Призрачная ночь

Грей Клаудия

Я дернула застежку на коралловом браслете, том, что Лукас подарил мне на день рождения, благодаря этому браслету я обретала тело. Когда он упал на лужайку, я почувствовала, что стала легкой, нематериальной.

Один из охотников бежал ко мне, потрясая колом. Я просто превратилась в облачко, и его рука прошла сквозь меня — странное ощущение, что-то сродни желудочной колике. Охотник заорал, что в другое время позабавило бы меня.

Взмыв над схваткой, я попыталась разобраться в происходящем. Ранульф без посторонней помощи сдерживал сразу троих охотников, стоявших

рядом с домом. Вик выбежал на лужайку, но не для того, чтобы сражаться, а чтобы наорать на Ракель, которой хотя бы хватало ума не ввязываться в драку. И Дане тоже — она держалась рядом с Ракель, то ли чтобы защищать ее, то ли потому, что она не могла напасть на своего лучшего друга, пусть он и стал вампиром. А в самом центре всего этого находились Лукас и его мать, схлестнувшиеся в поединке. Он отвечал на каждый ее удар и вцеплялся в нее при любой возможности, отшвыривая в сторону двоих охотников, пытавшихся прийти ей на помощь. Я знала: если он возьмет верх, то убьет Кейт. Но если Лукас напьется крови собственной матери, он ни за что себя не простит.

Поначалу я думала, что Балтазар решил отсиживаться в машине, что взбесило меня сверх всякой меры. Но тут взревел мотор, завизжали покрышки, и Балтазар выехал прямо на лужайку, вынудив охотников разбежаться. Он никого не сбил, но не потому, что не пытался.

Я хотела защитить тех, кого смогу, поэтому быстро опустилась на землю и приняла физическую форму прямо рядом с Ракель, Даной и Виком. Пусть я оставалась полупрозрачной, они могли меня видеть.

— Какого черта?! — заорала Дана, закрыв собой Ракель, как будто я хотела на нее напасть.

— Уходите отсюда, — велела я. — Дана, забирай Ракель и попытайся увести остальных. Пожалуйста!

— Скорее! — умоляюще сложил руки Вик. — Вы не представляете, какие крутые привиденческие чары она может навести! Поверьте, я-то это уже видел. Вам точно не понравится.

— Привиденческие? — прошептала Ракель и побелела. — Бьянка, ты умерла?

— Мы уходим. — Дана потащила Ракель к пикапам. Страдальческий взгляд Ракель на мгновение встретился с моим, но она тут же отвернулась и пошла за Даной.

— Гм, Бьянка… — Вик хотел похлопать меня по плечу, но его рука прошла насквозь. — Ух ты! Слушай, на самом деле какие-нибудь крутые привиденческие чары сейчас точно не помешают.

К нам бежали сразу двое охотников, но Балтазар раскинул руки, и оба упали. Ранульф еще держался, но я очень сомневалась, что его хватит надолго. И еще двое охотников, оглушенные, валялись на земле, а Лукас продолжал в слепой ярости сражаться с матерью.

У меня действительно имелись привиденческие способности, очень полезные в драке, но я применяла их только к вампирам. А что если это убьет людей? К этому я была не готова, даже если эти самые люди собирались убить меня.

— Нам не нужны магические способности! — торопливо воскликнула я. — Нам нужна полиция!

— Полиция?

— Вик, звони девять-один-один. Скажи, что к тебе в дом… ну не знаю, вторглись грабители, что-нибудь такое! Если Черный Крест услышит сирены, они уедут!

Вик припустил

к дому за мобильником, а я побежала к Лукасу, не очень понимая, что делать, но отчаянно желая не дать ему убить мать или быть убитым ею.

Глянув в безумные глаза Лукаса, я поняла, что его уже не вразумить, поэтому закричала:

— Кейт, не надо! Не делайте этого!

— Я должна подарить своему сыну покой! — Она продолжала кружить вокруг него; один глаз у нее наливался чернотой. Лукас никогда бы такого с ней не сделал, если бы мог себя контролировать.

Я встала между ними — вряд ли Кейт сумеет мне навредить, раз уж я мертвая.

— Вы не можете его убить и не хотите этого.

Она смотрела сквозь меня, сосредоточившись на туманной фигуре сына позади моего полупрозрачного тела.

— Могу и хочу.

Мое отчаяние усилилось. Я смотрела на Кейт, всей душой умоляя ее остановиться и попытаться понять, что ее сын все еще с ней, увидеть его моими глазами, и вдруг мне показалось, что мое отчаяние превратилось в клинок, который может разрубить ее…

А затем меня подхватило какое-то странное течение и поволокло к Кейт. Прежде чем я успела задуматься, что происходит, я ощутила, как вливаюсь в нее, как она меня поглощает. На мгновение все потемнело, но я тут же снова смогла видеть, только теперь глазами Кейт. Я ощущала ее тело вокруг себя, как живые доспехи.

Рука Кейт уронила кол, ноги шагнули назад. Я могла думать только об одном: я завладела человеком. Я завладела Кейт. Как я это сделала? Очевидно, сила моего отчаяния подействовала как таран, открыв мне портал в самую ее суть. Неужели все призраки на такое способны? Этого я не знала, но в тот миг значение имело только одно — я могу прекратить это сражение.

Лукас бросился на меня, и я уклонилась, но очень неуклюже, потому что мне было дико и непривычно распоряжаться телом Кейт. Это походило на первый урок вождения.

Я заорала:

— Всё, уходим! — Было очень странно говорить голосом Кейт, но я продолжала отдавать приказы: — Уходим прямо сейчас!

Возникло еще более странное ощущение — дух Кейт сражался со мной, пытаясь меня вытолкнуть. Сумеет или нет? Я решила не сопротивляться.

И тотчас же я, невидимая, взмыла высоко вверх в призрачной дымке, а Кейт внизу произнесла голосом, дрожащим от страха:

— Нужно уходить.

Охотники побежали к пикапам и фургонам, слушаясь то ли ее приказа, то ли моего. Лукас прыгнул за ней, но Балтазар оттолкнул его, швырнул на землю и удерживал, не давая подняться.

Когда габаритные огни машин растаяли вдали, из дома выбежал Вик, запустивший обе руки в свои светлые волосы, словно пытаясь не дать голове разлететься на кусочки.

— Что, я вызвал копов просто так?

— Сначала порадуйся, что Черный Крест уехал, — отряхиваясь, заметил, как всегда спокойный Ранульф.

— Короче, полиция едет. Так что лучше уберите машину с лужайки. — Вик посмотрел на глубокие следы от колес на траве и застонал. — Нет слов, чтобы описать, как родители меня накажут. Придется специально изобретать такие слова.