Продираясь сквозь тернии
Шрифт:
— Он шутит, — ответил за меня Содер. — Нам нужен этот экипаж. Любезный, — обратился он к вознице, — плачу два золотых, если в кратчайший срок домчишь нас до центральной тюрьмы.
Возница крякнул и без лишних вопросов начал разворачивать коня. Учитывая ширину дороги, удачный разворот будет сродни маленькому подвигу.
— Но позвольте, я оплатил сию карету и намерен дальше ехать в ней дальше! — возмущенно вздернув нос, тонко пискнул мужик. Горделиво приосанившись, он положил руку на плечо спутницы. —
— За переуступку этой, как вы говорите, кареты, вы тоже получите деньги. Золотой устроит? — попробовал договориться Содер.
Это что же выходит? Поездка до тюрьмы нам встанет в три золотых??? С такими темпами он нас по миру пустит! Сейчас ему об этом сказать или чуть позже? А вообще, интересно получается. В нашем тандеме роль счетовода-скупердяя обычно брал на себя Содер, а я отыгрывал транжиру и мота. Поэтому этот аттракцион невиданной щедрости с его стороны стал для меня полной неожиданностью.
— Деньги меня не интересуют, — без раздумий вякнул гражданин, вызвав у меня чувство облегчения. — Прошу освободить карету, чтобы мы могли продолжить путь!
К концу его речи извозчик завершил маневр и обернулся к нам.
— Деньги вперед, — твердо заявил он, жадно глядя на нас из-под кустистых бровей.
— Конечно, конечно. Гарет, выдай.
— Что? Я?
— Я кошелек дома оставил, — пояснил Содер.
Я сунул руку в специальный кармашек, извлек из него две монеты и передал извозчику. Тот моментально спрятал их и взмахнул кнутом:
— Тпру-у-уу!!! А ну, пошла-а-а!!!
— Эй, мы так не договаривались! — попробовал возразить его прежний наниматель. — Ты должен был катать нас по западным пригородам!
— Я не отказываюсь, — откликнулся извозчик. — Только сперва заскочим в тюрьму, а потом возвернемся.
Я взобрался внутрь брички. Мест на сиденье не было — его продолжали занимать первые пассажиры. Пришлось присесть на корточки в проходе. Рядом расположился Содер.
— Может, с ними так же, как с теми легионерами? — шепнул я другу. — Они сбегут, а мы поедем, как белые люди.
— Не нужно применять насилие там, где его можно избежать, — изрек любитель высокой морали и нравственности.
Так мы и ехали всю дорогу, сидя на корточках и вызывая любопытные взгляды зевак. Писклявый «Ромео» и его спутница демонстративно на нас не смотрели, обсуждая между собой какого-то Кемаля, обладавшего выходом на Главного королевского прокуратора. Еще с очень важным видом упомянули некоего Дуталика, имевшего рабочие взаимоотношения с младшим помощником третьего заместителя самого Бариса де Адулита! Да, да, того самого, который состоял Вторым советником Его Величества.
При этом оба покосились на нас, стремясь найти на наших лицах признаки смятения или страха. Не нашли, расстроились и продолжили
Тут я всерьез начал подозревать, что мы должны были впечатлиться уровнем связей писклявого господина в нелепом пиджаке.
— Мы на месте, — провозгласил извозчик, остановив бричку подле монументального каменного здания, больше походившего на крепость.
— Спасибо! — крикнул я и спрыгнул на брусчатку мостовой.
— А ну, пошла-а-а-а!!! — вскричал извозчик, и бричка покатилась дальше, весело стуча колесами по камням.
Когда она оказалась на достаточном удалении, писклявый господин нашел в себе мужество привстать и помахать кулаком в нашу сторону.
— Я найду на вас управу! Я буду жаловаться легату Первого легиона! Вы мне за все ответите!
Я покосился на Содера.
— Говорил же тебе, надо было с ними также, как с легионерами на воротах поступить.
Содер, даже ну удосужившись глянуть в сторону удалявшейся брички, отмахнулся.
— Не обращай внимания. Лучше подумай, как мы действовать будем? — махнул он на огромные ворота, около которых скучала четверка стражников.
Я повел глазами по зданию тюрьмы. Четырехэтажное, собранное из огромных каменных глыб, оно подавляло волю одним своим внешним видом. На первом этаже обычные казенные окна, на всех последующих — маленькие, зарешеченные.
— Заходим и выясняем, за что посадили.
— Так тебе и ответили, — усмехнулся Содер. — Снимаем личины. Так будет легче.
Приложив руку к груди, он деактивировал маскирующий амулет. Чужая личина спала, явив всем его настоящее лицо. Я сделал тоже самое. Стражники у ворот вмиг оживились, присматриваясь к нам с величайшим любопытством.
Еще больше они оживились, когда мы подошли к ним, и они окончательно убедились, что перед ними те самые люди, которых они неоднократно видели в многочисленных видеоклипах.
— Зырь, ребята! — радостно взревел самый здоровый из них. — Гарет и Содер!
— Они самые!
Стражники обступили нас со всех сторон. Мы с широкими улыбками пожали протянутые руки, после чего поинтересовались, не поступали ли в тюрьму сегодня два человека, известные под кличками Корявый и Щегол. Оказалось, что да, поступали. Их с утра привезли ищейки из Особого отдела.
— Дело на личном контроле у Главы Тайной канцелярии, — склонившись к нам, тихо прошептал один из стражников.
Я про себя выругался. Хреново! Что же такого натворили парни, если ими занялись на столь высоком уровне? Задав этот вопрос стражникам, ответа не получил. Они были не в курсе относительно обвинений, по которым прошло задержание. Зато оказались в курсе того, кто из сыщиков вел дело.
— Господин Асгес, — повторил Содер. — Ребята, не подскажите, как мы к нему можем попасть?