Продираясь сквозь тернии
Шрифт:
— Да. За десять дней ни одного нападения, — завершил за меня Содер. — Странно все это. Я думал, что шаманы нас в самое гиблое место сунут, откуда мы на следующий день на Карибы сбежим, а тут настоящий пикник.
— Вот, сам все видишь. Так что не парься. Сходим и вернемся. Я скорее думаю, как мы потом Олика и Ксилена держать будем? Еще несколько дней отдыха и они точно от нас свалят.
Содер махнул рукой.
— Ладно, сегодня иди с ними на разведку, а завтра будем думать, что нам делать с их рвением.
Королевство
Стоявший у подножия дюны лич шевельнулся. Мыслеобраз, полученный от каменной фурии — второй по значимости представительницы Высшей нежити после костяного дракона, не считая, разумеется, личей и Рыцарей смерти, показал ему уже знакомого шамана. Как и несколько дней назад, шаман пытался подманить при помощи Духа ближайший отряд. Тогда Тепт, так называли лича при жизни и с этим же именем он ассоциировал себя после смерти, отправил преследовать шамана пару сотен скелетов. Он отчетливо понимал, что это ловушка, а потому не стал рисковать более крупными силами.
Скелеты должны были подать Тепту сигнал в случае нападения и тогда, глазами одного из них, лич бы сам оценил уровень угрозы. Однако скелеты сигнал не отправили. Это означало, что с ними покончили столь быстро, что они не успели этого сделать.
И вот теперь шаман пытается повторить тот же номер. Заманить и перебить, тем самым хоть и незначительно, но уменьшив его армию. Тепта захлестнул приступ злобы и ярости. Ему захотелось разорвать смертного собственными руками и сделать из него нелепый голем.
Он направил приказ и вскоре на землю перед ним опустился костяной дракон. Преклонил крыло, позволив Тенту спокойно взойти на его спину, после чего плавно взлетел. Следуя повелению лича, дракон на высоте трех полетов стрелы сделал несколько кругов вокруг шамана. Тот ничего не заметил, продолжая высматривать обретавшуюся на соседней дюне нежить. Ее скапливал для массированного удара единственный имевшийся в распоряжении Тепта Рыцарь смерти.
Пора, мелькнуло в черепной коробке лича, и дракон сложил крылья, почти вертикально спикировав вниз.
Вскоре обращенный в умертвие шаман, при жизни имевший имя Дор Оюк, перекидывал Тепту один мыслеобраз за другим. Впервые за долгое время лич испытал удовлетворение. Шаман оказался не из простых и немало знал о ситуации на фронте. К сожалению, не точно, на уровне слухов, циркулирующих среди Вторых шаманов, но и того было достаточно, чтобы внести некоторые корректировки перед наступлением. Естественно, после проверки полученных сведений.
Еще интереснее оказалась информация, связанная с последним заданием Дор Оюка. Подманить нежить к тардинцам, дабы они в панике бежали. Почему именно обратить в бегство, а не убить, шаман не знал. Будь его воля, он бы лучше предпочел второе, поскольку он точно выяснил, что возглавляют тардинцев два мага, которые в прошлом году участвовали в совместном походе в Проклятые земли с врагами всего народа кордов — бывшими шаманами Орликом и Оксиленом. Именно эти шаманы притащили в земли кордов портальный якорь, позволивший нежити покинуть Проклятые земли.
После непродолжительных
— Я их знаю, — прошелестел ментальный ответ, когда Повелитель изучил мыслеобраз с уничтожением отряда скелетов.
— Убить? — коротко спросил Тепт.
— Нет. Приведи двух старших живыми. Остальных убить.
Королевство кордов
Ударный экспедиционный отряд
Форт
Стоявший в подземном гроте гомон понемногу начал стихать. Ночная смена ушла на дежурство, остальные по одному, по два человека потянулись к своим комнатам. К полуночи на площадке никого на было.
Сидевший в донжоне дежурный маг приглушил фонтан, и в гроте установилась относительная тишина. Имевшиеся в комнатах разговоры не выносились за их пределы — бытовой полог тишины в этом плане был чрезвычайно полезен. Не меньшую пользу приносили и световые фильтры, установленные на входе в каждую комнату. Они изолировали помещения не хуже сплошных дверей.
Так что, когда все тот же дежурный маг отключил общее освещение, оставив только три светильника — те, что парили в центре, над чашей фонтана, весь грот погрузился в полумрак.
— Вроде все готово, — пробормотал Содер, с удовлетворением глядя на маленький столик, на котором при свете свечей красовалась бутылка ажуйского, окруженная редкими тропическими фруктами.
Еще две бутылки вина ждали своего часа в темном углу.
Ради этой красоты Содеру пришлось немало рискнуть. Он все-таки телепортировался в замок на Карибах, где Герда за несколько минут снарядила его всем необходимым. Заодно пообещала, что никому не расскажет о его неожиданном визите.
В силу женской любознательности обо всем его расспросила и посоветовала держаться с Гаретом вместе. По ее мнению, так они любую опасность переживут.
При воспоминании о друге Содер поморщился. Ушел на свою разведку, а он, Содер, теперь должен переживать, вместо того, чтобы приятно провести время. Однако почти сразу вспомнил про обстоятельство, вынудившее Гарета пойти на ночную прогулку, и раздражение пропало. Содер тяжко вздохнул. Не по своей воле Гарет отправился погулять за пределы форта. Ради общего дела старался. Не хотел допустить, чтобы их куцый отряд покинули два важных человека.
А чем собирался заняться в это время сам Содер? Желал предаться утехам…
— Тук-тук-тук, — проворковала Жоиль, появившись на пороге комнаты в легком плаще. — К вам можно?
Не дожидаясь ответа, красавица прошла к столику и плавным движением сбросила плащ, оставшись в тонком кружевном халатике.
— Присаживайся, — Содер с готовностью подвинул ей один из двух маленьких стульчиков.
Их он тоже прихватил с собой с Карибов.
— Ого! — игриво улыбнулась Жоиль. — Вино, фрукты… А это что такое? Желтое и длинное. Тоже фрукт?