Проект "Вайнах"
Шрифт:
Высокопарные слова неожиданно достигли цели. Набрав в легкие воздуха, Турпал Габилов едва ли не с гордостью произнес: — Через неделю я и мои люди будем на месте.
— Ну вот, вроде бы все вопросы решили, — председатель подвел итог встречи, — теперь можем расходиться.
Мужчины молча поднялись со своих мест и направились к выходу, оставив почти нетронутый шашлык, овощи и алкоголь услужливому банщику.
Остановившись возле мангала, где слабо дымились огни, Магамедов скомкал полученное от Курбаева сообщение швырнул его в мангал. Через несколько секунд бумага вспыхнула оранжевым с голубоватыми краями пламене инструкция превратилась в пепел.
Сдав дежурство, майор Принцев с удовольствием вздохнул полной грудью и покинул здание Управления ракетных войск стратегического назначения. Жизнь для недавнего выпускника военной академии складывалась как нельзя лучше. Служит в Москве, в самом управлении, ничего что в должности дежурного диспетчера и что следит он за передвижениями по стране БЖРК — боевых железнодорожных ракетных комплексов. Скоро он получит подполковника, а там… Недаром его в детстве называли Принцем, он еще доберется до заоблачных высот карьеры, а может… Судьба майора Принцева круто изменилась в день торжества по поводу окончания академии. На банкете было множество высокопоставленных лиц, политиков, тех, кого обычно показывают по телевизору. В разгар банкета к уже изрядно захмелевшему майору подошел молодой человек в отрогом костюме и белоснежной рубашке. Валерий Принцев так и не понял, кто это был — официант или чей-то секретарь.
— С вами хотели бы переговорить, коротко произнес юноша.
Майор кивнул, в душе надеясь на тайную встречу с прекрасной незнакомкой. Но в кабинете, куда его привел молодой человек, вместо женщины оказался мужчина. Тот, кого можно было не однажды лицезреть с самыми большими людьми страны.
— Майор Принцев прибыл… — вытянулся в струнку Валерий.
— Ну, зачем же так официально, — мягко улыбнулся чиновник. Похлопав майора по плечу, он царственным жестом указал на одно из кожаных кресел. — Прошу, в вашей жизни, майор, наступил новый этап, — проговорил он без всякого вступительного словоблудия и внезапно перешел на «ты». — Готов ли ты к нему?
— Хотелось бы узнать, что от меня требуется, — захмелевший Принцев тоже не юлил.
— Тогда открою свои карты. После некоторых событий мы не склонны верить военному командованию. Возможность военного переворота исключается полностью, но никто не может гарантировать, что в случае повторения октября 93-го года армия вновь встанет на защиту конституции.
— Что я могу сделать? — не понял предисловия майор.
— Нам нужны люди в штабах и управлениях…
— Я не гожусь на роль стукача, — перебил чиновника Принцев и сделал попытку подняться с кресла, но его собеседник крепко сжал колено офицера, удержав на месте.
— Да не кипятись ты, гусар. Никто не заставляет сексотничать, нужны офицеры, которые в случае измены командования могли бы заменить их и выполнить свой долг перед страной.
Хмель мгновенно улетучился, Валерий Принцев сразу же сообразил, что это предложение — скоростной лифт к вершине больших звезд.
— Я присягал на верность государству, конституционному строю и Президенту.
— Вот это ответ солдата, — улыбнулся чиновник, прищуривая один глаз, будто задумываясь над чем-то, и негромко произнес: — Хорошо, последний вопрос, так сказать, проверка на верность. Знаешь, что такое БЖРК?
— Конечно, я почти десять лет отдал этим рефрижераторам.
— Подробно расскажи о комплексе, — глаза чиновника стали неподвижными, как у рептилии.
Майор понял: это просто проверка. Его собеседник при своем положении запросто может узнать о железнодорожных ракетных комплексах, для него это не является тайной. И в течение получаса Принцев добросовестно рассказывал о назначении и устройстве замаскированных мобильных
Выслушав ракетчика, высокий чин улыбнулся, его глаза потеплели:
— Вы зачислены в команду, Валерий Леонидович.
И действительно, все изменилось враз: вместо возвращения к прежнему месту службы на далекой таежной позиции Принцев получил назначение в Москву, в Управление РВСН. Кроме того, ежемесячно к жалованью (которое ракетчикам, в отличие от других родов войск, не задерживали) майор получал дополнительно тысячу долларов. Деньги приносил тот самый молодой человек, который был на банкете, это была так называемая плата за «верность».
С такими деньгами майор Принцев многое мог себе позволить, средств хватало и на жену, помешанную на театрах, и на сына-старшеклассника, который не хотел выглядеть хуже сверстников, и на подержанную «восьмерку», и даже на молодую любовницу. Будущая жизнь рисовалась Валерию Леонидовичу в розовых тонах…
…Он даже не мог себе представить, что стал жертвой практически вражеской разведки. Когда план операции «Проект „Вайнах“ был полностью разработан и следовало перейти к его исполнению, Руслан Курбаев прилетел в Москву. Используя старые знакомства (многие бывшие разведчики были приближены к нынешней власти) и почти неограниченные средства чеченской диаспоры, он отыскал среди готовящихся к выпуску слушателей академии ракетных войск и артиллерии несколько кандидатов нужного профиля. Ознакомившись с их послужными списками и картами психологической устойчивости, Курбаев остановился на майоре Принцеве. В день торжества по поводу окончания академии подвыпившему выпускнику был представлен двойник высокого чиновника. Профессионального актера использовали втемную, объяснив это представление как проверку по линии контрразведки. Назначение майора стоило немалых денег, но бумажки с изображением американского президента обладали колоссальнейшей силой убеждения. Ежемесячные „доплаты за преданность“ отчислялись Али Гадаевым с доходов от рэкета, а каждая передача денег скрупулезно фиксировалась Имрамом Магамедовым. Принцев, как муха, попавшая в паутину, запутывался в ней все больше и больше. Наступал час расплаты.
День явно удался. Жена улетела в Питер, там какой-то забугорный театр устраивал премьеру, сын уехал на неделю на дачу потусоваться с „чуваками“, любимая женщина Лариса, как всегда, была нежной и страстной. Всю дорогу Валерий вспоминал ее ласки. Заперев машину в гараже, Принцев почти вприпрыжку направился домой, поднялся на свой четвертый этаж. Квартира была служебной, обычной двухкомнатной в стандартной девятиэтажке.
Открыв дверь, Принцев включил свет в прихожей, повесил на крюк вешалки фуражку и китель, стащил с ног туфли и, зевая, прошел в гостиную. В темной комнате он не заметил ничего подозрительного, но едва под потолком ярко вспыхнула люстра, у майора едва не остановилось сердце от увиденного. На его любимом диване развалился пузатый здоровяк с толстой золотой цепью на бычьей шее. Напротив, в кресле у книжного шкафа, расположился еще один, худой, почти тощий, с прищуренным злобным взглядом.
Первой мыслью офицера была молнией вспыхнувшая догадка — квартирные воры, попавшиеся „на горячем“, но он тут же ее отмел, квартирные воры не ведут себя так нагло. Тогда кто? Оба незнакомца были ярко выраженными кавказцами. По спине Принцева холодной струйкой потек пот, ноги мгновенно отяжелели. Ему уже доводилось слышать, что чеченские боевики мстят наиболее отличившимся на войне летчикам. Но ведь он не летчик и никогда не был в Чечне.
— Здесь какая-то ошибка, выдавил из себя Принцев. — Вы, наверное, не туда попали.