Пробка
Шрифт:
— Может, и была, — загадочно сказал Петров. — Ну что, я тебя развлек?
— Знаешь, не очень. Что мне до какого-то Доси?
— Между тем его судьба тесно переплетается с твоей.
— Хочешь сказать, что он мой родственник?
— Нет, — невольно улыбнулся Володя Петров.
— Что, родственник Нины?
— Хватит гадать! Вот скажи: ты хорошо знал свою жену?
— Ну разумеется, — сжал губы в ниточку Юрий Греков.
— Какое у нее образование, знаешь?
— Конечно! Высшее.
— А конкретно?
— Вроде как… Погоди…
— Ну да. В шутку. Нина всерьез увлекалась историей. Она любила читать исторические романы, монографии.
— Да уж! — не удержался Греков. — Все свободное время с книжкой! И этого… Как ты говоришь? Доктора К°? Да полно его у нас дома! Точно! И почему ты на меня так смотришь? Ну, конечно, я хорошо знал свою жену!
— Однако я знаю, что последнее время вы почти не общались. Ты уходил рано, приходил поздно. В выходные у тебя — то рыбалка, то неотложные дела. Да еще подрабатывал консультантом в частном детективном агентстве.
— Что, это запрещается? — насторожился Греков.
— Нет. Деньги всем нужны. А ты дом строишь.
— Я никак не пойму: ты меня осуждаешь?
— Нет, с чего ты взял?
— Когда я купил новую машину, ты вроде как начал меня в чем-то подозревать.
— Вообще-то, сумма большая, — нехотя сказал Володя Петров. — Ты ведь взял новую, из салона. И не в кредит. Я за тобой не слежу, но за ценами… Тоже хочу новую машину, моя-то «пятерка» на ладан дышит. Думал подкопить, но пока не получается. А ты вот купил. Учитывая, что ты и дом строишь, двухэтажный…
— А жена не работает. Ну договаривай!
— Да ты и сам все понимаешь.
— Понимаю… Мама дорогая! Как же выпить хочется!
И Юрий Греков с тоской посмотрел на автобус, который переместился в крайний ряд и спрятался за грузовой машиной. Теперь это не пройдет: остановить и попросить у них бутылку коньяка. А там есть хороший коньяк. Дорогой. Выпить бы…
В салоне пахло бензином, хотя окна были открыты. У Грекова вдруг начала болеть голова. Сильно. Он молил только об одном: ехать, не стоять. Ехать!
Ехали. А точнее, ползли. Машины все плотнее притирались друг к другу. Кто-то пытался втиснуться в их ряд, кто-то перестроиться в другой, считая, что там едут быстрее.
— Мать его… — выругался Петров и сердито нажал на клаксон. Раздался длинный гудок, потом еще один, еще… — Ну кто так ездит? Вот м…
— Кто? На «мерседесе»?
— И этот тоже.
— Да-а… Попали…
Петров вклинился наконец между «мерседесом» и «тойотой» и их машина почти встала. Юрий Греков с тоской смотрел вперед, на стальной поток, по которому все реже и реже пробегала рябь волны. Похоже, что где-то он уперся в плотину и замер совсем. Запруда.
— Ты думаешь, у меня мало проблем? — сердито спросил Греков.
— А кому сейчас легко?
— Вот именно. Я тоже думал: как свести
— Ну-ну. Расскажи о своих проблемах.
— И расскажу! Если хочешь знать, у меня долги!
— Долги? — удивился Володя Петров. — Вот не знал! И кому ты должен?
— Кредит взял.
— Значит, я ошибся, и машина куплена в кредит? — уточнил Володя Петров.
Греков нахмурился. Информацию легко проверить. Лучше сказать правду.
— Нет, — сердито сказал он. — Я взял частным порядком. Не через банк, а у одного из своих знакомых.
— И где взять таких знакомых? — сделал еле уловимое движение бровями Петров. — У которых можно одолжить несколько тысяч долларов?
— В нашем поселке живут люди не бедные.
— А большие проценты они берут? Нет, мне интересно. Я бы тоже занял.
— Тебе бы не дали.
— Почему?
— Это только по дружбе.
— Без процентов, значит? А может, вообще отдавать не надо?
— Надо. И проценты приличные.
— А не госпожа ли Одинцова тебе одолжила денег?
Греков так и знал: Петров — профессионал. Все, что он говорит, неспроста. Вон куда клонил! Теперь понятно!
— Одинцова? С чего ты взял, что Одинцова? — пробормотал Юрий.
— Не случайно же она за нами едет. Может, хочет долг потребовать?
Греков покосился вправо: едет? Едет! «Ненавижу!» — подумал он и поймал взгляд Петрова. Тот ждал. А чего, собственно?
— Что ты так на меня смотришь?
— Ничего. Пробка.
— Где пробка? Едем же!
— Скоро встанем.
— Чтоб их всех… — И Греков выругался.
— Так как насчет денег? — тихо спросил Володя Петров.
— Я же тебе сказал: я занял.
— Эх, Юра, Юра! Занял, значит. Мог бы и у жены попросить. Она бы тебе не отказала. И процентов не взяла бы.
— Ты, должно быть, шутишь?
— Отчего же? Нина любила давать деньги в долг. Считала, что таким образом помогает людям.
— Нина любила да… Ха-ха-ха! — Греков не выдержал и рассмеялся. — Нина любила да… ха-ха! В долг! Ха-ха!
— А что тебя так рассмешило? — спокойно спросил Володя.
— Да у нее не было ни копейки! То есть деньги, конечно, были, но это были мои деньги. Мои, ты понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Петров. — Между тем я точно знаю, что она дала взаймы заведующей библиотекой Антонине Дмитриевне десять тысяч долларов.
— Десять ты… — Греков словно поперхнулся.
— Именно, — кивнул Володя. — На квартиру старшему сыну. Они долго собирали, но не хватало. А потом цены резко пошли вверх. Нина сказала: покупайте, пока не поздно, потом будет дороже, я добавлю. И дала десять тысяч. Без процентов. Насколько я в курсе, денег они так и не отдали, хотя обещали выплачивать частями, каждые полгода. Но за два года — ни копейки! А Нина, разумеется, не требовала. Она этого не умела.