Пришлая
Шрифт:
Очевидно, сей факт должен был убедить меня в фундаментальности и неуничтожимости изделия.
«Что ж, поверю на слово — пожала плечами я и присела на корточки. — Надеюсь, ремесленные навыки господина Роджи и правда настолько хороши, как он сам считает».
Нолан Роджи тем временем закинул мешок, выданный мне Офелией, в другую корзинку, поменьше, стоящую неподалеку.
— Ты с головой давай забирайся, — усмехнулся мужчина, глядя на меня, забавно торчащую из горла корзины. И для убедительности помахал надо мной плетеной
Я выдохнула весь воздух из легких, покрутилась как гусеница в коконе, пытаясь втиснуться.
— Не получается, — пропыхтела я. — Плечи не прохо… Ай!
Господин Роджи с силой надавил мозолистыми ладонями на мою голову, и я практически влетела внутрь корзины, едва не встретившись со своими же коленями, оказавшимися в опасной близости от лица.
— Вот и прошли плечи, — удовлетворенно пробубнил мужчина. — Выдвигаемся на рассвете. А до тих пор сиди тихо! И чтоб ни звука, — предупредил он.
— На рассвете, — опешила я, таращась в лицо мужчины через горлышко, словно рыба из проруби. — Но зачем тогда мне сидеть здесь всю…
— Тихо! — не дал договорить мне Нолан и накрыл корзину крышкой.
Уж не знаю, сколько я провела в скукоженном состоянии: час, два, вечность? Однако даже если это была всего пара минут, мое тело все равно затекло, и в шее теперь разливалась нудящая боль. Нещадно ныли и спина с плечами.
Я поморщилась, но не только от боли. Кислорода в корзине было катастрофически мало, а от запаха подгнивших овощей, которым насквозь пропиталось мое временное убежище, уже свербело в носу. Еле дотянувшись рукой до лица, я зажала ноздри.
На протяжении всего времени, пока я таилась в корзине, вокруг меня то и дело раздавались какие-то глухие удары, перекаты, скрипы. Господин Роджи развел бурную деятельность: беспрестанно кряхтел и грузно бродил туда-сюда.
Жаль, что плетение корзины было довольно плотным, и найти хотя бы щелочку, чтобы наблюдать за происходящим я так и не смогла.
— Не пугайся, — раздалось вдруг глуховатое надо мной.
В ту же секунду я почувствовала, что лечу! Я с силой уперлась руками и бедрами в стенки корзины, чтобы увеличить площадь опоры. Ведь как бы не отзывался о своих изделиях Нолан Роджи, я была уверена, что если весь мой вес придется на одно лишь хлипкое на вид плетеное дно, оно тут же вывалится. А вместе с ним и я.
Пару минут меня раскачивало из стороны в сторону, словно лодку в море. Затем, господин Роджи, крякнув, вдруг сделал резкий рывок. Сердце у меня зашлось от испуга, но секунду спустя, я почувствовала, что вновь стою на твердой поверхности.
— Фух, — едва слышно выдохнула я.
Надеясь на то, что транспортировать нас с корзиной больше не станут, я опустила лицо в колени, попыталась расслабиться и ни о чем не думать.
«Доверюсь Нолану, — решила я. —
Вновь начали раздаваться стуки и скрипы. Похоже, остальные корзины и коробы из кухни нашли свое место в соседстве со мной. И через какое-то время я снова почувствовала, что все вокруг пришло в движение.
Мерный цокот копыт… «Значит, мы и впрямь выехали! — встрепенулась я. — Ох! Только бы все прошло гладко! Как там говорила Офелия? — задумалась я. — Благослови наш путь, Атайа?»
Я усмехнулась. Вероятность того, что чужая богиня услышит мои мольбы была куда выше, чем то, что Сорес наконец откликнется и вытащит меня из передряги.
Ведь я на протяжении всей ночи мысленно обращалась к нему. Просила его помочь, объяснить, как случилось так, что при перемещении я попала не к Велору в Нур-Асера, а в столицу Федерации. Просила не оставлять меня в беде и даже грозилась, что расскажу всем, кто меня перенес на Иппор, если он не откликнется.
Но как я могла рассудить, бог морока и тени остался равнодушен к моим мольбам, а жалкие угрозы маленькой человечки его совершенно не напугали.
«Аяла была права, — я вновь горько усмехнулась и уткнулась лицом в коленки. — В играх богов смертным отведена лишь роль пешек».
Я повозилась, поерзала насколько позволяло пространство вокруг. Настолько мелкой, незначительной и беспомощной я чувствовала себя впервые. И чувство это было рождено не только теснотой корзины.
— Тпрууу, — прервал мои размышления зычный голос господина Роджи. — Сто-ой!
Повозка остановилась, и я тут же насторожилась, прислушиваясь.
— Эй! Доброе утро, Нолан! — поприветствовал кто-то мужчину. — Ты куда это в такую рань подался?
Телегу тряхнуло. Нолан Роджи соскочил на землю. Послышался глухой удар ладони об ладонь.
— Гарей! Давненько не виделись, — захохотал господин Роджи. — Где пропадал? Женщину, небось, себе завел? Не заходишь даже в таверну…
— Да какой там завел, — с грустью отозвался мужчина. — Сопровождал советника в Восточные земли. Только пару часов назад вернулись.
Я чуть не охнула, потеряв осторожность: «Ридд в Онтасе! Вот засада!»
Гарей же тем временем продолжал вещать.
— Думал, хоть отдохну наконец, а тут такое, — мужчина вдруг понизил голос до тревожного шепота. — Особо-охраняемый заключенный сбежал!
— Знаю, слышал, — озадаченно пробормотал Нолан. — Так значит ты в дозоре сегодня?
— Ага, — устало простонал Гарей. — Фестиваль закончился, а людей… — мужчина присвистнул, — тьма-тьмущая! И каждого проверь, да досмотри.
— Дааа… дела, — протянул Нолан Роджи. — Ну раз так, то держи, — мужчина замолчал, засопел. — Вот мой опознавательный лист.
Гарей захохотал.
— Ты чего? Я ж тебя сто лет знаю! — воскликнул он. — Мы с тобой уж столько дружим, сколько эльфы не живут!