Проект Х
Шрифт:
Принесли еду и все с присущим молодости здоровым аппетитом принялись ее поглощать. Разговор на время прервался. Я кидал взгляды на Машу время от времени, размышляя, как лучше приступить к делу. Когда все колбаски были уже съедены, а пиво выпито, к Павлу подошел официант и передал ему записку. Тот ее быстро прочел и извинившись перед нами, сказал что его срочно вызывают к пациенту. Поднявшись, он вежливо со всеми попрощался и поспешил на выход. Почти сразу следом ушли и девушки, сославшись на занятость. Облом. Все мои донжуанские планы полетели в неизвестном направлении.
Мы остались одни с Валеркой.
– Хорошо здесь, Славка, ну, правда. Экология - зачотная, красота вокруг - нереальная, природ шепчет... климат, говорят, куда мягче, чем у нас в Сибири. Девки красивые и не испорченные цивилизацией, не то, что у нас... Пашка решил кабинет врачебный открыть, здесь в Алтыне с докторами напряг реальный, от пациентов отбоя не будет, еще и выбирать сможет. А со временем и клинику свою с помощью Липарёва отгрохает, вот увидишь. У меня тоже все пучком. Сначала Ивану Арсеньичу учет налажу, потом и другим дельцам местным услуги оказывать начну, тут место бойкое, торговое, золото стекается со всей округи, натуральный Клондайк. Подкоплю денег, свое дело открою, еще в миллионщики выбьюсь.
– Он помолчал немного и добавил.
– И фотоаппараты у них есть, конечно не цифра и что? Даже интереснее...
Вот, значит, какие песни о главном вы поете, друзья мои... Ясно-понятно. И осуждать вас за это не имею никакого права, каждый решает за себя. Только мне с вами не по пути, это точно.
– Бобр, расскажи подробнее, чего у нас есть на данный момент и что, к слову, с Митрием, ты говорил, он на конюшне?
– Он там вроде как под домашним арестом. Иван Арсеньевич запретил ему уходить от дома.
– Это еще зачем?
– Недовольно спросил я. Парень так помогал, ничего плохого нам не сделал, да и не купца дело его задерживать, а мое, если уж на крайняк.
– А ты как думаешь? Он же в банде был, верно? Пусть спасибо скажет, что не сдали патрульным.
– Отмахнулся Валерка.
Да, Бобров, вот ты как рассуждать начал. Люди живые для тебя - пустое место? Зато бухучет - святое... Елкин дом. Ну, я ему сейчас все выскажу.
– Стыдно, брат. Стыдно и не хорошо. Он же человек живой и мы от него только добро видели. Митрий простой работяга, грех его обижать и под замком держать. Не хорошо это.
– Да чего ты, Славка, тут мораль разводишь... Фиг с ним, с Митрием этим, кто он мне? Правильно, никто. И забыли про него. Ты спрашивал, что еще есть? Отвечаю. Оба коня бандитские на конюшне у Липарёва стоят, в любой момент в полном нашем распоряжении. Оружие... это ты и так знаешь. Да, мы с Пашкой обсудили все - хотел тебе сказать, что и кони и оружие - все твое, ты, Славка, один это добыл, тебе и владеть. Вот.
– Бобров на миг замолчал, задумчиво почесав бровь, и продолжил.
– Комната нам бесплатно отдана - живем не тужим. Еда тоже за счет хозяина. Он мужик заносчивый, но дельный и не жадный. Ты у него чего попросил за золото?
– Ничего.
– Ты чего, сдурел? Славян? Ополоумел? Жизнь ему спас, фургон, золота столько и ни-че-го?
– Последнее слово Валерка выделил особо, произнеся по слогам и довольно громко, так что люди начали оборачиваться.
– Тише, чего орешь? Я не ради подачек разных это делал. Свою долю сам себе определил и забрал - не беспокойся.
– В смысле
– Угомонись, Валера. Взял один малый самородок - не оскудеет твой купчина. А будет рыпаться, так я знаю, где его искать, рука не дрогнет...
– Славка, ты и раньше шальной был, а теперь совсем отмороженный стал. Даже думать такое не смей, тем более говорить вслух, понял? Здесь края вроде Дикого Запада, вздернут повыше - и адью.
– Не пугай. Не боюсь. Ладно, поговорили и хватит. Скажи лучше, есть здесь магазины и какие? И что по ценам на стволы трофейные?
– Конечно, есть. Стволы продать можно или самому на рынке - так выгоднее, но дольше, или сдать в лавку оружейную - цену ниже дадут, зато деньги сразу.
– Понял. Где эта лавка?
– Давай я тебя провожу? Тут рядом совсем, через квартал.
– Нет, не сейчас, лучше покажи куда идти.
Мы вышли на крыльцо и Валерка доходчиво объяснил где искать местного 'оружейного барона'.
– Лады, я прогуляюсь пойду. До встречи, Бобр.
И не то, чтобы так уж срочно дела у меня появились, просто захотелось побыть одному. Друзья уж очень быстро построились под этого воротилу местного розлива. Елки. Противно. Нет уж, мне эти морды хозяйские еще на Земле опротивели, а здесь точно никому в услужение не пойду. Ноги сами вывели к дому Липарёва. А что? Зайду. Усадьба с могучими воротами, высокие заборы, много добра видать хранится за ними, что так крепко прячут... Ко мне сразу подкатил крепкий мужик в кепке и безрукавке и с кобурой на поясе.
– По какому делу?
– Тон вроде и вежливый, но сразу ясно, мне тут не рады.
– Кони мои у вас на постой определены, хочу проведать.
В ответ мужик молча проводил меня к роскошному двухэтажному зданию. На первом этаже денники, на втором сеновал.
– Вот ваши. Будете забирать?
– Нет, пусть еще Липарёвского овса на халяву пожрут, не разорится купчина, как думаешь?
На какой-то миг показалось, что мужик схватится за ствол, но совладав с собой, он только сплюнул на пол и, не прощаясь, ушел. Отлично. Что и требовалось.
– Митрий! Митрий, ты где, бродяга?! Подь сюды!
В проеме второго этажа появилась лохматая голова, заметив меня, радостно осклабилась и снова исчезла. Спустя несколько секунд незадачливый бандит скатился по лестнице и встал передо мной. Вид он имел не сказать что бравый, но и замученным не выглядел.
– Здорово, старатель-золотоискатель, как жизнь твоя?
– Господин-командир, здравствуйте.
– Физиономия Митюши расплылась в искренней улыбке. Этот и обманывать не умеет.
– Чего на сеновале делал? Поди с девкой кувыркался, а?
Парень растерянно захлопал ресницами и даже рот приоткрыл - до того удивился моей прозорливости. Да, попал я в десятку. И почему дурням везет, а мне одни обломы? Нет в жизни справедливости.
– Митрий, слушай сюда. Ты долго на дворе у купца околачиваться намерен?
– Так это... запретили мне строго настрого от конюшни отлучаться, я и сижу.
– В глазах искреннее недоумение.
– А сам чего думаешь? Не надоело еще под замком?