала. Ох, слава Основателям…
На пороге стоял незнакомец. Тот, что разговаривал с экрана. Юр или не Юр? На всякий случай Волод решил не называть его по имени. Ошибка тотчас выдаст его. Волод отступил шаг в сторону, молча приглашая войти. Человек скользнул по юноше взглядом и прошел в секцию. Как же закрыть дверь? К облегчению Волода, дверь вернулась на место сама.
— Ты чего-то боишься? — спросил Юр. Волод не ответил. Чего ему бояться? Разве что разоблачения, но не станешь же об этом говорить!
— Я вижу по глазам, что боишься, но не думаю, что падение так напугало тебя, — продолжил Юр, — ведь оно в прошлом. И ты сам волен решать, лететь еще раз или нет. Чего же ты боишься, Слав?
— Ничего, — выдавил Волод. Вот пристал, думал он, с неприязнью оглядывая гостя. Не слишком высок, немолод, но крепок, в движениях уверенность и сила. А взгляд… Непростой он человек. Не думал, что гморы бывают такими.
Юношу прошиб пот: вдруг они что-то подозревают, а этот человек прислан убить его? Эх, нет никакого оружия…
— Твой отец приказал мне находиться поблизости, если ты куда-нибудь поедешь. Он беспокоится за тебя. Хотя, что я могу сделать в случае крушения скутера?
— Я не собираюсь никуда ехать, — сказал Волод.
— Почему? Ты сидишь дома третий день. Это на тебя непохоже.
— Тогда пойдем. Отвези меня, куда сам хочешь. Мне все равно. Но потом привези меня домой, — спохватился Волод. Он ведь совершенно не знает гмород.
Гость наклонил голову.
— Как желаешь, Слав.
Они спустились вниз. Волод цепко следил за всеми движения спутника, замечая, как тот открывает двери и какие кнопки нажимает.
Улица. Волод невольно задрал голову вверх. Высоченные дома взмывали в небо, и варвару казалось: они медленно
— Садись, — прозвучало над ухом. Волод обернулся и увидел стоявшую в двух шагах металлическую машину. Он видел нечто похожее в пустыне — смятые и разбитые остовы… Незнакомец сидел в ней. Юноша бегло окинул машину взглядом: как садиться? Медлить нельзя. Пустынник лихо перепрыгнул через борт, приземлившись на мягкое кресло.
— Вообще-то есть дверь, — заметил гмор.
— А я хочу так! — заявил Волод. — Ведь я сын Изагера!
Гмор странно посмотрел на него и двинул машину с места. Они ехали! Металлический аппарат передвигался бесшумно, улицы медленно плыли мимо, Волод едва успевал вертеть головой, разглядывая гмород, потом спохватился и сел смирно, лишь глаза жадно стреляли по сторонам.
Машина остановилась у края гигантской платформы. Спутник Волода открыл дверь и вышел. Юноша успел заметить, какую ручку тот нажал, повторил и вышел из машины. Не так уж и сложно, подумал он, усмехаясь, скоро я буду знать все! Его спутник остановился у обрыва, огороженного пластиковыми полосами на квадратных, пористых камнях, за которыми просвечивала гладь океана. Волод подошел к нему.
— Зачем ты привез меня сюда?
Гмор оторвал взгляд от волн и посмотрел на юношу:
— Здесь хорошее место. Ничто не отвлекает. Можно размышлять о жизни и о себе. Это необходимо делать хотя бы иногда.
— Мне это не нужно, — сказал Волод.
— Почему?
— О жизни размышляют одни старики.
Гмор не ответил. Он долго смотрел на океан, и заскучавший Волод последовал его примеру. Подошел к самому краю и наклонил голову: под ногами плескался океан. Огромные волны бились о мощные исполинские опоры, поддерживавшие гмород. Упади вниз и — пропал, исчез. Этим волнам что человек, что песчинка…
— Твой отец думает, что крушение произошло не случайно.
— Что? — переспросил Волод.
— Он считает, тебе грозит опасность. Ты не замечал ничего странного, подозрительного?
— Ничего.
Опасность? Какая опасность? Как может грозить опасность мне, сыну правителя гморода?
— Если что-то увидишь… или почувствуешь — сообщи мне. Если захочешь, я могу находиться с тобой каждый день, пока… все не уладится.
— Нет. Не надо.
— Как знаешь. Слав, расскажи мне, что ты делал в пустыне?
— Что? — внутри Волода похолодело.
— Что ты делал после крушения? Что ты видел там?
— Н…ничего, — выдавил Волод. — Упал и… Я плохо помню. Ударился головой. Я вообще не выходил из корабля, — сказал он, вспоминая, как занимал место погибшего гмора за пультом.
— Вот как, — проговорил гмор, — понятно. А пилоты погибли?
— Погибли. Да, погибли.
— Выходит, тебе повезло. Вот что, Слав, вот тебе прибор, — он сунул в руку Волода плоскую пластиковую пластинку с единственной кнопкой. — Положи в карман. Если что-то случится, нажми на кнопку. Это индивидуальный передатчик, сигнал идет, минуя общую сеть, и получу его только я.