Приют ветеранов
Шрифт:
— Мы немедленно передадим вам по связи.
— Хорошо. Когда мы его опознаем, то постараемся, чтобы он не ускользнул.
— Мне кажется очень важным установить, что он намерен делать у вас. С кем встречаться. Чего добиваться. Нам представляется весьма вероятным, что Берфитт захочет восстановить в Москве свой транспортный узел, но с использованием новых способов контрабандной перевозки, о которых мы ничего определенного не знаем. Может быть, наблюдая за ним, анализируя его поведение, вы придете к каким-то выводам в этом отношении. А может быть… им движут и другие интересы, но пока не буду об этом говорить, чтобы не сориентировать вас ложно. Я сделаю это, как только
— Это было бы очень интересно. И полезно. А не собирается ли вернуться в Москву и мистер Докинг?
— Он, насколько могу судить, ухватился за что-то там, в Африке, тоже идя по следам Берфитта. И намерен продвигаться оттуда по направлению к вам. И если бы вы сумели одновременно пойти навстречу ему…
— Как в туннеле: его обычно прокладывают с двух сторон, чтобы сбойка произошла в середине.
Как передать горняцкий термин «сбойка», Мерцалов не знал и употребил слово из лексикона военных: «approach». Фэрклот, однако, понял.
— Вот-вот. Хотя мне кажется, что лучше всего было бы накрыть его именно в Москве. Раз он приедет построить что-то на пустом месте, то именно там можно будет проследить весь процесс этого строительства, а всесторонне изучив его…
Мерцалов воспользовался крохотной паузой:
— Иными словами, вы хотите, чтобы мы ему не препятствовали, а лишь вели наблюдение?
— Я думаю, что вы сформулировали совершенно правильно. Однако для успешного слежения вам следовало бы предварительно установить круг его знакомств: кто его встречает, кто охраняет, информирует и так далее.
Ну вот, еще учить станет.
— Так мы и собираемся работать. Скажите, а вот дома он находился в поле вашего зрения?
На сей раз пришла пора запнуться Фэрклоту.
— M-м… Последние годы — нет. Вот то-то!
— Жаль. Потому что у него наверняка были какие-то связи со здешними людьми. Иначе откуда взялись бы эти встречающие?
— Ну, тут могли быть и не прямые личные связи. Он работает сейчас для двух фондов.
— Это мне известно.
— Возможно, именно с фондами или с одним из них, а вовсе не с ним лично, поддерживал связь кто-то из ваших людей — деловых или иных…
— Хорошая мысль. Постараемся установить.
— И еще. Не кажется ли вам, что у вас имеется какая-то утечка информации? Иначе откуда стало известно о приезде Докинга?
Такого Мерцалов не стерпел. Подобными соображениями делиться с англичанином он не был намерен.
— Ну, тот, кто знал о его вылете из Лондона… Он не стал заканчивать фразы: сам поймет, не маленький.
— И все же я прошу вас подумать. Я, со своей стороны, сделаю то же самое.
Ага, отступил, но при оружии и знаменах.
— Непременно, мистер Фэрклот. Но если что-то выяснится у вас…
— О, разумеется. Вам будет сообщено об этом незамедлительно.
Слава Богу, думал Милов, скупыми движениями пальцев пошевеливая руль и внимательно следя за маячившей впереди полицейской машиной, это просто прекрасно, что Ева успела улететь и сейчас дремлет, наверное, спокойно в салоне, приближаясь постепенно к своей райской Америке… А что, страна и в самом деле неплохая, только не для меня, это уж точно. Нет, россиянину надо жить в России — при всех ее вывертах. Слишком мы незаконопослушньй народ. В Штатах я бы долго не выдержал, даже если бы Ева сделала такое предложение; а она — иногда чувствуется — бывает близка к этому, но потом что-то пугает ее и заставляет снова внутренне съеживаться. Ну и хорошо, пусть все остается так, как есть. И для нее хорошо, и для меня, пожалуй, тоже, хотя порой надоедает это
Размышляя так, он не забывал следить за улицей и полицейским крейсером; привычка реагировать на неожиданности сработала и на сей раз: он мгновенно отозвался на слишком поздно — случайно или с намерением — включенный сигнал африканского фараона, щелкнул мигалкой и круто переложил руль налево. Места показались ему знакомыми, да и экранчик компьютера подтвердил: дорога вела к полицейскому управлению, где так быстро по нем соскучились. С чего бы это? — продолжал он неспешно размышлять. И в самом деле истосковались по собеседнику из таинственной страны? Да нет, раз уж так приспичило, позвонили бы в посольство и поболтали в свое удовольствие. До посольства пять минут езды; если бы только что не взяли левый поворот, а ехали по-прежнему прямо, то в два счета и оказались бы возле кусочка российской территории в Экваториальной Африке… Кстати: а вдруг мне понадобится звякнуть в посольство — разрешат? Хотя я, пожалуй, не стану: дипломаты — народ трусливый и мнительный, в любой миг готовы из небольшого членистоногого сделать крупное хоботное млекопитающее… Ладно, а какие вообще возникли ко мне претензии за такой малый срок? Может, я где-нибудь правила движения нарушил? Но за это меня даже в Штатах не тормозили, а уж там в этом отношении строгости великие… Здесь они сами ездят так, что и наш русский гаишник не выдержал бы. Ты смотри-ка…
Последнее относилось к полицейской машине; водитель ее без всякой к тому надобности лихо сделал разворот, сработав газом и тормозами, перед подъездом департамента, взвизгнул шинами и остановился. Милов мог бы даже получше, но решил тут особо не форсить и, развернувшись по всем правилам, приткнулся борт о борт с задержавшим его блюстителем порядка. Выключил все системы, вышел и аккуратно запер за собой дверцу. Если захотят втихаря обшарить машину, то без его согласия ничего у них не получится…
Коллега-фараон уже ждал его на дороге к подъезду; ни слова не сказав, кивнул, приглашая. Милов, тоже без звука, кивнул в ответ, проследовал мимо постового и, повинуясь жестам сопровождающего, направился к одному из лифтов.
Мерцалов внимательно слушал доклад.
— Установлено, что за время своего пребывания в Москве интересующее нас лицо имело две встречи с государственными чиновниками: одну — в Министерстве здравоохранения России, другую — в резиденции губернатора Московской области. Кроме того, посетило клинику, в которой заканчивается установка оборудования…
— Какую именно клинику?
— Сто семьдесят третью.
— Ту самую, что куплена фондом «Лазарет»?
— Совершенно верно.
— Это все, что он успел до отъезда?
— Да. А кроме того, был еще выезд за пределы города продолжительностью несколько часов. Куда — пока не узнали. Скорее всего куда-то в Подмосковье.
— Ас кем конкретно он встречался во всех случаях?
— В министерстве — с помощником начальника отдела лечебных заведений. В губернаторстве — пока не выяснили. Во всяком случае, ни с губернатором, ни с вице-губернатором он не виделся.