Привратник
Шрифт:
– Хорошо, сколько времени это займет.
– Да, минут пять.
– Выходим через пятнадцать.
– И кстати, Билярская трасса у нас всегда почти пустая, так что возможности после возвращения для тренировок будет хоть отбавляй, - подумав, сказал я.
– Да я заметил у вас тут жизнь течет заметно быстрее чем у нас, какие-то торопливые вы.
– Ну, что есть, то есть.
Договорившись с тезкой, мы загрузили машины сумками и заехали за отцом, с которым я предварительно договорился по телефону, пообещав новый спиннинг, и небольшой колонной выехали из поселка. Первым ехал я на своей
Нажав на кнопку включения радио, я разогнался до ста двадцати, как заметил, что все кто сидел в машине, заметно напряглись, из-за чего я снизил скорость и потащился с положенной скоростью в девяносто километров в час.
– Алло? Эдуард Васильевич?- спросил я, подтормаживая двигателем, впереди образовалась небольшая пробка из-за медленно двигавшегося трактора с прицепом.
– Да, я вас слушаю, вы уже подъезжаете?- В голосе управляющего большим ювелирным магазином, было слышно отчетливое беспокойство.
– Да где-то примерно через час мы будем у вас, тут на компрессорной пробка образовалась вот мы на ней и застряли, сейчас разбитые машины растащут, и поедем.
– Понятно, ну я вас жду.
– Хорошо. Кстати Эдуард Васильевич, вы приготовили то, что я просил?
– Да сумма, в сто раз больше чем в предыдущий раз уже готова, но я надеюсь, это стоит того?
– Вы не будете разочарованны.
– Хорошо, но вы надеюсь, понимаете, что из-за такой суммы мне пришлось обезопасить себя охранной?
– Конечно, с моей стороны можно ожидать того же.
Закончив разговор я нажал отбой и обогнав наконец трактор, ответил на вопрос Судоплатова с интересом прислушивавшегося к разговору.
– А да, судя по интонациям, крыша к управляющему уже прибыла. Нервничает.
– Как ты думаешь они себя поведут увидев столько драгоценностей?
– Ну, я не знаю что они решат, но самый простой это просто отобрать у нас убрав свидетелей.
– Убить?
– Да.
– Хм, ну-ну пусть попробуют. Про пробку ляпнули для конспирации?
– Ну да.
Так болтая на разные темы с полковником, мы проехали КПП на въезде в город по Оренбургскому тракту.
Разговор с управляющим был запланирован заранее, так что еще сразу после выхода из аномалии я связался с Эдуардом Васильевичем и иносказательно озвучил сумму на которую рассчитывал, что вызвало у того изумленный возглас. Хотя я сомневался, что ему не приходилось иметь с такими деньгами дел, наверняка не раз оперировал и не такими суммами. Доехав до улицы Баумана, я загнал свою четвертку на платную стоянку, поставив ее между сверкающим лакированным боком Лексуса с одной стороны и красного спортивного Мерседеса с другой. Дальше мы действовали без машин, так как до магазина было рукой подать. Расплатившись с Саньком, я отпустил его вместе с отцом домой, они нам были уже не нужны.
– Ну что готовы?- спросил я у своих телохранителей. Люди Судоплатова уже растворились среди прохожих, как и он сам, только мелькнула
– Интересно, денег на агентов не хватает, мне пришлось раздать последние, получилось по сотне на нос, так как они будут тут легализоваться?
Взяли из машины мы одну сумку, вторая была у полковника, вроде как на запас. Марньяк тащивший сумку, шел рядом со мной, впереди мягко кошачьим шагом шел Вяземский, по бокам бойцы и замыкающим Витя Логинов. Через двадцать минут мы достигли уже знакомого ювелирного магазина. На двери был табличка ревизия . Постучав в дверь, я терпеливо ждал, стоя на ступеньках.
– Да?- раздался голос из-за дверей.
– Я к Эдуарду Васильевичу, - ответил я.
Подошедший Виктор у которого была на ухе гарнитура рации тихо сказал.
– Две машины, одна пустая только водитель, в другой пятеро, окна зачернены.
– Понял, - одними губами ответил я, так как охранник уже открывал дверь.
Пройдя внутрь, мы вслед за настороженным охранником прошли к кабинету управляющего.
Дверь рядом с кабинетом Эдуарда Васильевича была закрыта, но Вяземский на секунду замерев, глазами показал Логинову на нее, сделав несколько быстрых движений руками, и Виктор похоже понял его, так как понимающе прикрыл глаза.
– Проходите!- сказал охранник, открывая дверь. Первым в проем прошел Сорокин оглядываясь на ходу, и только после его разрешающего знака вошли мы.
В комнате кроме управляющего было еще два охранника, которые стояли у сейфа. Вытерев платком лоб, Эдуард Васильевич поздоровавшись, приветливо сказал:
– Я так понимаю, наше сотрудничество продолжается?! Прошу к смотровому столу, - показал он рукой на столик с большой лупой на штативе.
Поставив спортивную сумку, которую слезно выпросил у матери, которая сперва категорически не хотела ее давать, так как она была ее любимая, особенно по поездкам по санаториям. Была еще моя, с которой я ездил отдыхать в Египет, специально для этого покупал, но ее прихватизировал Артур.
– Ну-с, что там у вас, - спокойно спросил Эдуард Васильевич, с удобством устраиваясь в кресле возле лупы. В это время Вяземский после жеста Виктора прихватив Марньяка и Морозова вышел в пустую приемную, оставив нас с Виктором и Сорокиным, который отошел к двери и скрестив руки на груди встал охраняя. С знакомым многим легким треском, я расстегнул молнию, и стал доставать то, что туда положили после изучения цен в интернете.
Взяв лежащую с краю золотую брошь, с маленькими вкраплениями брильянтов, сделанную в виде лилии, он с изумлением уставился на нее. После чего быстро положив брошь под лупу, и включив подсветку ювелир что-то несколько секунд изучал в ней. И как только у него вырвался восхищенный возглас, я спросил:
– Это вам надеюсь пойдет?
Посмотрев на меня ошарашенным взглядом и нервно сглотнув, Эдуард Васильевич хрипло ответил:
– Но ведь она пропала в войну, это же быть не может, где вы ее взяли?
– Где взял, там больше нет, так что насчет цены?
– Да-да конечно, я уверен что мы договоримся, - я внимательно наблюдал за мимикой ювелира, и заметив как на его губах появилась едва заметная улыбка, спросил:
– Вы сейчас свою крышу вызовете, или попозже?