Шрифт:
1.
Впервые в психиатрию Алина попала в 19 лет. Время было непростое, доперестроечное, начало 80-х годов. Однажды в студенческом общежитии к ней подошел однокурсник и спросил:
– Аля, хочешь вкусно поесть?
– Ну, допустим, – сказала Алина, ища подвоха в вопросе однокурсника, который ей симпатизировал, и тщетно добивался у нее взаимности.
– Пойдем ко мне, у меня много вкусностей. Поедим от души.
– Откуда?
– Из психушки, – сказал, смеясь однокурсник.
– Да, ну тебя, – отмахнулась Алина.
– Я
– В психиатрии?, – удивилась Алина, – как ты, студент технического вуза, можешь подрабатывать в психиатрии?
– Ну, не врачом же! Я ночной санитар.
– И что, много платят? – скептически осведомилась Алина.
– 70р, – похвастался однокурсник.
– Хватит заливать, – скептически продолжила Алина тоном прагматика, – на 70р. не купишь даже приличные джинсы. Вот я получаю стипешку 40р., плюс родители подкидывают 60р. в месяц, и то я не могу себе позволить вкусно поесть. Вот, за джинсы отдала 200р. и теперь вся в долгах.
– От тебя ничего не скроешь, ты права, я получаю от 130 до 170р. А хочешь, устрою тебя к нам на работу? Там так здорово! Там такие люди добрые работают, всегда покормят, и деньги не плохие.
И таким образом, Алина попала в психоневрологический интернат ночной санитаркой. Первое посещение интерната, когда Алину провели по этажу, показывая предстоящий фронт работы, повергло ее в шок. «О, нет! Это не для меня!» – вновь и вновь повторяла она про себя, следуя за старшей медсестрой.
– Работа у тебя начинается в 7 часов вечера. Твои палаты – это все двухместные, их всего 6. В каждой по две бабульки. Не бойся, они старенькие, смирненькие, а главное, опрятные. Все, что нужно им – это внимание. В твои обязанности входит – перестилка, переодевание бабушек, если в этом есть необходимость. И, конечно же, санитарное состояние палат – нужно протереть пыль, помыть полы, и, в общем, ничего такого, с чем бы ты не справилась. По ночам вас будет трое – две санитарки и одна медсестра.
Они вошли в одну из палат. Палата была небольшой, чистенькой, но, что больше всего удивило Алину, по домашнему уютной. Пожилая женщина сидела на стуле возле одной из кроватей спиной к вошедшим и смотрела в окно, будто вглядывалась вдаль. Рядом с ней на кровати мирно спал пушистый рыжий кот, свернувшись калачиком.
– Ася Яковлевна, – сказала, обращаясь к пожилой женщине старшая медсестра, – вот привела к вам новенькую девочку, студентку.
В это время старшую медсестру позвали к телефону.
– Извините, пожалуйста, вы пока пообщайтесь, я сейчас вернусь, – сказала старшая и спешно вышла из палаты.
Пожилая женщина, не оборачиваясь, жестом пригласила присесть Алину на рядом стоящий стул. Присаживаясь, Алина оказалась вблизи лица собеседницы, и у нее неизвестно от чего сжалось сердце.
– Студентка?! Как Вас зовут, моя хорошая? – спросила совсем по-старушечьи пожилая женщина, – и на кого мы учимся?
– Я – Алина, учусь в инженерно-строительном.
– Технарь. А специальность?
– Инженер-экономист.
– Не плохо, не плохо…– тут пожилая женщина
– О-хо! Сколько книг! – восторженно вырвалось у Алины, – это чьи же?
– Мои, – опять прозвучал старушечий голос, – значит ты будешь ночами работать?
– Да.
– Как ты относишься к поэзии, деточка?
– По-разному, – уклончиво ответила Алина, чтоб не сказать, что плохо, т. е. никак. К своему стыду, она предпочитала поэзии прозу, у нее не было ни одного любимого поэта. Это в то время, когда в стране «поэт был больше, чем поэт».
– А к прозе?
– Гораздо лучше. Люблю читать…
– Любимые писатели?
– Достоевский.
– Скажите, пожалуйста! Позвольте полюбопытствовать, сколько
Вам лет? – спросила Ася Яковлевна, переходя на «Вы».
– 19, – ответила удивленная Алина,«причем тут возраст?».
– Ну, почему техвуз? – сказала себе под нос Ася Яковлевна. – И
какие же его романы Вы читали?
– «Преступление и наказание», «Братья Карамазовы», «Униженные и оскорбленные», «Идиот», «Игрок», – стала перечислять Алина.
– «Игрок»?– удивленно прервала ее собеседница, – ну, и как Вам?
– Это мое любимое, пожалуй.
– Даже так?! Деточка, Вы меня приятно удивили! «Игрок» никогда не входил в школьную программу. Даже во внеклассное чтение не входило. Где же Вы нашли его?
– В папиной библиотеке.
– Похвально, похвально. А кто Ваш папа?
– Математик.
– Да?… Вот почему технический вуз! Скажите, пожалуйста, а что
именно в Достоевском Вам нравится?
– Описание человеческих переживаний.
– А из ранних его произведений что Вам известно?
– « Чужая жена и муж под кроватью», – называя произведение
Алина густо покраснела.
– Как же ты покраснела, деточка!? – заметила пожилая женщина.
– Ася Яковлевна, как Вы могли это узнать?
– Для таких вещей не обязательно иметь зрение! Ну, и что же
ранние тоже тебе нравятся?
– Нет.
– Почему?
– Не понятно.
– Деточка, Вы находка!…
В это время вернулась старшая медсестра, прервала беседу, и извиняясь увела Алину. Следуя за старшей медсестрой Алина удивилась метаморфозе, произошедшей в своей душе. После незначительной беседы с пожилой женщиной, она была твердо уверена, что обязательно придет сюда работать. Она испытывала смешанные чувства – все, что шокировало ее до беседы с пожилой женщиной теперь казалось неожиданно сошло на нет, вместо него появилось чувство глубокой незавершенности. Бесследно исчезло и чувство жалости, которое она испытала к пожилой женщине в первые минуты, еще до общения. Теперь же она испытывала к ней чувство глубокой заинтересованности, очень хотелось вернуться к Асе Яковлевне и продолжить прерванную, тем еще интересней, беседу…