Пришпоренный
Шрифт:
— Вам это ничего не говорит, Хорнблауэр? — спросил он.
— Нет, сэр, — удивленно ответил Хорнблауэр. — Только то, что я уже сказал. Мне очень жаль, что вы уходите, сэр.
— И больше ничего?
— Ничего, сэр.
— Я и не думал, что возможна такая незаинтересованность. Вы не помните, какая привилегия положена
— Нет, сэр. — Когда Хорнблауэр говорил, это была правда. Секундой позже он понял. — Ах да, конечно…
— Ну вот, вы начинаете догадываться. Мне позволено произвести три повышения. Мичмана в лейтенанты. Лейтенанта в капитан-лейтенанты. Капитан-лейтенанта в капитаны.
— Да, сэр, — еле выговорил Хорнблауэр. Он тяжело сглотнул.
— Это хорошее правило, — продолжал Корнваллис. — В конце карьеры главнокомандующий произведет эти повышения нелицеприятно. Ему нечего больше ждать в этой жизни, и он может позаботиться о будущей, выбирая исключительно ради блага службы.
— Да, сэр.
— Надо ли мне продолжать? Я назначу вас капитаном.
— Спасибо, сэр. Я не могу… — Истинная правда. Говорить он не мог.
— Как я уже сказал, я руководствуюсь исключительно интересами службы. Лучшего выбора чем вы, Хорнблауэр, я сделать не мог.
— Спасибо, сэр.
— Помните, это последнее, что я могу для вас сделать. Через две недели я буду никем. Вы говорили мне, у вас нет высокопоставленных друзей?
— Да, сэр.
— А места распределяются по знакомству. Надеюсь, вы его найдете, Хорнблауэр. И я надеюсь, что вам больше повезет с призовыми деньгами. Я со своей стороны сделал все возможное.
— Я лучше буду бедным капитаном, чем кем-нибудь другим и богатым, сэр.
— Разве что адмиралом. — Корнваллис ухмыльнулся.
— Да, сэр.
Корнваллис поднялся. Теперь он снова стал главнокомандующим, и Хорнблауэр
— Позовите капитана Коллинза!
— Я должен поблагодарить вас, сэр, от всей души.
— Не благодарите меня больше. Вы достаточно отблагодарили меня. Если вы когда-нибудь станете адмиралом с правом раздавать повышения, вы поймете, почему.
Коллинз вошел и встал у двери.
— До свидания, Хорнблауэр.
— До свидания, сэр.
Они молча пожали друг другу руки, и Хорнблауэр пошел за Коллинзом на шканцы.
— Я приказал водоналивному судну подождать вас, — сказал Коллинз. — В два галса он дойдет до «Отчаянного».
— Спасибо, сэр.
— Вы будете в «Вестнике» через три недели. У вас хватит времени подготовить дела к передаче.
— Да, сэр.
Под свист дудок Хорнблауэр спустился за борт и в шлюпке добрался до водоналивного судна. Требовалось усилие, чтоб быть вежливым с капитаном. Маленькая команда успела поднять большие рейковые паруса, прежде чем Хорнблауэр понял, что за этим интересным процессом следовало бы понаблюдать повнимательнее. Паруса круто обрасопили, маленькое судно легло в бейдевинд и, вспенивая волны, двинулось к Франции.
Последние слова Коллинза все еще звучали у Хорнбла-уэра в ушах. Ему придется оставить «Отчаянный», распрощаться с Бушем и со всеми остальными. При этой мысли ему стало так грустно, что весь его душевный подъем начисто улетучился. Конечно, придется их оставить: «Отчаянный» слишком мал, чтоб им командовал настоящий капитан. Ему придется ждать нового места. Как младший капитан в списке он скорее всего получит самое маленькое и незначительное судно шестого класса. Но все-таки он станет капитаном. Мария будет довольна.