Приворот
Шрифт:
Вероятно, мужчины на уровне подсознания чувствовали ее настрой, поэтому и уходили. Ни одна ее связь не длилась дольше пары месяцев, если не считать Олега, с которым она встречалась полгода, хотя три месяца из всего этого срока он разъезжал по командировкам. В поведении Нины, ее словах, манере говорить, внешнем виде – во всем читалась обреченность и отчаяние. Это происходило непроизвольно, незаметно. Она пыталась вести себя непринужденно, но навязчивая мысль предательски просачивалась во все, что бы она ни делала
Едва познакомившись с мужчиной, Нина мысленно примеряла его на себя. Он автоматически становился кандидатом в мужья. И она уже не могла вести себя с ним иначе. От такого натиска кто угодно сбежит!
Каждый свой разрыв она переживала очень болезненно, ведь всякий раз для нее это являлось гибелью мечты, возможного счастья, которое вроде так близко. «Ну как он не поймет, что я стану для него прекрасной женой, заботливой и верной. Неужели ему это не нужно? Не может быть! Все хотят счастья, а самое главное – это семья! Ни одна из женщин не сможет полюбить его так же сильно, как я!» – думала она примерно одинаково о каждом новом претенденте. Но мужчины продолжали растворяться, лишая себя возможности в полной мере ощутить силу ее любви.
На работу Нина приехала в подавленном состоянии. После очередного расставания на сердце было тяжело. Еще пара месяцев прошла впустую. Время идет неумолимо, а единственным ее постоянным спутником остается одиночество. Оно, кажется, не собирается никуда уходить.
В диспетчерскую заглянул начальник участка, седовласый мужчина пенсионного возраста. Нина его очень уважала, здесь он стал для нее самым близким человеком, всегда относился к ней по-отечески, с добром.
– Доброе утро, Ниночка! – поздоровался он с улыбкой.
– Доброе утро, Федор Михайлович! – она попыталась ответить так же приветливо.
– Что-то ты сегодня невесела, – заметил он. – С ухажером что ли поссорилась?
– Если бы… – протянула она. – Он меня бросил.
– Еще вернется, одумается! Вон ты у нас какая красавица! – успокаивал он ее. – А нет, так не беда. Встретишь еще свою судьбу.
– Спасибо, дядя Миша, что пытаетесь утешить, – захлюпала она носом. – Только я уже сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдет.
– А ты верь! – он коснулся своим указательным пальцем ее носа, чтобы ободрить. – Какие твои годы! Это вот я уже старик, а у тебя вся жизнь впереди!
– Я слышала, вы собираетесь увольняться? – спросила Нина с грустью.
– Да, ухожу на пенсию, хватит, отработал свое! – голос его был мягкий и доброжелательный.
– Как же мы будем без вас, если вы уйдете? – она не понимала, как компания сможет обойтись без такого чудесного человека.
– Думаю, все будет хорошо. Молодым, как говорится, дорога, старикам почет! – приветливые морщинки осветили все его лицо. – Евгений Васильевич уже
– Как же директор решился вас отпустить? Не представляю, кто справится с этой работой лучше вас! – Нина искренне негодовала.
– Найдется умелец! А мне пора на покой, займусь, наконец, дачей, а то там все быльем поросло, – он вздохнул и махнул рукой. – Я же на работе пропадал целыми днями, не до огорода. Теперь уж нет во мне столько сил, пусть начальство ищет на мое место другого, молодого. Старику тяжело трудиться в таком режиме.
– Нам будет вас не хватать, – взгрустнула она.
– Это поначалу, потом забудется, привыкнете к новому работнику, – старичок похлопал Нину по плечу.
– Я всегда буду вас помнить, – обещала она.
– Добрая ты душа, отзывчивая, – он снова приветливо улыбнулся.
В диспетчерскую вошел водитель, Марк Смирнов:
– Здравствуй, Михалыч, привет, Нин, шлепни-ка мне штамп на путевку.
– До обеда успеваешь выехать? – спросил его старик.
– Уже выдвигаюсь, – Марк забрал путевку и ушел.
– Добро, – похвалил его вслед Михалыч.
– Марк всегда такой серьезный, – заметила Нина.
– Ответственный, – уточнил старичок. – Он у нас самый лучший сотрудник, пять лет работает, ни одного замечания. Вряд ли здесь найдется кто-нибудь, кто сможет сказать о нем что-то плохое. Все его уважают, включая директора. Таких, как он, нельзя не ценить.
– Да, я обратила внимание, – согласилась она. – Еще он неразговорчивый совсем.
– И правильно, на работе нужно трудиться, а не языками трепать, – одобрил Федор Михайлович поведение водителя. – Ладно, мне тоже пора, заболтались мы с тобой.
– Еще увидимся, – проводила его взглядом Нина.
Он кивнул и вышел.
Марк постучал ногой по колесу своего длинномера и пошел к кабине.
– Смирной! – окликнул его другой водитель.
– Здорово Ден! – протянул ему руку Марк. – Ты тоже в ходку?
Они пожали друг другу руки в знак приветствия.
– Да, после обеда выезжаю, надо машину подшаманить. Может, поможешь? – попросил Ден.
– Не могу, дружище, Михалычу обещал выехать прямо сейчас, заказ срочный, – он залез на подножку и открыл дверь кабины.
– Да ладно тебе, ничего страшного, если на часок задержишься, – смотрел на него Ден снизу вверх.
– Работа есть работа, не хочу подводить старика, – отказался Марк.
– Ладно, – друг махнул рукой. – Ты все туда же, как обычно?
Марк молча кивнул.
– Слушай, хорошо мы на выходных оторвались, надо бы повторить! – сказал Ден. – Мне уже Ирка звонила, спрашивала, когда снова встретимся. А тебя ее подружка не набирала еще?
– Пыталась, да я не ответил, – усмехнулся Марк.