Шрифт:
ПРИВЕТ, Я ДЫРКА!
(квир-сериал)
В полюшке весеннем спит Дырка.
Сладко спит под листком осины. Небольшая дырка.
Но берегись, мышонок, спешащий на работу, не прыгай через неё. Сумеешь ли долететь до дальнего края и уцепиться, когда внезапно Дырка во сне всхрапнёт и разрастётся? А коли в глубь её провалишься, достигнешь дна ли, и когда, не переломав все коcточки? Кто же знает, что внутри у дырки?
Колосок
– Привет, я дырка!
– продудела Дырка пролетавшей сверху тучке и широко откинулась обратно в травы.
Ответом ей был завтрак из двух жирных дождевых капель, Дырка почти их проглотила, но тут вскочила с брызгами и вскриком:
– Ой, а где же Пакля?
Паклей звали её самого близкого друга. В ту пору мир делился на дырок и затыкашек. Дырка была дыркой, а Пакля её затыкал. Сразу вспомнилось, как однажды зимой в начале их знакомства сидели они в том же поле на снегу и играли в ладушки. Пакля вдруг признался: "Ты такая интересная, Дырка. Мне видна твоя глубина". Они соприкасались маленькими варешечками, Дырка запыхалась, меховая шляпка на бок сползла. "Что ты, Пакля," - говорит и косится на него застенчиво с недоверием, - "Разве такое может нравиться?".
А как они разговаривали. Комментирует специалист по музыке дыр, облупленная Флейта:
Пакля шелестел, а Дырка тихо гудела, лишь изредка трубила. Порой Дырка пела, только Пакле эта песенка слышна, больше никому, он натягивался дуэтом до предела и издавал такой музыкальный звук "пыньг, пыньг".
Но не сейчас. Сейчас у них был обычный интимный разговор шёпотом.
Пакля положил ручку-нить на сутулое плечико Дырки, чтобы ободрить её, и уверенно ответил: "Когда я наполнял тебя собой, дырочка, я видел, какая ты глубокая, совсем бездонная, как ночное море, мне в тебе это очень нравится!" Дырке всё равно не верилось. "Неужели совсем не пугает?" - спросила она. Пакля разулыбался всей своей золотистой бородой, всеми своими пшенично-медными многочисленными усами. "Самую малость," - ответил он нежно, - "Но мы же друзья". Три его длинных волокна уходили внутрь Дырки и где-то там в неизвестности выводили ивовый узор. Они были молоды и влюблены...
Так замечтавшись, Дырка и не заметила, как со строгим любопытством на неё посматривает группа клеверов неподалёку. От неожиданности она опять подобралась и сузилась. Вылезла чуть, зардевшаяся, и будто через мгновение рассмеётся и запляшет, решительно представилась цветам:
– Привет, я дырка!
– Дырявая же ты дырка, Дырка, - ответил цветочек постарше и неодобрительно закачался.
– Мы же знакомы много раз.
А не видели ли вы друга моего Паклю?
Полевые цветочки промолчали. Со значением переглянулись и опустили глазки. Счастливая Дырка того не заметила. Кажется, ей снились мышатки, кажется, мышаткам что-то угрожало. Она попрощалась с новыми знакомыми, вспрыгнула на колесо проезжавшей мимо телеги,
Подпрыгивая на кочках, то шарик, то плюха, Дырка разинуто радовалась новому дню и пела песенку, слышную только одному.
Кто в домике живёт?
Неконопаченная дырка.
Пакля, я твой домик!
Затыкашечка ты мо-ой
* * * *
Выплывает титр на всю реальность:
ПРИВЕТ, Я ДЫРКА!
Слышен звук пастушьей дудочки, это начало искромётной музыкальной заставки:
Дырка в поле, трубочкой сложилась. Дырка в цветочном венке, подобрала свои складочки; Дырка за тюремной решёткой в окружении блёсточек; Дырка в хрустальном гробике в диадеме с лунным камнем; Дырка на опушке на пеньке, ушла в себя. Невидимый хор выводит мелодичное: "Дырка-а-а-а, она дырка-а-а-а. Привет, дырка-а-а!" Солнышко заходит, коровий глаз Дырки разрастается, пока всё вокруг не заполняет чернота, нежная, бархатистая чернота.
Эпизод 2: Где же Пакля?
А как Дырка выглядела? Рассказывает эксперт по эстетике дыр, раковинный Сток:
Сердечному своему другу Пакле Дырка являлась, как розочка, медленно и постепенно, грядой лепестков. При других обстоятельствах она раскрывалась внезапно, с неожиданной стороны, как дверной глазок, как щелчок, или наоборот - когда бывало ей лениво и неохота - открывалась так, будто не открывалась вовсе, обманчивой оползнью, только обещала себя. Не будучи ни обманщицей, ни фокусницею, Дырка, конечно, обладала полной свободой.
Любопытная особенность её физиологии: когда Дырка сжималась, она утягивала в свои складочки немножко всего вокруг. Ведь она была дыркой на плоти самой жизни. Так она скрывала своё нутро, но сама по себе становилась только более заметной - пестринка, окрашенная в цвета и подчёркнутая фактурами того, что угодило в её дырковорот. Порой этот ансамбль складывался в витой цветочек, иногда в литой кокошник - каждый раз по-разному, и это зависело от взгляда наблюдателя, но бесспорен дар, которым обладала Дырка - оказываться на тех поверхностях, где она выглядела особенно интересно. Что немаловажно, она не была ни худой, ни стройной. Обычный чёрный кружочек.
В просторных землях мамы Плотти драма. Дырка ищет Паклю, но нет его. Кличет Паклю - не отзывается. Был рядом, был в ней, а тут нет и нет. Дырка все земли мамы перерыла, везде искала, везде возникла. Всех спросила, долго у оконца прождала. Нету. Без вести пропал родименький. Дырка не вытерпела и в рёв, все проснулись. Только Пакли нет.
На крик прибежали сёстры иголочки. Помощницы мамы Плотти, они никогда не сидели без дела: зашивали ненароком и не к месту вылупившихся дырочек, а ещё проводили операции над дырками, которые подустали. Вблизи от замка мамы Плотти, дырочки вылуплялись особенно часто, прямо на стенах домов, или в воздухе, на случайных телах и проезжей части, прямо под колесо бежавшей кареты, и тогда могла случиться катастрофа, но не дремлющие сёстры иголочки вовремя всё подшивали. Те дырки, которых не успели зашить, селились во владениях мамы, а на их месте оставалась, как её называли, прореха нежизни, но её мало кто встречал, так скоро работали сёстры.