Шрифт:
Большое спасибо Диане Бёрк, талантливому исследователю, за ее громадную техническую поддержку; Биллу Ламберту из Аризоны, страстному поклоннику огнестрельного оружия; Ричарду Хьюзу – за особое понимание психических расстройств; сотрудникам американских радиостанций; гостинице «Челси»; Институту огнестрельного оружия ФБР и отдельное спасибо Федеральному бюро расследований: там работают отличные парни. Я ни разу не получала от них гневных писем за то, как с ними обходилась в своих предыдущих романах. На этот раз, справедливости ради, мишенью своих насмешек я выбрала СМИ и Американский союз гражданских свобод. Будучи почетным членом Союза, я сочту за честь получить от них гневное письмо. Однако я рассчитываю на их понимание обличительной
Книга посвящается всем испытавшим боль душевную и физическую, полицейским и простым людям, а также тем, кто приехал издалека, чтобы помочь нам. Хотя Нью-Йорк постоянно находится в центре моих романов, события 11 сентября 2001 года не упоминаются на этих страницах даже косвенно. Некоторым читателям это покажется странным, ведь катастрофа изменила лицо города… Но едва ли требуется то и дело возвращаться к трагедии, живущей в наших сердцах. Жители Нью-Йорка до сих пор поднимают глаза к небу, когда слышат рев летящего самолета, но потом шагают дальше по своим делам. Жизнь продолжается. Нью-Йорк – сильный город, и его невозможно сломить.
Пролог
Джоанна слышала, как кот отчаянно колотит лапами по двери ванной изнутри. Он кричал и плакал, как человек, словно был ужасно напуган. Или просто голоден? Джоанна помнила, что кормила его, но когда? Неважно. Крики животного понемногу утихали, словно передняя в гостиничном номере, где находилась Джоанна, оторвалась от земли и поплыла в небо.
Время? Время потеряло всякое значение.
Целый день Джоанна, завернувшись в халат, просидела на кромке деревянного стула, как на жердочке. За окном незаметно садилось солнце, день подходил к концу. В комнате удлинились тени; ее силуэт на стене, следуя за солнцем, растянулся и скривился, выставив пугающую гримасу.
В голове вертелся припев рок-н-ролльной песенки прошлого века «Дай мне укрытие». Это были «Роллинг Стоунз», но Джоанна не возлагала напрасных надежд на песню: она знала, что укрытия не найти.
Прошел еще час, может быть, три. Наступила ночь. Джоанна расслабила сжатые в нервном напряжении руки, и ее взгляд упал на скомканное письмо, словно в кромешной темноте она могла разглядеть приписку, постскриптум: «Играть в эту игру способно только чудовище.»
Глава 1
Фургон был абсолютно черным, без рекламных надписей на бортах. Поэтому его пребывание здесь в этот ноябрьский полдень так и осталось загадкой. Вдоль улицы в ряд стояли высокие кирпичные особняки, на окнах то и дело колыхались шторы, и любопытные взгляды впивались в девушку, сидевшую за рулем фургона. Даже по меркам Нью-Йорка она казалась довольно странной.
От природы Джоанна Аполло была светлокожей – черта, унаследованная от шведских предков со стороны матери. И тем не менее издали она, облаченная в джинсовую одежду, была похожа на огромного темного паука, когда выкарабкалась из фургона и неуклюже спрыгнула на землю. На ней были коричневые перчатки и того же цвета сапоги, длинные каштановые волосы разметались по круто согнутой спине. Ее склонившееся над землей тело неуловимо напоминало знак вопроса, голова была низко опущена, поэтому жители окрестных домов не могли из окон видеть ни лица, ни огромных темных глаз животной красоты. Сейчас все взгляды были прикованы к ней, внимательно следя за ее движением вниз по улице. Под ее стройными, длинными, словно у паука, ногами, разлетаясь, шуршали сухие желтые листья. Женщина передвигалась на редкость грациозно, с каким-то внутренним изяществом. Именно эта грация так удивила местных жителей, ведь она совсем не соответствовала внешности женщины. Она шла, танцуя, рассказывали потом они.
