Приручить дроу
Шрифт:
— Трудно объяснить, — Эфа потерла переносицу, пытаясь подобрать слова. — Он какой-то не такой, как другие дроу. Я не могу это объяснить, но мне кажется, что в общество он не входит. Я еще подумаю над этим, может пойму, что меня смущает.
Я кивнула.
— А теперь смотри, как плести самую простую косу, — закончив расчесывать, принялась учить Эфа. — Сначала делишь все волосы на три равные части.
Через минут десять я уже любовалась законченной косой хорошенько закрепленной лентой, половину которой я сплела сама. Кривенько, конечно, местами, но спать-то какая разница? Главное, чтобы держалось!
— Ладно, пойду
— Просто ложись и пытайся как можно скорее заснуть, — напомнила Эфа, поднимаясь с дивана вместе со мной.
— Угу, постараюсь, — кивнула я. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи…
В комнату я заходила со всеми предосторожностями, истово надеясь, что дроу спит и, стараясь его не разбудить. Но моим надеждам не суждено было сбыться. Дроу молча и очень внимательно следил за каждым моим движением, продолжая все так же полулежать в постели, что, собственно, не удивительно в силу его обездвиженности. Помянув его родню про себя парочкой нехороших слов, я постаралась придать себе максимально спокойный и независимый вид. Прошествовав к кровати, я положила гребень на место, и взяла в руки веревку. Надо признать, что вся моя надежда на заснувшего дроу изначально была глупой. Мне же его еще привязывать и перекладывать. Даже если бы он, о чудо, спал, все равно бы проснулся. Я сдернула все еще лежавшее на кровати покрывало, и как в омут нырнула под одеяло. Мир не рухнул, дроу молчал, я деловито начала приматывать его руку к своей. К счастью расчесала я не ее! А дроу продолжал за мной наблюдать.
«Что ж тебе не спится-то?! После заклинания контроля же дикая слабость, закрыл бы глаза и заснул крепким молодецким сном. Чего тебе стоит?» — думалось мне.
Когда я уже почти закончила и, хотела было, улечься, дроу все-таки подал голос.
— Что это было? — спросил он.
— Где? — наполовину действительно не поняв, о чем говорит дроу, наполовину сделав вид, я занялась заклинанием левитации.
— Не прикидывайся дурой! — неожиданно зло и резко рявкнул Дэнэль, что я даже слегка вздрогнула.
— Спать давай ложиться! — гаркнула я в ответ и чересчур резко дернула дроу левитацией вниз, проехавшись его спиной по спинке кровати. Вряд ли это было больно, но и приятным это не назовешь. Ну и черт с ним! Меньше орать будет.
Я уложила дроу ровнее, и легла сама, потушив свет и чуть поерзав, чтобы улечься поудобнее. Дроу был напряжен, я чувствовала это без всякой эмпатии, которая, впрочем, почти сразу же проявилась. Я чуть в голос не застонала. Ну почему, почему ему не спиться? Почему ему нужно докопаться? Почему его это так бесит? Ну, ведь лучше же, чтобы он не знал! Но он бесится, и это активирует эту чертову эмпатию!
Поняв, что если не прекратить эти эмоции, то я неминуемо снова провалюсь в них, я, тяжело вздохнув, приподнялась на локте.
— Дэнэль!..
Стон мне все-таки удалось сдержать, но яркие голубые глаза и тот самый узор на коже дроу, ярко светящийся в темноте, не дали мне продолжить, снова заворожив меня как в первый раз. Проследив за ним взглядом по шее на грудь, до самого края одеяла, я решила, что откидывать его, чтобы увидеть дроу целиком, будто глупо и невежливо.
— Ну что тебе на ночь глядя приспичило выяснять? — я вернула взгляд к лицу мужчины.
— Что это было, — четко без вопросительной
— Это та самая побочка, о которой я говорила, — я старалась говорить спокойно и без лишних эмоций. Чувств Дэнэля нам сейчас явно хватало на двоих. — Нужно просто поскорее заснуть, и все пройдет.
— Почему ты расчесала… — чуть ли не по слогам начал повторять дроу.
— Остаточное явление заклинания контроля, это пройдет, — повторила я.
— Что это было! — уже прорычал дроу. Мир поплыл у меня перед глазами.
— Дэнэ-э-эль, — я с силой прижала пальцы к виску, зажмурившись. — Прекрати, а то это повторится!
Давление злости пропало, но на его место пришло удивление и… страх. Из огня да в полымя! Я все-таки застонала и ткнулась лбом в плечо дроу.
— Это эмпатия, — проговорила я, наконец, решив из двух зол выбрать правду. — Остаточное явление контроля. Только во время заклинания, она поверхностная и постоянная, а после эпизодическая, но более глубокая и не поддающаяся контролю. Рука чесалась у тебя, а чувствовала я это, как будто она чесалась у меня. Эта штука временная, к утру пройдет, если ты успокоишься, — я оторвала голову от плеча дроу и снова взглянула на него, дабы он мог удостовериться, что на сей раз, я говорю чистую и полную правду. — Теперь мы можем, наконец, лечь спать? Я ужасно не хочу снова проваливаться в твои воспоминания!
Че-орт!
— Что ты видела?! — с еще большим жаром спросил Дэнэль.
Ну, кто тянул меня за язык!
— Ничего определенного, — я даже ответила почти честно. — Давай спать и это пройдет!
— Что? — стоял на своем мужчина, он не сводил своих нереальных светящихся глаз с меня.
— Дэнэль, ничем хорошим это не кончится, — предостерегла его я, предчувствуя, что расшатанному равновесию теперь с куда большей легкостью придет конец.
— Просто скажи, что ты видела.
— Да твою же мать! — не выдержала я. — Ты, что русских слов не понимаешь?! Чего ты до меня докапываешься?! — кричала я, окончательно поднявшись и нависнув над дроу. — По-каковски тебе еще сказать, чтобы ты отвалил, не то хуже будет?! Узнать тебе приспичило, что я видела? Пещеру видела! Темную!
— Кто там был? — дроу, кажется, ни мало не заботила, ни взбешенная, не без его участия, я, ни неминуемые последствия происходящего.
— Ты!
— Еще кто? — допытывался дроу. Я видела, как его зрачки медленно сужаются, и уже не могла отделить, где был его гнев, а где мой.
— Не знаю!
— Что там происходило?
— Ничего! — даже в таком состоянии я не хотела с ним об этом говорить.
— Вреш-ш-шь, — прошипел дроу, чуть вздергивая верхнюю губу, будто собирался на меня кинуться.
Я выругалась. Хочешь знать? Получи!
— Пороли тебя как сидровую козу, — выплюнула я ему в лицо. — Видать как раз за то, что осел и тупица непроходимый.
Кажется, я даже вскрикнула, проваливаясь таки в то, чего опасалась весь день. Спину обожгло болью, заломленные руки свело судорогой, а в уши ввинчивался злой неумолимый голос.
— Больше ты семью не опозоришь. Никогда! У тебя не будет шанса. Больше ты ей не принадлежишь. Дэнэльадэль Ка’Хэт ор Дорзаж отныне не твое имя!
На спину чем-то плеснули, и я заорала мужским истошным голосом.