Принцесса Чикаго
Шрифт:
Когда я вышла в жаркий июньский день, я почти пожалела, что прогулка не продлилась дольше.
Лето пришло в Чикаго с удвоенной силой, и в сочетании с жарой, которую я создавала как симптом беременности, мне было очень тяжело. Обычно я любила лето. Я любила ходить на пляж или загорать на лужайке, но пока что это лето было полностью отстойным.
Но город приветствовал это. Улицы были забиты машинами, рестораны и кафе переполнились улицами, и теперь люди одеваются для красоты,
Возле свадебного магазина, незаконно припарковался и ждал, Оскуро прислонился к огромному черному ренджроверу. Он смотрел на улицу глазами-бусинками, держа руку рядом с пистолетом. Я не знала, как он может стоять во всем черном в такую погоду, я бы сдирала кожу.
Увидев меня, Оскуро выпрямился и вышел из машины. «Готово, мэм?»
Я инстинктивно пробежала глазами по улице и, хотя там было много машин и людей, ни один из них не выглядела знакомо.
Оскуро открыл мне дверь, и я проскользнула внутрь, отказываясь встречаться с ним взглядом.
Я не злилась на Оскуро… не совсем. Возможно, я все еще была раздражена, а может, даже расстроена. Но я не знала, как этого не делать. В наши дни прощение казалось недостижимым. Даже если я ненавидела злиться на Оскуро и ненавидела молчаливое обращение с ним, я просто не могла найти в себе силы преодолеть секреты, предательство.
Прошло два месяца, но каждое утро я просыпалась с чувством боли и каждую ночь ложился спать злой.
Оскуро больше не задавал вопросов, оживляя машину.
Я соскользнула с пяток и помассировала ноющие ступни, вздохнув с облегчением. Если бы я стала больше - а я бы стала - мне пришлось бы носить балетки. Но это было похоже на сдачу - отказаться от моего личного стиля, даже если это причиняло мне боль.
Кроме того, вы можете представить, как разозлились бы Роккетти, если бы я провела свой день в кроссовках и леггинсах? Сестра предатель - это уже плохо.
Оскуро открыл бардачок и взял пачку парацетамола. Он передал его мне. «Это снимет боль, миссис Роккетти».
Мои глаза запотели. "Спасибо." - прохрипела я.
«Не беспокойтесь, мэм». Оскуро свернул с улицы и въехал в городской поток.
Я выудила телефон из сумки и проверила, но сообщений не было. Я прислонилась головой к спинке сиденья и глубоко вздохнула. Мне было жарко и неудобно, и дорога домой займет некоторое время.
Особенно с медленной бабушкой ездой Оскуро.
Глава вторая
Дверной звонок звенел непрерывно, доводя Полпетто до безумия.
"Я
Я остановилась на последнем шаге, меня охватило опасение. Я никого не ожидала. Был ли это кто-то, кого я знала? Никто не входил в закрытый поселок без одобрения Службы. Но я так же верила и в пентхаус Алессандро, и там на меня напали. Была ли я в опасности? Кто здесь был?
"София!" - рявкнул знакомый голос. «Я знаю, что ты там! Открой чертову дверь! »
"Сальваторе?" Что, черт возьми, мой тесть делал на пороге моего дома?
Полпетто крепко прижался ко мне, когда я отперла входную дверь и показался Тото Грозного под светом крыльца.
Как всегда, мой тесть выглядел как безумное существо. Его дикие глаза горели тревогой, а на лице постоянно сияла озорная улыбка. Одетый во все черное, с видимым оружием, он выглядел как темный клоун, пришедший убить меня.
"Хорошо. Забирайся в машину." Это было первое, что он мне сказал.
Я не приглашала его. «Я не одета, и уже почти полночь».
Тото поерзал на ногах, на его лице промелькнуло раздражение. «Я не спрашивал. Делай, как тебе говорят, и поехали ».
«При всем уважении, я не сяду с тобой в машину. Особенно, если ты не предложил никаких объяснений ». Я говорила тихо, но ясно дала понять. Я никуда не поеду одна с Тото Грозным.
Он взглянул на меня своими темными глазами. Глаза такие знакомые, но чужие. «Хорошо». - рявкнул он. «Большой Робби арестован, и тебе нужно выручить его. А теперь пойдем, пока твоя сестра не добралась до него первой.
Мои ногти впились в дверь. "Моя сестра?"
«Да, София, твоя сестра».
Я много раз выручала отца и других членов семьи из тюрьмы, но эта просьба не была похожа на другие. За девять недель это был первый раз, когда Роккетти попросили меня что-то. Мне больше нельзя было доверять - как никогда. Но теперь я была обузой, человеком, связанным с ФБР.
Я встретилась глазами с Тото. «Дай мне переодеться».
Он попытался пройти мимо меня, но я закрыла дверь.
«Ты можешь подождать там», - сказала я, закрывая дверь и щелкая замками.
В доме было темно, если не считать фар машины Тото, которая светила в окна. Обычно я проводил вечера в гостиной наверху, слишком боясь теней, чтобы рисковать спуститься вниз. Когда я вернулась в свою спальню, я включила свет, изучая новый дом.