Шрифт:
– Откуда хорошему джину взяться в такой дыре?
Черный сапог недовольно пнул небольшой барханчик, который тут же возмущенно взвился красноватой пылью. После таможни космодрома за старым контрабандистом Ефремом Селиверстовым увязался местный подросток, и уже полчаса пытался выцыганить монетку-другую.
– Может, ты видел на Марсе можжевельник, мальчуган? – продолжил контрабандист густым и хрипловатым баритоном, поглядывая искоса за реакцией попрошайки. Того легко было держать на коротком поводке, натянутой между жадностью и интересом. – Или в этих песках растут другие пряности? А может –
Увидев непонимание, добавил:
– Плиты такие, металлические. Из них корабли делают.
Космонавт показал руками, что ему нужно, но, не дождавшись реакции, махнул рукой и продолжил путь. Неспешно. Каждый раз убеждаясь, что молодой человек продолжает волочиться за ним. Ох, не просто так тот прилип где-то с час назад. Ему явно было что-то нужно кроме денег.
Больше года Ефрем мариновался в своем корабле – металлической «консервной банке», в угоду бывшей подружке названной «Жаркой Лагуной». Очень любила Блондинка, как зажигались брюшные дюзы, оставляя огромную лужу расплавленного грунта.
Позади у мужчины была насыщенная событиями жизнь, полная приключений и риска. В последние годы он сбежал от суеты и курсировал между перевалочной базой в системе Беты Хадара и Марсом. Из развлечений – коллекция старых фильмов да далекие звезды в иллюминаторах. Ну и бесконечные сны в гиперкапсуле, усиленные для развлечения VR-вариаторами. Часто это были сны тяжелые и нервные, с картинками из прошлой жизни. С миролюбивыми драконами, коварными андроидами и хищными растениями, пожиравшими даже пластик. И каждый раз в конце – слезящиеся глаза Блондинки, когда они виделись в последний раз. Что еще может смотреть во снах старик, потрепанный жизнью сверху и донизу?
Сейчас, по дороге в офис компании, торговавшей особой сталью для буровых корветов, мужчина был не прочь потрепаться с аборигеном. Надеясь, что беседа в конце концов даст ему что-то полезное. Например, новые связи. Никогда не знаешь, что и когда пригодится контрабандисту на промышленном Марсе.
Уже три тысячи лет как человечество вырвалось в дальний космос. Проблема скорости была решена на основе теории Ленца. Энергию дал термоядерный синтез. С планеты Спящего Рака человечество получало графит и алмазы, с Фантома Беерзы – кремний и алюминий, а с Хатры Льва – титан и никель.
Но вот железа… На открытых планетах его, на удивление, оказалось не густо. Что растянуло экспансию на многие сотни лет. Последним крупным месторождением на материнской планете – Земле – стали пески Королевства Марокко. Но после того, как и они отдали свои крохи оксида железа, все стальные магнаты перебрались на Марс.
Большие капиталы преобразили радиоактивную ледяную пустыню, и четвертая от Солнца планета стала пригодной для жизни. Усилили магнитное поле, подвесили второе – искусственное – солнце. Поставили огромные станции генерации кислорода и азота. В середине осени в районе экватора даже идут дожди.
Селиверстов пригляделся к мальчишке. Выглядел тот, как оборванец, но с характером. Такой просто так не отстанет. Впился в богатенького
– Нет, господин, вы меня неправильно поняли. Я говорил о джиннах! Они исполняют желания!
Космонавт с сочувствием посмотрел на мальчугана. На ум пришел старый анекдот про Бабу Ягу.
– Сынок, такой большой, а все в сказки веришь.
– Я не вру! – выпятив грудь и сверкнув глазами, рявкнул фальцетом мальчик. Но практически сразу же взял себя в руки и заискивающе улыбнулся. – Всего один золотой, господин. Если договоритесь с торговцем – мне еще два. Нет – пять!
Селиверстов хмыкнул. Как-то уж очень наивен этот мальчуган. Слишком показательно и наиграно. Словно андроид, которых после войны еще не всех удалось переловить. Они сбивались в банды и охотились за старыми героями прежних сражений, каким был и сам Ефрем. Неужели Марс стал небезопасен для старого контрабандиста? Да и цепкий внимательный взгляд, стрельнувший из-под черных бровей марсианина, его насторожил. В излишне показное смирение отчего-то не верилось. Что-то тут не так.
Мужчина осмотрелся вокруг, ничего особенного не обнаружил. Пыльный стандартный район. Вокруг фавелы [1] в самом привычном виде. Таких полно не только в Санрохо, но и в земных городах – Каире, Сан-Паулу. Да и в дальних колониях, на гористых планетах, где мало равнинных земель, тоже немало. Верхние этажи практически нигде не достроены, чтобы не платить налоги. На нижних – дешевые забегаловки и мини-маркеты с самым бедным набором синтетической курятины и макарон.
1
Городские трущобы, где, как правило, живут бедные, отсутствует развитая инфраструктура и высок уровень преступности.
А что с людьми? Тоже ничего необычного. Вроде никто не глазеет. Ни одного неморгающего взгляда он не увидел. Люди спешат по своим делам, и за тридцать минут ни одно лицо не повторилось дважды. Встроенный сканер подтверждающе крякнул. Если его и ведут – то умело и тонко. Те, кто давно пообещал «поджарить ему пятки» – отомстить за разбитую армию роботов, – таких спецов пока нанять не могли. Да и чуйка молчала. Спину никто не буравил. Так что мальчик навряд ли был опасен по-настоящему. Просто хочет заработать.
– Ну хорошо, – взгляд Ефрема вернулся. – И откуда на Марсе взялись злые духи, малыш?
– Их порождает пустыня! – капюшон запыленного бурнуса, наконец, приподнялся, Ефрем увидел почти фиалкового цвета глаза юного гида и расслабился окончательно. Страшного, аквамаринового цвета, характерного для высших андроидов, чуть не угробивших все человечество, к счастью, не было.
Мальчик меж тем продолжил:
– Кстати, мои джинны совсем не злые, как у вас на Земле. Схитрить могут, да. Но убить – никогда.