Принцип невмешательства
Шрифт:
— Нас возили более комфортно, — возразил Шон.
— Так то не боевой вылет был.
— Ну разве что…
— Военный курьер способен уложиться меньше чем в двое суток, — продолжил пилот. — Персонал сидит там в противоперегрузочных капсулах постоянно и оттуда всем рулит. Плюс у них гравики помощнее. Наш потолок — где-то пятьдесят восемь — шестьдесят часов, но остаться здоровым после этого сложно.
— Ясно, — поблагодарил Шон за столь доходчивое объяснение.
— В общем, спите, читайте, смотрите видео и все такое, — предложил пассажирам Эндрю. — Лично я буду долго и плодотворно спать.
Противный
Тут же, как по заказу, возник Эндрю в виде уже приевшегося изображения на настенном мониторе — единственном источнике текущей информации в каюте.
— Готовы? Тогда еще раз кратко: ничего страшного не произойдет. Все странное и непонятное — глюки, не обращайте внимания, просто помните об этом. Лучше без необходимости не вставать, а то можно ненароком навернуться — иногда случаются нарушения функций мозжечка. Хотя у меня не было, но я видел. Вот и все.
— А можно поподробнее про глюки? — попросил Шон.
— Когда тебя сюда везли, они были?
— Н-нет…
— Значит, и сейчас не будет, расслабься. Все, понеслась.
Он опять пропал с экрана.
А потом экран выключился. Вместе со всем светом. И силой тяжести.
Прыжок в гипер состоялся.
Тренированным усилием Шон заставил себя не блевануть, и тут же вдруг все вернулось — и гравитация, и свет, вот только экран так и остался черным.
— Забавно, — вслух пробормотал он и, конечно, попробовал встать. Это удалось легко. — Никаких глюков, никакой дисфункции мозжечка, — блеснул он эрудицией. — Даже скучно. — Он попытался вспомнить, что делал в предыдущие перелеты, и понял, что оба раза в это время пил: в первый раз — со своими будущими сослуживцами, во второй — со своими текущими сослуживцами, — поэтому своих ощущений от гипера припомнить не может. Сейчас же представился отличный шанс исследовать данный вопрос, да вот беда — материалов для исследования пока нет. Он даже не мог предположить, как долго они тут будут находиться.
Сомнения развеял вновь возникший Эндрю.
— Ну что, испугались? — весело спросил он.
— Скорее, удивились, что тебя так долго нет, — уклончиво ответил Шон. — Вот ты нам и расскажешь, сколько мы тут куковать будем.
— А ты почему не лежишь? — вдруг тоном врача воскликнул пилот. — Голова не кружится? Не тошнит? Глюки?
— Все в норме, — пожал плечами Шон и вопросительно посмотрел на изображение внимательно слушающей Анвил.
— У меня все в порядке, — в свою очередь отозвалась она.
— Почему-то я в этом не сомневаюсь. — Ага, пилот тоже обратил внимание на ее неестественное для обычного человека прекрасное состояние. Анвил лишь невинно улыбнулась, не желая пускаться в объяснения.
— И долго нам пребывать тут? — Шон имел в виду гиперпространство.
— По-разному бывает. От двух до шести суток.
— Ничего себе! Почему такой разброс?
— Может, тебе учебник по теории гиперпространства дать? — хмыкнул пилот. — Ты там, конечно, ничего не поймешь…
— …зато
— В двух словах — полный бардак. Доступно?
— Слова пока знакомые. Это применительно к гиперпространству?
— Именно. Половина того самого учебника посвящена обсасыванию этого утверждения. Фишка в том, что гипер сам по себе — жутко сложная штука. Некоторые называют его границей пространства-времени, но и других мнений полно, в том числе религиозных, — презрительно фыркнул пилот. — Так вот, отсюда вытекает, что посчитать координаты, если можно так выразиться, выхода — очень сложно. Даже для современных компов. И вторая фишка — чтобы комп мог начать расчет, ему необходимы текущие параметры гипера вокруг него. А они всегда разные. Посему даже на проторенном маршруте точку выхода необходимо рассчитывать всегда заново.
— Как-то все сложно выходит, — наморщил лоб Шон и покосился на внимательно слушающую Анвил.
— А чего ты хотел?! — рассмеялся Эндрю.
— Не понимаю, что нужно употреблять, чтобы вообще до такого додуматься! — искренне восхитился Шон.
— Ну теория гипера возникла давно, и что тогда употребляли, теперь сложно установить, — вроде бы поддержал его пилот. — А вот модель гипера со всеми расчетами, которыми мы сейчас пользуемся, достаточно молода — и пары веков не прошло. Еще интересно? — спросил вдруг он.
— А чем еще заняться? — пожал плечами Шон.
— Очень интересно, — неожиданно подала голос Анвил.
— Вообще-то я к лекции не готовился. По официальной версии, модель была разработана в университете Беркли командой профессора Сомова — это все, что я могу сказать. Называется, что характерно, — модель Беркли — Сомова. Для простоты. А за дополнительными данными идите-ка читать учебник! — культурно послал их пилот. — Из всего этого больше всего мне нравится летать. А уж по какой модели это делается, мне глубоко фиолетово.
Тут он опять пропал с экрана, но появился минуту спустя.
— Ну вот, комп обещался за двое с небольшим суток посчитать. Нам повезло. Настоятельно рекомендую это время посвятить сну, потому что при перегрузках спать ужас как некомфортно.
На Дельту 12–04-003, или в просторечии Котел, прибыли строго в соответствии с расчетами бортового компа. За это время они только спали, ели да болтали, в основном ни о чем. Мучаясь от безделья, за несколько дней Шон уже практически заочно полюбил эту во всех отношениях негостеприимную планету — настолько ему надоело однообразие корабля. А ведь предстоял еще полет обратно, причем более длительный!
Если точнее, то прибыли они не на саму Дельту, а на орбитальную станцию Дельта-Экспресс-2 — огромный комплекс сооружений, включающий в себя корабельные доки, ангары, склады, причалы и внушительную жилую зону. Отсюда курсировали шаттлы на поверхность, вернее, под поверхность планеты — прямо к Политауну, официальной столице Дельты.
Шаттлы строились по спецзаказу и представляли собой эдакие огромные куски железа и керамики — только они могли выдержать особенности климата на поверхности. Мысль, что придется передвигаться внутри такой коробки, вызывала легкое недоумение — а точно ли это способно летать?