Примархи
Шрифт:
Похожие на призраков эльдары не казались нематериальными, как это было в долине. Облаченные в доспехи цвета кости и сжимающие изогнутые визжащие клинки, они атаковали Железных Рук сквозь щит. Их адские вопли обрушились на Морлоков губительным потоком.
Сантар закричал сквозь стиснутые зубы: — Держаться!
Каждая его кость вибрировала. Стиснутые зубы скрежетали. Еще одна атака и они раскрошатся.
— Я могу кричать громче, — заверил он воина, напавшего на него.
Сантар сделал шаг вперед и перешел
Его молниевый коготь разрубил меч воина и вонзился в его грудь. Перешагнув через труп чужого, он встретился с другим.
Тот нанес диагональный удар, нырнул под контрвыпад и развернулся у незащищенного бока Первого капитана.
Сантар вздрогнул, когда заряженный энергией клинок рубанул по доспеху, но не смог пробить его. Неизящный удар локтем сломал эльдару ключицу. Нисходящий удар разрубил бы ксеноса, но Сантар пошатнулся, когда второй напавший запрыгнул ему на спину. Он отвернул голову от адского вопля и потянулся, чтобы сбросить его, когда тот дернулся и упал.
Полголовы и шлем исчезли, уничтоженные разрывным снарядом.
Символ Таркана один раз мигнул на ретинальном тактическом дисплее.
По радиосвязи раздался голос снайпера: — Слава Горгону.
Сантар покончил с тем, кому сломал ключику, припечатав его безжизненное тело бронированным ботинком. Затем он вытер вытекающую из носа кровь и коротко отсалютовал Таркану, зная, что тот увидит. Неспособные отвлекать и атаковать, как в пустынной долине, призрачные воины обнаружили, что Морлоки крепче в открытом бою. Здесь сплоченность Железных Рук имела большее значение, чем быстрота.
Слева Сантар увидел, как Десаан отбросил плечом чужого в воздух, затем поднял болтер оставшейся рукой и продырявил его, прежде чем он приземлился искромсанным трупом. Сантар посчитал, что заметил след улыбки, когда его глаза ненадолго встретились с визором боевого брата.
Десаан засмеялся.
— Как стрельба по дискам.
— Театральность не принесет тебе никакой пользы, брат-капитан… за исключением преждевременной могилы. Убивай их быстро. Не давай пощады.
— Возмездию придется подождать, — ответил Десаан. — Кажется, все мои враги мертвы.
Тела чужих устлали землю, тогда как потери среди Железных Рук были минимальны. Они обескровили эльдаров, но приближались новые, прыгая сквозь энергетический щит с атлетической и смертоносной грацией.
— Вот твой шанс, — сказал Сантар. Он наклонился к голосовому усилителю на горжете и проскрежетал приказ, который прогремел по боевой линии. — Сомкнуться. Вместе, как железная стена.
Под ногами ощущались подземные отголоски боевых зарядов Руумана. Зарегистрированные на ретинальном дисплее Сантара сейсмические всплески подтвердили это. В тот же момент, в углу его зрения вспыхнул синхронизированный хроно.
— В атаку! — закричал он.
С обеих сторон к нему присоединились
Призрачные воины разбились о противостоящую им неумолимую стену из черного керамита. Некоторые сражались и добились небольших успехов, и Сантар позже вспомнит павших, но сплотившихся терминаторов было не остановить. Они прокатились по элите эльдаров несгибаемой волной. Зажатым между энергетическим щитом, который позволял им пройти только в одну строну, и наступающими легионерами, чужим некуда было бежать, и их растоптали.
Находящиеся за их спинами эльдары ответили сильным, безжалостным огнем из орудийных платформ.
Артиллерийские удары обрушились на Морлоков. Терминатор, возможно Кадор, упал на спину. Другому, Сантар не мог сказать кому, пробило грудь, и он упал. Остальные продолжали идти под обстрелом.
— Легкий дождик, — сказал Десаан, едва слышимый сквозь шторм.
— У нас меньше минуты, брат, — сказал ему Сантар.
— Более чем достаточно, Первый капитан.
Продвигаясь вперед, Морлоки добрались до потрескивающего края щита.
Эльдары внутри него отступили, но продолжали вести огонь. Сверху стреляли орудия Руумана и танки армейских дивизий.
Кто-то еще скрывался за мерцающей пеленой — эльдары в мантиях и с загадочными посохами.
— Разрушить его! — заревел Сантар, сражаясь с ионизированной пульсацией энергетического щита. — Бейте по нему из всего, что у вас есть.
Громовые молоты и силовые булавы, эвисцераторы и комби-болтеры обрушились на поле раскаленной лазури. Сильно колыхнувшись, щит согнулся, но не лопнул.
Хроно на ретинальных дисплеях всех ветеранов Железных Рук достиг нулевой отметки.
Конец отсчета предвещала серия глубоких, подземных взрывов, которые раскололи поверхность внутри щита. Это последовательно детонировали снаряды минометов-кротов. Когда паутина, сплетенная эльдарами вокруг узла разорвалась, вверх поднялась ударная волна.
Серия мельчайших помех пронеслась по изгибу щита, от чего он задрожал, один раз вспыхнул и затем исчез.
Сантар первым пересек его границу.
— Бей их! Слава Горгону!
Ворвавшись на орудийные платформы, Морлоки едва обратили внимание на сильный обстрел, который вели по узлу танковые дивизионы. Даже без защиты щита костяное сооружение было крепким, но по всей его длине начали появляться трещины.
Это была бойня, эффективная, а не кровожадная, но все равно бойня.
Из свалки вышел воин с потрескивающим кривым мечом. Сантар встретил его молниевыми когтями, но почувствовал сжатие в сервомеханизмах бионической руки, когда наносил смертельный удар. Его следующее движение тоже было медленнее обычного, словно он преодолевал силу инерции или воздействие высокой гравитации. Так же вели себя ноги.