Тем временем, не замеченная никем, словно крадущийся хищник, на 84-ю улицу выехала маленькая светло-бежевая машина. Она остановилась на углу, где, опередив
Молодая женщина остановила свой бежевый «седан» посреди дороги и, оставив двигатель включенным, вышла из машины. Ничто в ней не говорило, что она является государственной служащей; модельные джинсы, сделанные на заказ, и черное кожаное пальто показывали, что деньги у нее есть. Бесшумно ступая в дорогих кроссовках, она приблизилась к припарковавшемуся автомобилю, наклонилась и постучала в боковое стекло. Пухлый мужчина за рулем просиял, увидев высокую ослепительную блондинку, и поторопился опустить окно. Женщины такого типа никогда бы не согласились встречаться с ним.
– Добрый день!
– Мне нужно это парковочное место, – сказала она деловито, без лишних церемоний.
Улыбка водителя немного потускнела. Это шутка? Ни один мужчина не уступит парковочное место никогда, ни на одной улице Манхэттена, даже обнаженной женщине. Она в своем уме?
– Конечно, барышня, только через мой труп, – произнес он, будучи истинным нью-йоркцем.
Женщина вопросительно подняла бровь, обдумывая предложенное решение. Взгляд ее неестественно зеленых глаз обдавал холодом. Она опустила молочной белизны руку на дверцу его машины, нетерпеливо постукивая длинными кроваво-красными ногтями, – звук напоминал часовой механизм бомбы. Ему подумалось, что такие ногти вовсе небезопасны.
О, черт!
Ее рука скользнула на бедро – под пиджаком обнаружилась плечевая кобура.
– Кати отсюда, – сказала женщина.
И он укатил.
Имея золотой значок детектива, Кэти Мэллори редко его использовала, чтобы добиться чего-то от простых граждан. Гневные тирады о злоупотреблении служебным положением слишком долго выслушивать, страх в данной ситуации действовал эффективнее. Она только что заняла быстро освободившееся парковочное место. Мэллори выключила мотор и вышла из машины, даже не взглянув на черный фургон.
Сегодня у нее был выходной, и слежка, которой она сейчас занималась, больше всего напоминала положенный ей сегодня отдых и развлечение.
Действия водителя фургона были вполне предсказуемы, Мэллори мысленно приготовилась к длительному ожиданию, как вдруг из-за угла вынырнул огромный белый «линкольн». Судя по номерам, автомобиль был взят напрокат. Водитель «линкольна» оказался не так предприимчив, как Мэллори: он припарковал машину прямо напротив той, что до этого момента интересовала Мэллори. После того, как мужчина, наклонившись, проверил номера черного фургона, он стал новой целью Мэллори. Водитель изучил улицу, его взгляд остановился на изогнутой фигуре Джоанны Аполло: та шла по тротуару в сторону авеню Колумба.
Мэллори улыбнулась. Этот человек только что продемонстрировал свое участие в игре.
Комбинезон компании лежал у Джоанны Аполло в спортивной сумке вместе с остальной экипировкой. Встречаясь с клиентами, она никогда его не надевала, комбинезон приводил людей в еще большее замешательство, чем внезапное появление горбуньи в дверях.
На крыльце одного из особняков, построенных в XIX веке, Джоанну поджидал мужчина примерно ее же возраста – лет тридцати шести. Несмотря на то, что поверх пижамы на нем был надет всего лишь легкий халат, а ноги были босыми, мужчина, казалось, не чувствовал холода. Подняв глаза, Джоанна прочитала в его взгляде неподдельную тревогу, потом что-то вроде улыбки скользнуло по его лицу. Она почти слышала его мысли. «Слава богу», – думал он, внимательно ее изучая. Мужчина надел очки, чтобы лучше видеть ее мягкие карие глаза; он успокоился еще до того, как она произнесла: