Принц мародеров
Шрифт:
— А как же артефакт с тела мертвого лиса?
— Окей, сначала артефакт, а потом — домой.
Я продолжил исследование, но почти сразу уловил слухом изменение в шуме снизу. Обратившись зверем, я принялся изучать местность на пределе слышимости, и уловил то, чего уже очень давно ждал. Звуки идущего сражения. Наконец, пришел Сайрис с подкреплением. Как раз вовремя, когда чихары уже принялись делиться на малые группы и прочесывать местность.
— Лиин, смотри, тут есть ход.
— Где? — не понял я, еще раз оглядывая
— Вот, — голос девушки чуть ожил, она была рада, что хоть чем-то полезна. Видимо и сама ощущает себя обузой, а мой негатив в её сторону обусловлен лишь влиянием хаоса или запретного цвета.
Действительно, это лучше увидеть самому — девушка уверенно ступила на пустое пространство и сделала пару шагов по воздуху. Затем ухмыльнулась и демонстративно притопнула.
— Незримая китара, — пояснила она.
— Китара? Металл тари?
— Ага. Есть байка о том, что в Доминионе спрятаны тайные невидимые глазу дороги, на который может ступить только знающий нужное место.
— Невидимая китара настолько дешевый материал, что им стелят дороги через Доминион? — изумился я, припоминая ценность кошачьего металла, из которого был изготовлен рейлин.
На это Неонора только пожала плечами и продолжила идти вперед по тропе.
— И как ты её заметила? А, можешь не отвечать, уже сам вижу.
Каким бы удивительным материалом не была таинственная китара, или же это просто была какая-то магия невидимости материальных предметов, но хозяин жилища не был большим чистюлей, и посреди пустоты виднелись отчетливые следы испачканной в крови обуви.
— Здесь поворот, — предупредила волшебница. Будь маньяк чуть больше расположен к уборке, и резкий поворот на девяносто градусов стал бы смертельной ловушкой для идущего незримой тропой. Но грязные следы и расплывшиеся кляксы, пусть и были отчасти смазаны, отлично указывали путь.
То, что мы и впрямь идем по металлу было понятно по металлическому звону, который оставляла обувь, как бы я не старался идти тише. Так что услышали нас почти сразу, как мы прошли поворот и увидели, что дорога была довольно короткой и упиралась в еще одну лишённую стен и крыши комнату с обратной стороны скалы.
Где-то впереди раздалось приглушённое мычание. Неужто один из пленников может быть жив, или на той стороне нас ждет какое-то чудище? Порождения хаоса у храма дочери Смерти, помнится, тоже издавали подобные звуки.
Я с сомнением посмотрел на оставшуюся одиноко стоять у тропы Бирюзу. Брать тяжелого кристаллида, да еще и могущего быть довольно неуклюжим, я не рискнул. Но теперь уже не был так уверен в своем решении. Мало ли какая тварь поджидает нас на той стороне?
Мычание раздалось снова. Волшебница вдруг резко замедлилась, и я едва не налетел на неё.
— Не стой.
— Что-то я расхотела идти первой.
— Хочешь попробовать пройти мимо меня? Возвращаться
— Ладно, сама виновата, — тяжело вздохнула Неонора.
— М-ммн. Н-не ннадо. Н-нет… — с большим трудом разобрал я. В тишине на вершине скалы я даже сумел расслышать частое, истеричное сердцебиение.
Но первым жертву психопата обнаружила Нео. Зажав рот двумя ладонями, она сделала инстинктивный шаг назад от увиденного, и едва не свалилась вниз. Великие забытые боги, на этот раз я вполне могу её понять.
На плоском вертикальном камне был распят разумный, которого трудно было отнести к какому-то роду. Тело его было столь сильно изувечено, что продолжение жизни и тем более нахождение в сознании никак нельзя было объяснить без магического вмешательства.
Намертво прибитый за кожу сотнями маленьких игл, бедняга лишился ног, вместо которых теперь волочились изящно вырезанные снежинками бахромы из живой кожи, изъято мясо, каким-то чудом оставив часть капиляров, а также кости скелета, покрытые вязью сложных резных узоров.
На данный момент изверг занимался руками жертвы. Каждая была аккуратно разделена натрое, так чтобы каждой досталась часть кости, кожи и мышц, и каждая была тщательно прибита множеством игл к камню, напоминая кровавые крылья.
— Нет… умоляю… убей… — продолжал бредить незнакомец, даже не глядя на нас.
— Я не твой мучитель, — громко ответил я, чтобы он точно меня услышал и понял. — Сейчас, погоди, у меня было зелье регенерации…
— Не-е-ет!! Не надо! Прошу! Только не зелье! Нет, боже, нет! — забился в истерике несчастный, наконец сумев поднять голову в мою сторону. Только сильно ему это не помогло — глаза жертвы оказались заменены на два изумрудных камня.
— Хорошо, хорошо, не буду, — опешил я от столь неожиданной реакции.
— Убей! Убей меня, если ты не он! Просто убей!
— Я могу убить того, кто сделал это с тобой, — заметил я, стараясь чтобы он не заметил дрожи и неуверенности в моем голосе.
— Его? Да, убей эту мразь, господи боже, убей его. Но сначала добей меня, кто бы ты ни был!
— Смотри, здесь целый склад зелий, — заметила Неонора. Она тоже старалась, чтобы ее голос не дрожал, но ей точно ничего не удалось. Первый ступор и паника прошли — наполовину расчлененные её магией чихары сыграли добрую службу.
Действительно, в скале рядом с пленником были выбиты три полки, заполненные сваленными как попало микстурами с зельями лечения и регенерации. Целый небольшой склад. Здесь же обнаружился стоящий в закутке, чтобы не бросаться в глаза, рабочий стол, на котором были свалены абы как окровавленные инструменты рядом с заполненным красновато-черной жижей тазиком с плававшим в нем глазом и щипцами.
— Слушай, Лиин, если этот гад будет тебе не по зубам, можешь меня сразу… того? Ну, чтобы не как он…? — прошептала Неонора.