Приватир
Шрифт:
— Господин капитан, как вы себя чувствуете? — поинтересовался я, едва он открыл глаза.
— Что с командой? — в ответ спросил тот, поведя плечами.
Ну что сказать, с одной стороны эффект от воздействия «Лекаря». С другой, неприятно сознавать себя пленником, со связанными руками, сидящим на полу ходовой рубки, где ещё совсем недавно ощущал себя первым после бога.
— Позвольте представиться, командир отряда варягов «Носорог», Горин.
Прежде чем ответить, поляк поднялся, отказавшись от моей помощи, и выпрямившись
— Командир фрегата «Кистень», капитан Тшебинский. Так, что с моей командой? — повторил он вопрос.
Держится огурцом, с присущим полякам гонором. Но стоит отдать ему должное, в первую очередь его волнует судьба экипажа.
— Десять человек погибли, сорок два взяты нами в плен, фрегат полностью под нашим контролем, — обозначив лёгкий учтивый поклон, ответил я.
Не вижу смысла издеваться над пленником неспособным ответить тебе в должной мере. Эдак самоутверждаться может только трус или больной придурок. Я предпочитаю вести себя максимально корректно.
С тех пор, как я обзавёлся набором игл, у меня отпала даже надобность в экспресс-допросе в полевых условиях. То ещё дерьмо, не для слабонервных. Иглы воткнутые в нужные точки давали тот же эффект и при сопоставимых сроках. Допрашиваемый впадал в апатию и придумывать какую-либо ложь ему становилось попросту лень.
Конечно и тут не без нюансов. Хорошо проработанная и заученная легенда, вполне могла быть выдана за правдивую информацию. Ведь в этом случае придумывать ничего не нужно, всё уже готово. Тут, как и с «Лжекамнем», важно уметь задавать правильные перекрёстные вопросы, дабы создать трудности, и пробудить ту самую апатию.
— Вы шутите? — вздёрнул бровь поляк, явно удивлённый соотношением погибших и пленных.
— Ни в коей мере. Не вижу смысла в излишнем кровопролитии, коль скоро могу этого избежать. И в этой связи у меня есть к вам просьба. Не поможете ли перегнать мой дирижабль на остров Каменец. Развернуть, и привести туда судно мы ещё в состоянии, но вот посадить уже немного сложнее. Хотелось бы избежать ненужного риска.
— «Кистень» принадлежит шляхтичу Цешковскому, — вскинул подбородок капитан.
— С какой радости? — искренне удивился я. — Вы на солнышке перегрелись? Он был захвачен мною во время разбойного нападения на заставу Доброхотскую, и на основании моего договора с боярином Каменцом является моим законным трофеем. Повторяю свою просьбу перегнать мой дирижабль.
— Я этого не стану делать.
— Уверены, что готовы поставить на кон жизни ваших подчинённых и свою собственную?
— Мы давали присягу, и выполним свой долг до конца, — пожал плечами капитан.
— Лютый, все три артефакта деактивированы, — послышался в голове голос Насти.
Сейчас нас слышали все бойцы, поэтому никаких неформальных обращений. Мы всё ещё на боевой операции, а потому используем позывные. Если хочешь добиться дисциплины, начни с себя.
В основном
— Что «Зарядники»? — прикоснувшись к горошине «Разговорника», поинтересовался я.
— Со слов одного из механиков, по приказу капитана он извлёк их из артефактов и выбросил наружу. Не лжёт, — предвидя мой вопрос, сразу уточнила она.
— Полковник Цешковский не позволит увести «Кистень» и непременно отправит сюда свои аэропланы. В отсутствии защиты достаточно будет попадания одной ракеты малого калибра, чтобы дирижабль превратился в пылающий факел. И не факт, что при этом не погибнете вы сами. «Коконы» конечно не позволят вам сгореть, но сомнительно, чтобы вы успели добраться до суши, — с победным видом произнёс капитан.
— Из этого я делаю вывод, что полковнику известно об отсутствии защиты.
— Я сообщил ему об этом, — слегка повернув голову подтвердил Тшебинский.
При этом в солнечном свете льющемся в окна, на его ухе блеснула дужка амулета, горошина которого находилась сзади. Меня это навело на мысль, что возможно те плетения, которые не получается использовать не одарённым, просто нуждаются в правильной активации. Тот же «Лекарь» необходимо подносить к голове. «Разговорник» непременно крепить за ухом, и прикасаться к нему пальцем. А иначе только и того, что он будет вибрировать, возвещая о вызове.
Нужно будет поподробней всё вызнать у Насти. Хотя, её познания в этой области и оставляют желать лучшего, однако они куда обширней моих. А ещё, она имеет возможность оперировать Силой, и работать с нею не просто в трансе, но в потоке. Так что, шансов найти правильный ответ у неё значительно выше.
— И вас ничуть не задевает то, что он пожертвует вами и командой, о которой вы проявляли заботу, лишь бы судно не досталось нам? Вы действительно хотите погибнуть после того, как исчерпали все средства, и захват судна произошёл только ввиду отсутствия у вас возможности противостоять нам?
— Мы давали присягу, и наш долг следовать ей до конца. А что до меня, то жить с позором капитана сдавшего свой фрегат, приятного мало. Сделайте одолжение, убейте меня.
— Я доверю эту честь пану Цешковскому, — покачав головой, открестился я.
Нет, правда, пусть сами разбираются с этим дерьмом. Я-то тут при чём. «Зарядники» конечно жаль, но это не критично. Только не для меня, способного в довольно сжатые сроки создать даже булыжник в тысячу карат. В смысле, огранивать его конечно придётся долго, но это мелочи. Вот реализовать целую гору рубинов в сжатые сроки, это уже куда сложнее. Так что, спасибо пану капитану за трофей.