Проблема выбора

Дашевская Анна Викторовна

Гости, кажется, и не заметили нашего отсутствия… Хотя нет, вон тот бородач посмотрел очень внимательно. Ну, мало ли, может, у него дурной вкус и ему понравилась моя фигура или причёска?

Юная дочь хозяев сидела за роялем и что-то наигрывала; Анри подошёл к ней, склонился и стал перелистывать ноты. Валери подсела рядом на табуретку, девушки переглянулись и стали играть в четыре руки. Обыкновенный вечер в провинциальном обществе, почему ж у меня в затылке будто комар зудит?

Сидя в кресле, я держала в левой руке бокал, пропускала мимо ушей болтовню сидящей рядом пожилой

дамы о разведении роз и разглядывала магоснимки, рамки с которыми теснились на крышке рояля. Семья в сборе – барон с супругой, сын, дочь. Дети отдельно; сын в магистерской мантии и со свитком в руках, дочь в бальном платье. Какие-то незнакомые лица… Стоп, а вот этого я видела совсем недавно. Ну конечно же, это тот бородач с дурным вкусом – только на снимке он лет на двадцать моложе, гладко выбрит и обнимает баронессу за плечи. Родственник? Хм, и, похоже, близкий: я только сейчас, присмотревшись внимательно, поняла, что у обоих глаза одинакового необычного ярко зеленого цвета.

Брат.

А представлен он был… Да, представлен он был как господин Гренель, и всё, точка. При этом я отлично помню, что до замужества госпожа баронесса звалась Мадлен де ла Миртуа и была дочерью графа.

Интересно, весьма. Может быть, в этом и есть причина напряжения, проскальзывающего в благородном семействе?

Как я поняла, хозяева не стали организовывать парадный ужин из-за слишком большого количества гостей, и официанты в белых перчатках разносили на подносах какие-то маленькие канапе, шу с разными начинками, шпажки с нанизанным на них сыром и виноградом и прочее. Девушки закончили играть, и хозяин дома с бокалом игристого вина в руке стал читать стихотворное поздравление жене; баронесса мило краснела и прикрывала довольную улыбку веером. Я посмотрела на Анри и, дождавшись ответного взгляда, медленно опустила веки. Мой студент правильно понял сигнал и отправился вручать подарок, вызвав у присутствующих дам поток охов и ахов. Мадлен Сарсена приколола орхидею к волосам и благодарно улыбнулась. Празднование продолжалось.

Незадолго до полуночи я постаралась незаметно покинуть общество. Не прошло и пяти минут, как раздался стук и Валери со своим неизменным спутником вошли в комнату.

– Итак, ваши впечатления? – спросила я, жестом предлагая им садиться.

Начала, как всегда, девушка.

– Хорошие люди, – сказала она уверенно. – О своих землях барон заботится, как мало кто, сына готовит в продолжатели. Дочь разумная, с неплохим магическим потенциалом. Интересуется не только модой и романами, но и о них поговорить тоже может. Мы с ними в саду были довольно долго, они и розарий показали, и персиковый сад, и аптекарский огород, и конюшни. Всё как надо, профессор.

– А ты что скажешь, Анри?

– Знаете, профессор, вроде я согласен со всем, что сказала Валери. Хорошие люди и всё такое. Но что-то тут не так. Слишком глянцевая картинка.

– Ну, знаешь, немытую посуду посторонним не показывают! – возмутилась она.

– И тем не менее… Ну, например, почему такая охрана на въезде? Вы заметили, что ограда полностью под щитом, там не то, что незваный гость, мышь не проскользнёт! Или приём сегодняшний – ни одного наёмного официанта, только свои. Даже двух конюхов переодели в белые куртки и поставили разносить бокалы.

– Но

нас же впустили! – возразила Валери. – Может, это просто разумная экономия, потому и не нанимают посторонних.

– Нас впустили, потому что мы предъявили подлинные документы, с магическими печатями. Но этот тип на воротах нас сканировал. И, если бы отпечаток ауры не совпадал с тем, который в удостоверениях, мы бы на территорию поместья не попали!

– А что, там есть наши аурограммы? – девушка удивилась.

– Мы же здесь в качестве королевских чиновников… – ответила я. – Ты в курсе, какое наказание применяется к гражданину Галлии, выдающему себя за королевского чиновника?

Ответили они, как часто бывало, одновременно, но на сей раз по-разному. Валери ожидаемо поинтересовалась:

– Нет. А какое?

Анри же спросил:

– Только Галлии?

– В разных государствах Союза королевств применяются разные наказания. В Галлии – год тюрьмы без права досрочного освобождения или замены штрафом. А в Спанье, например, такой преступник на тот же год назначается на общественные работы туда, куда и гоблина не особо заманишь. В ассенизационный обоз, например. Или санитаром в инфекционную больницу. Или на работу на хлопковых плантациях.

Молодые люди переглянулись, видимо, примеряя на себя такое наказание, и в один голос сказали:

– Бр-р-р!

– Ну так вот, – продолжила я. – По понятным теперь причинам документы королевских чиновников снабжают аурограммой владельца и заверяют магической печатью. Дабы не. Теперь вернёмся всё же в Шато Сарсена, вы не против?

– Да, профессор! То есть, нет, не против.

– Ну, хорошо. Так вот, напоминаю вам, что мы здесь не для того, чтобы вытаскивать какие-нибудь скелеты из шкафов почтенного семейства л’Этан Сарсена. Нам нужно всего лишь оценить, подходит ли очаровательная Мари-Адельфина на роль невесты его величества. И при этом мы можем даже и не объяснять, почему да. Или почему – нет. Просто некому будет объяснять, ибо отчитываемся мы непосредственно перед королём.

– Не подходит! – раздался вдруг неожиданный голос со стороны камина.

С интересом я увидела, как мраморное сооружение беззвучно повернулось, и в открывшемся тёмном проходе смутно забелело платье.

– Мадам Сарсена, вот неожиданность! – сказала я. – Признаться, я думала, вы заглянете несколько позже.

Хозяйка дома перешагнула невидимую для нас линию, отделявшую потайной ход от гостевой комнаты, и небрежным жестом вернула на место камин. Я добавила мощности магическому фонарику и с удовольствием отметила, что в поместье Сарсена даже потайные ходы держатся в чистоте: на длинном и довольно пышном платье баронессы не было ни пылинки.

Пройдя в комнату, мадам улыбнулась и села в кресло, сложила руки на коленях и сказала мне:

– Видите ли, я сразу поняла, что никакого отношения к королевскому лесному бюро вы не имеете.

Я поморщилась:

– Что, неужели мы в чём-то серьёзно ошиблись?

– Нет, что вы! Просто я точно знала, что госпожа Лавиния Редфилд, баронесса Редфилд, она же коммандер Службы магической безопасности к лесному ведомству точно не принадлежит. И столь же ясно, что вы не можете быть самозванкой, значит, какое-то поручение от его величества у вас есть.