Привычка жить

Симонова Мария

Бенджам, нахмурясь, шагнул вперед, еще не зная, как теперь поступить, но уже понимая, что девчонку следовало просто запереть, когда она нырнула в прачечную, а не врываться сюда за ней, тем более всем скопом. Он, в отличие от солдат, уже сообразил, что должно произойти дальше, вот только выхода из ситуации пока не видел.

Как вдруг в дверь вбежал вестовой, весь заполошный. Увидев Бенджама, то есть практически наткнувшись на него, он, вопреки обыкновению, не забормотал что-то едва членораздельное, а выкрикнул, безумно тараща глаза:

— Скорее в правое крыло! — перевел дух и выкрикнул дальше: — Англы опустились на замок в металлических птицах!

Скорее!

Теперь Бенджам понял всё окончательно. И в частности, что он — даже он! — абсолютно бессилен предотвратить дальнейшее. Он осознал это в одно мгновение, а в следующее нечто, едва уловимое глазом, сшибло троих солдат, вестового, сшибло бы и самого Бенджама, но он успел отпрянуть в сторону — по крайней мере на это его стремительности хватило. Потом основательная, как всё в этом замке, дверь с треском захлопнулась, и слышно было, как с той стороны задвигается тяжелый засов.

Солдаты на несколько мгновений застыли, еще только начав соображать, как ловко их заманили в ловушку. Потом они бросились к двери и безуспешно попытались ее взломать.

Похоже, что им не суждено было участвовать в последней битве. Как и старому дядьке Бену, наставнику кугуаров герцога — лучших в стране солдат, идущих сейчас маршем по Хмурому лесу, скорее всего, пока еще в сторону замка Лорда. Павшего замка.

Бенджам оф Марин склонил голову. Никто не видел, что губы его кривятся в мрачной усмешке.

Глава 12

Ф24, местное название — Варда.

Замок Гнилая Берлога. Западное крыло.

Да, гралл был в Гнилой Берлоге, что еще издали засвидетельствовал поисковик. А по показаниям сканера защитников в замке осталось совсем немного: не более двадцати человек, высыпавших с самострелами на стены и башни. Это было на руку СПАСу, тоже уменьшившемуся в численности после боя в логове: семеро получили ранения, и еще трое бойцов занялись доставкой раненых к порталу.

Тем не менее сопротивление немногочисленного гарнизона было отчаянным, и немалую ставку герцог сделал на своих собак. Но на что способна такая тварь, будь она хоть трижды ядовита, против лучевика и автогана? Собаки полегли очень быстро, а люди — видимо, личная охрана герцога — оказались умелыми бойцами: под выстрелы они не лезли, сами же стреляли из любого мало-мальски пригодного укрытия, обороняя центральные покои, где наверняка находился герцог. Гралл, судя по приборам, был в левом крыле, и основной состав СПАСа-4 направился туда, в то время как остальных стянули на себя герцогские гвардейцы. Десантники, по сути, обеспечивали тыл, предоставляя группе Прошина разобраться с граллом.

На сей раз они до него добрались, нашли и подошли вплотную. И тут, в ближнем бою, гралл обрушил на них всю свою подлинную мощь.

Андрей с неимоверным трудом держал М-канал, хотя антенны были сбиты удачным выстрелом, а потом он потерял и сам шлем, но команды Шамана слышал и безо всякой технической поддержки.

Гралл, казалось, неистощим: прижатый к стене подземелья, но далеко от двери, он продолжал сыпать во все стороны файерболами. Кольцо охотников распалось: разряженные комбезы уже не защищали — вот погасла метка Крутого, пораженного файером в голову, вот потерял сознание Потапыч, угодив в «мясорубку», где-то в коридоре за дверями стонал Санни, пытаясь впихнуть в распоротый комбез внутренности — его аптечка была пока не разряжена, анестезия действовала, но это ненадолго.

Помочь ему пока не получалось: черная фигура бешено металась

между обесточенными генераторами, Андрей уже еле-еле различал его движения. Когда тот отдалился, он опрометью бросился следом — нельзя было упускать нелюдь из виду, иначе потом не угадаешь, с какой стороны он явится. Батарея ярко-красных баллонов со сжатым противопожарным газом укрыла его на время, но оставаться здесь было опасно — одно прямое попадание разнесет баллоны на куски. Андрей осторожно выглянул, выискивая в зале укрытие понадежнее, и тут же почувствовал хватку на своем плече — Меченый.

— Куда! Рано.

«Не дайте ему уйти!» — Голос Шамана звенел в голове, от напряжения ломило виски.

Из тройки Меченого никого не осталось: тела Кирпича и Чиккена сейчас распростерты на полу генераторной, смятые и раздавленные неведомой силой. Гралл оказался куда сильнее, чем предрекали аналитические выкладки, и для решающего момента приберег самое страшное.

Но бой продолжался.

— За мной! — рявкнул в ухо голос Меченого, и Андрей послушно побежал след в след, держась за широкой спиной сержанта, не видя ничего и всё же отлично прозревая всю картину боя внутренними мыслеобразами. М-связь работала даже при разрушенной аппаратуре сопряжения, силой его мысли! Андрей также знал, что благодаря ему эту картину видит командир, частично она доступна и бойцам. Теперь его это уже не удивляло. И сейчас он видел, что гралл копит мощь для нового удара. Багровая аура энергетического тела Темного пульсировала, фокусировалась, собиралась в конус, острие которого слепо, но всё увереннее нашаривало их с Меченым. Он хотел крикнуть Сереге, но из пересохшего горла вышел лишь сдавленный хрип. И одновременно из сложенных конечностей нелюди вырвался пенящийся узкий сгусток энергии. Андрей, словно при покадровой съемке видел, как зеленая пиявка набирает скорость, хотел толкнуть Меченого в спину, и уже сделал движение, но отлично понимал, что не успевает. Сержант вдруг качнулся туда-сюда, как маятник, буквально за микросекунду до того, как мощный файер ударил его в грудную клетку, проломил, ворвался в тело, вобравшее всю мощь удара. Теплообменники боевого костюма встопорщились, потом мгновенно налились оранжевым, не справляясь с нагрузкой, и медленно, безнадежно рассыпались черными хлопьями.

Андрей замер, понимая, что сейчас из пластины, защищавшей спину Меченого, вырвется зеленый огонь вместе с ошметками внутренностей и едким фонтаном испаряющейся крови, но Меченый, уже мертвый и выжженный изнутри, развернулся. Лишенная силовой защиты спинная пластина комбеза немного задержала файер и отклонила его. Этого хватило, чтобы энергия атаки сбилась, лишь опалив своим крылом кожу на голове Маркелова и угодив в покинутую ими противопожарную батарею.

Последней судорогой пальцы Меченого сжались на рукояти автогана, очередь ушла выше цели. Но это заставило гралла метнуться за станину генератора, и следующий его файер погас, так и не сформировавшись.

Сзади взорвались баллоны, и во все стороны ударили струи желтого газа. Заверещал коротко Красный, когда струя с давлением в сотню атмосфер буквально разорвала его тело пополам. Другая задела по касательной Прошина и отшвырнула его в сторону. Командир врезался в ограждение лесенки, звонко крякнул шлем, и Прошин в нелепой позе повис на перилах. Его М-образ исчез из внутреннего поля зрения Андрея.

«Меченый меня заслонил!!! Спас!» — проявилось в сознании Андрея, засвечивая «видение». Но одно он понял точно — больше никого в подвале не осталось. Только он и гралл.