Пробуждение страсти
Шрифт:
— Ну уж нет! — заявил Синжун, беря Кристи за руку и ведя ее в центр зала, в то время как Руди разрывался между леди Флорой и бабушкой.
Потом они присоединились к танцующим, и Руди уже не мог что-либо предпринять.
— Кто ты? — спросил Синжун, когда они сошлись в одной из фигур танца.
— Мое имя не имеет никакого значения, — тихо сказала Кристи. — Вы ведете себя очень нагло, мой лорд.
Синжун криво усмехнулся.
— Вы, должно быть, только приехали в Лондон, раз не слыхали о Грешнике.
— О, я слышала о вас, мой лорд. Неужели все, что о вас
— В основном, — сказал Синжун.
Они опять разошлись, выполняя новое движение, а когда сошлись, музыка уже смолкла. Кристи стала искать взглядом Руди, увидела, что он до сих пор разговаривает со своей бабушкой, и направилась к ним.
Но у Синжуна были другие планы на ее счет.
— Как же тут людно! — сказал он, подталкивая ее к распахнутым застекленным дверям. — Я чувствую невероятную потребность в свежем воздухе.
— Идите и дышите воздухом, мой лорд, но без меня, — потребовала Кристи. — Я должна вернуться к лорду Блейкли.
— Всему свое время, леди, всему свое время.
Они подошли к дверям. Кристи не помешал бы глоток свежего воздуха, но только не в обществе Синжуна. Она не хотела рисковать, оставаясь с ним наедине.
Схватив Кристи за локоть, Синжун вел ее к выходу. Пары, стоявшие поблизости, с любопытством наблюдали за тем, как Синжун тянул ее вниз по лестнице, а затем увлек в темный сад.
Глава 13
— Мой лорд! Остановитесь немедленно! — требовала Кристи, безуспешно пытаясь высвободиться.
Синжун не обращал на это внимания. Кристи не понимала, насколько он пьян, пока он не споткнулся, чуть не упав вместе с ней. Он восстановил равновесие и тащил ее за собой до тех пор, пока светящиеся окна дома не превратились в сверкающие точки. Тогда он толкнул ее за какие-то кусты и грубо прижал к себе.
— А теперь, леди, — тяжело дыша, сказал он, — я хочу поцеловать тебя. Ты просто неотразима.
— Для тебя все женщины неотразимы, — выпалила Кристи.
Он только ухмыльнулся. Последней мыслью Кристи перед тем, как он стал целовать ее, было: этого не следовало допускать. Но когда его язык раздвинул ее губы и поцелуй стал еще более страстным, знакомый вкус этого мужчины, его опьяняющий запах заставили Кристи ответить на его ласки.
Он прижал ее к себе еще сильнее и застонал. Если бы она не знала, что он возбужден, то могла бы подумать, что ему больно. Он что-то прошептал, и Кристи показалось, что это было ее имя, но в то же время ей хотелось, чтобы это было не так. Она не знала, как это произошло, но через секунду она уже лежала на спине. Запах земли и аромат его тела одурманили ее, но вот его руки потянулись к ее лицу.
— Сними маску. Я хочу увидеть твое лицо, — прошептал он.
Она оттолкнула его.
— Нет, пожалуйста!
Он тяжело вздохнул, ощущая досаду и нетерпение.
— Я еще никогда не спал с женщиной, не видя лица. Но если ты настаиваешь…
— А я еще никогда не спала с мужчиной, который был бы так пьян, как ты, — парировала
— Ты боишься, что я не смогу доставить тебе удовольствие? — напрягшись, спросил он.
— Я… мы совсем не знаем друг друга, мой лорд. Пожалуйста, позволь мне подняться.
Синжун застыл, наклонив голову набок.
— Я знаю тебя, только не могу понять, кто ты. Твои поцелуи, твои губы… Будь я проклят — так напился сегодня! Завтра я обязательно пойму, кто ты, можешь в этом не сомневаться.
Кристи надеялась, что этого не случится.
— Я должна вернуться к лорду Блейкли до того, как он станет искать меня.
— Ну и пусть ищет, — пробормотал Синжун, целуя ее. — Так ему и надо за то, что не открыл мне твоего имени.
Его колено скользнуло между ее ног. Кристи запаниковала.
— Прекрати!
— Скажи мне, как тебя зовут и где я смогу найти тебя завтра, и я отпущу тебя.
— Нет, я не могу.
— А я не могу остановиться, — сказал Синжун, криво усмехаясь.
Кристи пыталась оттолкнуть его, но он был намного сильнее. Он склонился над ней и прижался к ее бедрам, давая почувствовать свое возбуждение.
— Я займусь с тобой любовью, леди. Возможно, я буду сожалеть об этом завтра, но сегодня я слишком пьян, чтобы переживать по этому поводу.
Он медленно поднял юбки, лаская ее бедра, гладя, сжимая и обжигая ее кожу своими горячими прикосновениями. Ее сердце бешено колотилось. С ней был Синжун, мужчина, которого она любила. Мужчина, который уже не был ее мужем. Она совсем растерялась, когда он схватил обеими руками ее голову, не позволяя ей вырваться, и стал целовать. Его язык скользнул вглубь ее рта, наполняя ее знакомым вкусом и запахом.
Его поцелуй не был нежным. Он жадно и грубо впивался в ее губы. Кристи застонала и тоже стала страстно целовать его, неожиданно почувствовав, что она так же нуждается в этом мужчине, как, похоже, и он в ней. Первый раз за все эти месяцы она ощутила, что на самом деле живет. Их губы слились, и они упали на землю, сплетя ноги и руки, и соприкосновение тел сводило их обоих с ума.
Его руки нашли ее грудь, а губы коснулись ее изогнувшейся шеи. Желая получить больше, она разорвала ворот его рубашки и просунула руки под нее. Жар его тела обжег ей ладони, это было ни с чем не сравнимое удовольствие. Он, должно быть, ощутил нечто подобное, и глухо застонал. Когда его губы проделали дорожку вниз, к ее отвердевшим соскам, она задержала дыхание и шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы.
— Ты сводишь меня с ума, — простонал он.
Кристи решила, что всему виной полнолуние, потому что она тоже обезумела от страсти. Единственная разница была в том, что она отлично знала, кто он, в то время как Синжун понятия не имел, что занимается любовью с собственной женой. «Какая ирония судьбы! — подумала она. — Мы сейчас оказались в той же самой ситуации, что и в самом начале нашего знакомства». И все же обстоятельства отличались. Но это не имело никакого значения. Было ли это безумством, вызванным полной луной, или просто сумасшествием, но страсть, бушевавшую внутри нее, было уже не укротить.